Читаем без скачивания Мировой кризис - Андрей Мартьянов

— Внутрь заходить не стали, — отчего-то понизив голос, сказал Львов. — Посветили фонарем, по-моему, там очень древняя каменная кладка… Взгляните сами.

Первым в черный зев гробницы отправился Джералд, как признанный глава предприятия. За ним — Тимоти, Ойген и граф Барков. Места хватило всем.

— Действительно, интересно, — лорд Вулси поднял фонарь над головой и взглянул наверх. — При погребении варварам явно помогали византийцы или римляне, возможно пленные. Свинцовый купол из спаянных вместе листов шириной по четыре с небольшим фута каждый — это сугубо римское изобретение! Работы здесь было на несколько месяцев: сначала Аттилу похоронили как полагается, затем возвели «колпак» из свинца и только потом начали наращивать огромный курган!

Зазор между свинцовой «оболочкой» могильника и округлым каменным сооружением диаметром около тридцати метров составлял два шага, можно обойти его по периметру. Слой пыли был такой, что полностью скрыл толстые подошвы ботинок. Запахи отсутствовали, кроме с трудом различимого легчайшего аромата, напоминавшего сухой пергамент или старую кожу.

Огромный склеп был надежно защищен от сырости, за долгие столетия сюда не проникло и капли влаги, даже при самом высоком подъеме воды на Днестре.

— А говорят — дикари, варварское племя, обезьяны на лошадях, — сказал Тимоти, осмотревшись. — Оказывается, у гуннов все обстояло несколько иначе, пусть и не без помощи соседей или представителей античных цивилизаций… Внушительно выглядит.

— Внушительно или нет, но кладка центральной крипты держится на честном слове. — Граф коснулся пальцами камней, наверняка скрывавших за собой само место упокоения Бича Божьего. Осыпалась крошка. — Посмотрите, это же известняк и ракушечник, скрепленный далеко не самым прочным раствором. Если начнем разбирать стенку неаккуратно, она обрушится… Давайте я хотя бы попробую. Глядите!

Барков взялся за один из верхних камней крипты — плоский и формой напоминавший кирпич, — слегка расшатал и вытащил. Без особых усилий разломил на две части.

— Здесь мусорить не будем, ненужный материал придется выносить наружу, — постановил Джералд. — Тимоти, принеси, пожалуйста, носилки.

— У вас все в порядке, господа? — из-за свинцового колпака послышался приглушенный голос Львова. — Чем-нибудь помочь?

— Да, зайдите, нужен ваш совет…

Обязанности распределили так: Алексей Григорьевич и господин поручик взялись за аккуратнейшее изъятие известняковых составных кладки, Тим с Ойгеном перетаскивали их наружу. Джералд опять занялся чистенькой работой — взял карандаш, альбом и начал записывать увиденное, отмечая время.

— 28 июня 1914 года 9 часов 57 мин по среднеевропейскому времени (меридиан Вены). Снято четырнадцать небольших плит в северной части крипты.

— 10 ч. 19 мин. Разобрано три слоя известняка, камни не тяжелые, работа трудностей не доставляет.

— 10 ч. 24 мин. Ойген сказал, что не видит опасности мистического характера, однако чувствует неясное беспокойство. Отступать поздно.

— 10 ч. 49 мин. В крипте образовалось отверстие размером примерно 1 фут на 1,3 фута. Послышался странный свистящий звук, будто изнутри выходил воздух, что не может быть возможным: камень пористый, между внутренней частью гробницы и свинцовым куполом воздух наверняка циркулировал. О герметичности не идет и речи. Мистер О'Донован сделал фотографические снимки с магниевой вспышкой.

— 10 ч. 55 мин. Посветили внутрь фонарем. Это невероятно! Среди груд мусора (скорее всего, истлевшее дерево и прочие нестойкие материалы!) заметили отчетливый золотой блеск и самое меньшее два скелета Полагаю, это рабы или наложницы, погребенные вместе с вождем гуннов! Зафотографировать не получилось, чересчур узко для камеры.

— 11 ч. 03 мин. Решили приостановить разбор кладки из-за угрозы разрушения. Эту трудность придется решать отдельно. Несколько раз слышались непонятные звуки, объясняемые поручиком Львовым движением слоев воздуха.

— Мадемуазель Медковец! — Выбравшиеся из раскопа на свет божий отважные исследователи древности выглядели если не счастливо, то уж точно радостно. Джералд, накрепко привыкший в чужом окружении обращаться к Еве только по ее «болгарскому» имени, изменил обычной британской невозмутимости и нервно поднял голос. — Мадемуазель Медковец! Снаряжайте экипаж, надо ехать в город за покупками!

— Да что случилось, милорд? — не на шутку встревожилась Евангелина, ожидавшая, как и все прочие, результатов экспедиции в недра земли у входа в тоннель. — Вы встретились с… неожиданным?

