Читаем без скачивания Убийца для Пономаря - Ширянов Баян

За время пути Репнев несколько раз приходил в себя, но Сергей Владимирович снова его усыплял, оставляя за Дарофеевым последнее слово в исцелении мафиози.

Около двух в квартиру Пономаря приволокли два бесчувственных тела. С Розой-Светой Дарофеев решил разобраться с утра, а до той поры оставил ее почивать в спальне для гостей. С Николаем Андреевичем же следовало поработать немедленно. Ноги целителя гудели от долгого сидения и нажимания педалей, но он, сделав себе энергетический массаж, вновь обрел форму и был готов к целительству. Восстановление мозговых функций после серьезных травм черепа и инсультов давно перестали быть для Пономаря недостижимым идеалом. Он поднял на ноги десятки таких больных, и поэтому лечение Корня не представляло для целителя особого труда.

Восстановив по памяти рисунок нади' мозга мафиози, Игорь Сергеевич находил несоответствия ему в нынешнем состоянии, изменял ход этих энергетических меридианов и фиксировал эти изменения в памяти тонкого тела Репнева. Когда работа была завершена, а она заняла гораздо меньше времени, чем процедура извлечения пули, Дарофеев дунул Николаю Андреевичу между глаз. Тот заморгал, нашел глазами целителя. На лице мафиози появилось выражение неподдельного удивления:

– Ты-то как сюда попал?

– Куда? – Ласково, как у ребенка, спросил Пономарь.

– Ну, сюда, в рай… Тебя уже того... Замочили, да?

– Нет... – Рассмеялся Игорь Сергеевич. – Я жив. Да и ты тоже...

– Как?! – Возмущенно проговорил Репнев. – Я же точно помню. Нас... Моих ребят запрограммировала эта сука. А я... Себе в висок... – Мафиози недоверчиво потрогал место вхождения пули и поморщился от внезапной боли.

– Ты поосторожнее. Дырка еще плохо заросла. – Запоздало предупредил целитель.

– Погоди... Так когда это все было?

– Вчера...

– Вчера??!! Но как?.. – Николай Андреевич, наконец, огляделся. – Я у тебя? Ты меня оттуда вытащил?!

– Ну, – Потупился Пономарь, – Вместе с Сергеем Вла... Он не успел закончить фразу, как оказался в объятиях Репнева:

– Все, Пономарь! Все побоку! Ты теперь мне как брат! Я– то думал, кобзец! Кранты! Кончился Корень!.. А ты... Ух, чертяка!.. – Казалось, радости мафиози не будет конца-края. Целитель чуть не прослезился, видя восторг человека, буквально вернувшегося с того света.

– Погоди... – Вдруг посуровел Николай Андреевич, – А мои ребята, что? Все? Все там остались?

– Увы. – Выскользнув из объятий Репнева целитель развел руками.

– Ну, Иванов, ну, гнида! Обещал... Козлище! – Теперь настроение мафиози резко мотнуло в противоположную сторону. – Вот ведь косячину какую я запорол! Ой, бли-и-ин!.. – И Николай Андреевич сморщился, как от зубной боли.

– Так, Пономарь. – Корень взял себя в руки. – Когда мы с тобой займемся этой хумской сволочью? Все, что надо – говори. Все будет!

– Не спеши, Николай... – Игорь Сергеевич пристально посмотрел мафиози в глаза. – Тут нахрапом нельзя.

Корень понял намек и целитель впервые увидел его смущенным.

– Я же хотел...

– Я тоже этого хочу. – Оборвал его Дарофеев. – Но не лезу пока. Ты можешь несколько дней обождать и не суетиться?

– Могу. – Твердо пообещал Корень.

– Тогда так... Набери ребят и жди. Я подумаю, набросаю план, мы все втроем, – Игорь Сергеевич кивнул в сторону молчащего фээсбэшника, – Обсудим. Тогда и начнем действовать. Договорились?

– Нет базара! – Воскликнул Николай Андреевич.

Вскоре он уехал, прихватив с собой Изотова, а Пономарь отправился спать.

Разбудил Игоря Сергеевича бьющий в нос запах свежесваренного кофе. Открыв глаза целитель увидел улыбающуюся Розу-Свету, которая сидела в изножьи кровати и весело смотрела на целителя.

Поднос с одинокой чашечкой кофе стоял на табурете по левую руку Пономаря. Он сел в кровати, взял напиток. От первого же глоточка целителю стало худо. Мало того, что девушка так пересластила его, что жидкость в чашке напоминала сироп, сам кофе явно был недоварен, а на дне чашки Дарофеев обнаружил целое кофейное зерно.

