почтовая баржа в Варсониле, производил впечатление своей капитальностью – выложенная камнем высокая причальная стенка и тянущаяся вдоль берега мощеная дорога с такими же капитальными лестницами, поднимающимися от набережной к городу. Наверху рядом со смотровыми площадками раскинулась широкая площадь, заполненная повозками и народом. День был пасмурный, и моросил мелкий дождик, но озабоченные спешащие горожане, похоже, не обращали на это внимания. От площади отходили веером три большие самые настоящие улицы, и я, помня полученные инструкции, уверенно направился к крайней слева. Обилие народа не оставляло возможности оглядеться, и паранойя, намеренно поселенная во мне Самом, начала беспокойно ворочаться. Подходя к причалу, я воспользовался своими возможностями и оглядел набережную через так называемую подзорную трубу. К сожалению, та надежно работала на дальности не более пятидесяти метров, но, по крайней мере, на этом расстоянии я людей с даром не обнаружил. Теперь труба болталась в тубусе, подвешенном через плечо. Мой шокер покоился в заплечном мешке, так что при необходимости я надеялся, что смогу быстро извлечь его. Несмотря на нестандартные черты лица, никто не обращал на меня внимания. Горожане были деловиты и сосредоточены, чем очень напомнили мне родных москвичей. Первым правилом для того, кто хочет стать невидимкой в такой толпе, является необходимость уверенно и быстро двигаться в известном тебе направлении, не обращая внимания на окружающих. Лучший способ привлечь к себе внимание – остановиться посреди бегущих людей и озадаченно озираться в поисках чего бы то ни было. Мои московские привычки вдруг ожили, радостно воодушевленные знакомой толкучкой, и я, не глядя, устремился вдоль незнакомой улицы. В отличие от всего, что я здесь до того видел, в этом городе были отчетливо выраженные, хотя и извилистые, улицы. Видимо, плотное движение людей и повозок диктовало свои правила строителям. Я даже обнаружил дома, стоявшие вплотную друг к другу. Река и причалы служили в этом мире аналогом железных дорог на Земле, а набережная была аналогом железнодорожного вокзала. Чем дальше я уходил от реки, тем свободней становилась улица, тем меньше людей неслось вдоль нее по своим делам. Настал момент, когда я смог наконец остановиться и оглядеться.
Нужный мне гостиный двор выделялся дальше по улице своим громоздким стандартным строением и настоящими вывесками – висящими на штангах, наклонно торчащих из стен рядом с воротами, флагами, хорошо видимыми из любой точки вдоль улицы. Последние представляли из себя узкие полосы ткани, выкрашенные в те же цвета, что и коньки крыш здания.
Я уже осмысленно устремился к цели. На самом деле двор оказался нестандартным. По сути, это было п-образное двухэтажное здание, замкнутое со стороны улицы высоким забором с воротами. Брусчатка перед воротами чернела, вымоченная усилившимся дождем, флаги на вывесках повисли мокрыми тряпками, приоткрытые ворота, сделанные из какого-то старого дерева, были разрисованы струйками воды, стекавшими с проема в стене. Пока я разглядывал дом, ни один человек не вошел и не вышел через них. Я шел согласно плану, который составлял не я, – этот дом был его частью, он играл какую-то роль в нем. Я мог сейчас повернуться и уйти, и тогда это уже был бы мой выбор. Но на самом деле выбора не было. Одиночка обречен в любом мире. Я должен был кому-то поверить, опереться на кого-то, должен был довериться. Если честно, то я очень устал за прошедшее здесь время – устал от одиночества, устал от невозможности разделить свои проблемы с кем бы то ни было. Я принял решение и вошел в ворота.
На улице сильно стемнело из-за плотной облачности и дождя, но хозяин гостиницы, видимо, экономил, и свет в общем зале не горел. Освоившись в полумраке, я обнаружил его за стойкой в глубине зала. Спустя пару минут я уже стоял у окна в своей комнатке на втором этаже, чувствуя сильное дежавю. Спартанская обстановка и крохотные размеры помещения стали привычными для меня на постоялых дворах. За окном был виден пустой двор, поливаемый плотным мелким дождем, и все так же полуоткрытые ворота. Достав трубу, я осмотрелся, но не обнаружил ничего подозрительного. Расслабившись, в этот день я ничего не делал – валялся на кровати, думал, под вечер спустился поужинать теплыми лепешками с молоком и лег спать. Гостиница была полупустая, и меня никто не беспокоил шумом, разговорами или криками – я замечательно выспался.
Утро встретило меня безрадостным дождем, который, похоже, не собирался заканчиваться. Позавтракав и сообщив хозяину, что буду к вечеру, я выбрался в город. У меня были два адреса, кроме ключевого, который я решил приберечь напоследок, и я отправился обходить их. Для того чтобы добраться до первого из них, у меня ушло довольно много времени, и я основательно вымок. Интересно, но я не встретил ни одного человека с зонтиком, хотя многие носили какие-то накидки с капюшоном. По адресу – большому квадратному зданию без окон, оказавшемуся складом, – меня направили к молодому веселому парню в глубине помещения.
Я протянул ему листок с объявлением и спросил:
– Это ваше?
Тот кивнул и, не обращая на меня большого внимания, поинтересовался:
– С опытом?
– Каким опытом? Здесь написано – тяжелая работа в карьере, – удивился я.
Парень повернулся и уже внимательно посмотрел на меня.
– Ты чего? Не знаешь о работе в провале?
Я кивнул.
– Нет. А что там?
Тот закатил глаза, но ответил:
– По сути, нам нужны видящие. Там камень надо ломать не абы как, а по-умному. Но видящие – это очень дорого. Поэтому набираем таких, кто уже работал под видящим – они тоже сгодятся, так как общие принципы уже знают. Если опыта нет, до свидания.
– Как же его получить, если не наняться?
– Ищи контору, где набирают людей работать под видящим. У нас таких жирных вакансий нет.
Я показал ему второе объявление.
– Не подскажете, а у этих может быть такая работа? Неохота зря через полгорода идти.
Парень пожал плечами.
– Карьер большой, больше нашего, и видящие у них есть. Но насчет людей без опыта не скажу. Спроси сам.
Я поблагодарил его и вышел под дождь, твердо решив раздобыть себе такую накидку с капюшоном, как у большинства прохожих.
Поиски накидки привели меня на рынок, где я обзавелся нужным предметом одежды. Поспрашивав на рынке, я выяснил, что главный адрес, по которому мне следовало явиться, находился неподалеку, и я поспешил проверить его и заодно убедиться, что во дворе обретается персонаж в красном платке.
Нечего и говорить, что во дворе указанного дома никого не было вообще. Потоптавшись, я решил