— Да! — ответил за лорда Вулси Барков. — Вы у нас первейшая автомобилистка, хватайте за шиворот Прохора с мистером О'Донованом и стрелой в Каменец! Нужен скрепляющий раствор, поручик вам объяснит, какой именно. Это нечто вроде пропитывающего старую кладку клея, он используется при реставрации зданий крепости Каменец-Подольского — найдете в здешнем археологическом обществе наверняка. Иначе придется заказывать в Одессе, а это потеря времени!

— Что там? — Монброн, которого очень не вовремя посетили неприятные воспоминания о кладе седого Рейна, теребил лацкан пиджака. — Что вы видели?

— Немногое, — отрезал Джералд. — Сокровища точно есть, куда ж без них? Внутри — богатое захоронение, подозреваю, двухуровневое. Черт побери, отчего я не уделял в Оксфорде должного внимания курсу археологии и доселе остаюсь любителем — не получил фундаментальных знаний! Но теперь жалеть не о чем… Давайте же поторопимся!

Экспедицию в Каменец снарядили мигом. Прохор переоделся в «городское» (в лагере он носил обычную гимнастерку без знаков различия, галифе с обмотками и военную бескозырку, чтобы не пачкать хорошую одежду), Тимоти взял использованные фотопластины, чтобы немедленно отпечатать карточки в мастерской «Гольц и Лисевич», Ева кликнула двоих саперов — залить в бак «Руссо-Балта» бензин из запасных емкостей.

Вырулили по полю к Усте, прокатили по единственной улице поселка, встретив военный фургон, сопровождаемый всадниками: как и было обещано, генерал-майор Верховцев сразу же отправил саперам Львова винтовки и запас патронов. Направились дальше, по ухабистому грунтовому шоссе вдоль обрывистого русла реки Смотрич.

Провели в городе почти весть день — найти необходимое было куда сложнее, чем полагал лорд Вулси. Когда машина оказалась загружена, Ева привычно забежала в книготорговую лавку господина Сцетюнича и сразу обратила внимание на спешно отпечатанный вечерний листок с невероятной новостью из Сараево и крупным заголовком:

«ЗАГРАНИЧНЫЕ ТЕЛЕГРАФНЫЕ АГЕНТСТВА ПЕРЕДАЮТ, ЧТО НЫНЕШНИМ УТРОМ В БОСНИЙСКОМ САРАЕВЕ ЗЛОДЕЙСКИ УБИТ ЭРЦГЕРЦОГ ФРАНЦ-ФЕРДИНАНД ФОН ГАБСБУРГ»

Глава восьмая

МИРОВОЙ КРИЗИС

Подольская губерния, Устя

Июль-август 1914 года

— Можете и далее считать, что я паникую и чересчур вольно распоряжаюсь своим воображением, но мне это не нравится, господа… Такая картина наблюдается вторую неделю, практически каждый вечер. Это неспроста

Солнце заходило, исчезая в окрашенных алым и багровым облаках на западе, но и в сумерках было отлично видно, как над приречным холмом неостановимым водоворотом кружат птицы. Множество птиц, огромная стая, образовавшая кольцо радиусом в две сотни метров — грачи, воробьи, вороны, галки… Грая не слышно, темное колесо вращается в абсолютной тишине, что выглядит довольно зловеще.

— Птицы собираются над курганом перед закатом, — дополнила Евангелина. Концессионеры в полном составе стояли у границы лагеря, за хозяйственной палаткой, отсюда до раскопа было десять минут ходьбы. — Кружат до темноты, затем разлетаются. Прочих странных явлений тоже хватает с лихвой…

— Странных, но не опасных, — сказал Джералд — Ничего похожего на рейнские буйства Фафнира…

Может быть, это и попахивает чертовщиной, но серьезных эксцессов не отмечено, никто не пострадал.

— Пока не пострадал, — ответил граф, выделив голосом первое слово. — Военные уже начали поглядывать на нас с некоторым подозрением…

— Немудрено. На месте господина поручика я бы тоже насторожилась, — вздохнула Ева. — Надо побыстрее заканчивать работу и уезжать, а мы продвинулись едва наполовину…

Мадемуазель Чорваш была безусловно права: исследования по всем правилам занимали массу времени, концессионеры не вылезали из гробницы с утра до ночи, зарисовывая, фотографируя и систематизируя сотни находок: монеты, посуду, оружие и прочие предметы, необходимые военному вождю для достойного пребывания в мире ином.

Обнаружилась даже колесница и два мумифицированных лошадиных трупа, это не считая двенадцати женских и двадцати четырех мужских скелетов — на последних были пластинчатые доспехи, напоминавшие римские лорики, мертвые пальцы сжимали рукояти полуистлевших клинков.