тысяч суть четыре главные добродетели25: пройдя посредством них естество и время, ум вновь обретает26 блаженный удел бесстрастия. Ибо [число] десяти тысяч распознается только благодаря букве единицы 27, поскольку обозначаться другой буквой оно совершенно не может, будучи по субстрату своему тождественным единице, хотя и чисто мысленно можно постичь их различие – различие конца по отношению к началу 28. Ибо десять тысяч суть конец единицы, а единица есть начало десяти тысяч, или, сказать точнее, приведенная в движение единица есть десяток тысяч, а неподвижный десяток тысяч есть единица. Подобным же образом и каждая из главных добродетелей имеет своим началом и концом Божественную и неизреченную Единицу, то есть Бога29, поскольку от Него она начинается и в Нем завершается, будучи тождественной Богу и отличаясь [от Него] лишь соответственно смыслу мысли, от которого, в котором и в отношении которого очевидно и происходит всякое становление добродетели 30.
9. Или, возможно, Писание гласит, что четыре десятка тысяч суть четыре стадии преуспеяния в десяти Божественных заповедях у продвинувшихся в обширное пространство созерцания и ведения. Так, первая стадия есть просто делание заповедей теми, кто вводится [в это созерцание и ведение] после того, как они убежали от порока31, и такое делание производит полноту первой десятерицы, которая есть и единица. Вторая стадия преуспеяния есть достигаемое через осуществление каждой заповеди совокупное постижение остальных, которое делает десятерицу сотницей, образовываемой благодаря действию заповедей друг на друга. Ибо десять раз по десять производит сто. Третья стадия преуспеяния есть увеличение этой сотницы в десять раз соответственно закону естества. Ведь закон естества десятеричен, поскольку он состоит из десяти. [544] Я имею в виду три силы души [плюс] пять чувств, способность говорить и естественную силу плодородия. [Человек] пользуется разумной силой души для поиска [Причины всего] и благ, которые окрест этой Причины; желательной силой он пользуется для томительного влечения к взыскуемым [благам], а силой яростной – для сохранения [их] и для [поддержания своей] любви [к Богу]. Чувствами же он пользуется для пятичастного различения [всего чувственного бытия], и такое различение само также разделяется, из чего обычно и возникает знание32. Ибо общее различение проводит разделение между [сущностями], имевшими начало, и [сущностями], не имевшими его, между умопостигаемыми и не постигаемыми умом, изреченными и неизреченными, созданными и несозданными, тленными и нетленными33. Способностью же говорить [он пользуется] для изречения [мысли], а плодотворной силой – для произрастания искомых, желанных, любимых и познанных благ. Ибо сотница, умноженная в десять раз согласно закону естества, становится тысячей. Четвертая стадия преуспеяния есть соответствующее данному разделению восхождение к наивысшему смыслу каждой заповеди, осуществляемое посредством созерцания и ведения естественного закона. Соответственно такому восхождению и десять тысяч рассматриваются как нечто собранное воедино, будучи познаваемыми в букве Первой Единицы34.
10. Ибо просто осуществляющий заповеди, когда он осуществляет каждую из заповедей, приобщает к ней и другие, а объемля их, он сопрягает с ними и различение естественного закона. Возводя же умозрительным образом этот закон к смыслу каждой заповеди, он собирает воедино четыре десятка тысяч. И на каждой стадии преуспеяния им воздаются почести таинству Единицы, в которой и сосредоточивается смысл десятка тысяч.
11. Или еще: четыре десятка тысяч обозначают четыре главных бесстрастия35. Первое бесстрастие36 есть полное воздержание от осуществления зла на деле, и оно наблюдается у новоначальных; второе бесстрастие37 – полное отвержение и в мысли [всякого] соизволения на порочные помыслы у тех, которые сопричаствуют добродетели вместе с разумом; третье бесстрастие38 – полная неподвижность желательного начала [души] относительно страстей у тех, которые через зримые образы вещей проникают умным видением в смыслы их; четвертое бесстрастие39 есть полное очищение и от простого представления о страстях в воображении у тех, которые посредством ведения и созерцания соделали владычествующее начало своей души40 чистым и прозрачным зерцалом Божиим.
12. Поэтому очистивший себя от действия страстей, освободившийся от мысленного соизволения на них, успокоивший движение желательного начала относительно их и соделавший ум свой чистым и от простого представления о них – таковой [человек] выводит из материи и материальных [вещей] четыре десятка тысяч и приводит их к божественному и мирному уделу умопостигаемых [вещей].
Так понимается нами [число] четыре десятка тысяч. А три тысячи41 обозначают совершенное, [545] правое и благочестивое богословское учение о Святой и Единосущной Троице. Согласно этому учению, мы воспеваем Святую Триипостасную Единицу как Бога и веруем в Нее как в Бога42.
13. А число триста здесь являет учение о Промысле [Божием] – не только потому, что внешним видом буквы 43 обозначается сила, простирающаяся сверху донизу и охватывающая с обеих сторон боковые концы (это неизреченным образом указывает на сочетающий воедино всё [бытие] Промысл [Божий]), но и потому, что это число удостоено чести быть образом Креста, в котором исполнилось великое, первое и сокрытое таинство Промысла. Ибо неизреченный способ Промысла стал великим таинством Вочеловечения Бога44. Благодаря образу этого [Креста], а также имени Пригвожденного к Нему ради нас великий патриарх Авраам вместе с тремястами восемнадцатью [рабами], то есть вместе с образом и именем Иисуса, отважился выйти и одолел супротивные силы, которые представлены в виде царей (см. Быт. 14:1-16)45. Ведь, как известно, Писание часто посредством внешнего вида букв обнажает свой смысл тем, кто стал чистым для восприятия его.
14. И если кто желает, исходя из числа, исследовать намерение Священного Писания и таким образом [постигнуть] Промысл [Божий], обнаруживаемый через это число, то он найдет, что делом Промысла является не только сохранение естества неумаляемым, в соответствии со смыслом его бытия, но и проявление этого естества как совершенного, в соответствии с приобретенным по благодати смыслом благобытия46. Если сто сложить с двумястами, то получится [число] триста, являющее собой естество и добродетель. Ибо говорят, что число двести часто обозначает естество, состоящее из материи и вида, а материя четверична вследствие четырех элементов, вид же пятеричен вследствие чувства, которое оформляет и придает вид вещественной массе. А если сорок умножить на пять или пятьдесят умножить на четыре, то получится двести. Число же сто обозначает совершенную добродетель, поскольку оно содержит Божественную десятерицу заповедей47, умноженную в десять раз. Достигнув этой добродетели, Авраам стал отцом великого Исаака (см. Быт. 21:1–5); мертвый по естеству, он стал по духу родителем жизни и радости. И при сложении чисел сто и двести получается число триста, являющее Промысл [Божий], охватывающий [всё] естество соответственно смыслу благобытия.
15. А [число] шестьдесят обозначает