– Доволен ли мой похититель? – Спросила Роза-Света после того как Игорь Сергеевич, чтобы не обижать девушку, допил до конца это пойло, благо его оказалось немного.

– Неплохо. – Ответил целитель, – Особенно если учитывать, что ты взяла немолотый.

– А его разве надо молоть? – Искренне поразилась девушка.

Дарофеев не ответил.

Когда же после утреннего туалета целитель посетил кухню, ее вид привел целителя в тихое бешенство. Пакеты с крупами, кастрюли, стояли на полу. Дверцу холодильника подпирала сковородка, на которой до угольной черноты было поджарено нечто, что при ближайшем рассмотрении оказалось хлебом. Плита оказалась залита растекшимся кофе, в лужах которого плавали зерна этого растения.

Распихав все по прежним местам, и подметя высыпавшиеся муку, сахар и горох, Игорь Сергеевич приготовил завтрак на двоих и позвал девушку.

– У вас все так вкусно получается... – Вытерев губы манжетой блузки, Роза-Света изобразила наивную до идиотизма улыбку.

Пономарь решил, что с этим давно пора кончать. Снять программу было делом нескольких секунд, но Игорь Сергеевич тогда погрузил бы девушку в глубокий стресс. У нее бы просто вылетели из жизни несколько месяцев. Кроме того, целитель подумал, что оставив девушке воспоминания о том, что с ней происходило, он решит тем самым несколько проблем. Отпадет необходимость объяснять, кто он такой и почему Роза находится в его квартире, рассказывать ей чем именно она занималась в Хумске и куда подевался столь значительный отрезок времени, наконец, она будет знать и помнить роль самого Пономаря в этой истории.

Приведя Розу-Свету в гостиную, Дарофеев погрузил девушку в гипнотический сон.

– Сейчас в твоей памяти, – Приказывал Игорь Сергеевич загипнотизированной, – Образуется область, в которой запечалятся события четырех последних месяцев. Эта область я закрываю паролем. Когда тебе будет сказана фраза: “И, раз!” ты вспомнишь все, что содержится в этой области. Выведя пациентку из гипноза, целитель нащупал стержень ее программы и порвал его.

Девушка словно разом переменилась. Моментально изменился ее взгляд. Из равнодушного, с легкой примесью любопытства, он превратился в оценивающий.

– И, раз! – Сказал Игорь Сергеевич.

И снова изменилось лицо Розы. Теперь оно нахмурилось, посуровело, и вдруг скривилось в мину брезгливости.

– Господи... – Прошептала девушка, – Неужели это делала я?.. Не может быть... А вы?.. Это вы спасли меня от этого ужаса? Ну и дурой же я вам, наверное, показалась!.. – И Роза счастливо расхохоталась.

– Я знал, что это не ты... – Улыбнулся в ответ Дарофеев.

– Ой, спасибо вам огромное! – Роза подбежала к целителю и, встав на цыпочки, чмокнула его в щеку.

– Я как, совсем выздоровела?

– Да. – Кивнул Игорь Сергеевич.

– Я тогда к маме?

– Конечно, иди.

– Вы такой замечательный!

И после очередного лобзания в щеку она выскочила на лестницу. Пономарь стоял в дверях, смотря, как девушка пританцовывает от нетерпения перед лифтом. Когда же кабина остановилась на этаже и двери раскрылись, Роза повернулась к целителю и задорно прокричала:

– А “Света” мне нравится больше!

Проводив распрограммированную путешественницу,

Дарофеев понял вдруг, что именно его смущало в последнем хумском приключении. Ведь Корень пытался застрелиться. Он не стал бы этого делать, будь на нем программа ГУЛа. Почему же ГУЛ допустил такое?

Выяснение подробностей уже произошедших событий не было таким выматывающим делом, как проникновение в будущее и Игорь Сергеевич, привычно войдя в медитационное состояние, отправился на сутки назад в Хумск. К моменту атаки боевиками Репнева НИИЭБа.

Там, в прошлом, Николай Андреевич был спокоен, он, не задумываясь, отдавал какие-то приказы, но не это интересовало целителя. Он чувствовал, что за мафиози и его бандитами давно ведется наблюдение. Но производится оно не самим ГУЛом, его безличное присутствие Дарофеев уже научился вычленять из общего спектра полей, а кем-то из запрограммированных. И вот, словно из воздуха появились конструкции программ. Они намертво приклеивались к московским боевикам, но не включались. Одна из них возникла и над спиной Корня. Но, странное дело, биополе Николая Андреевича словно взбунтовалось. Оно загородилось от программы слабым подобием защиты самого целителя, но и этого оказалось достаточно, чтобы подавляющая волю структура к нему не прилипла.