Читаем без скачивания Книга, в которой исчез мир - Вольфрам Флейшгауэр

Ди Тасси был явно раздосадован. Но когда они добрались до следующего пункта их маршрута, настроение советника немного улучшилось. И в самом деле, павильон, который предстал их глазам на еще более высокой скале, выглядел более чем многообещающе. Но когда они взобрались на скалу и вошли в дом, то внутри их ожидало зрелище, мало отличавшееся от только что увиденного в другом павильоне. Ветер продувал насквозь плетеные стены. Флюгер на крыше вращался с неприятным металлическим визгом. Здесь тоже не было ничего интересного. Николай выжидающе взглянул на ди Тасси, но тот ничем не выдал своего разочарования.

— К соломенной хижине, — скомандовал он и начал спуск. Путь занял всего пять минут. Интересно, что нашли другие и нашли ли они что-нибудь? В любом случае вокруг по-прежнему было тихо и спокойно. Не было слышно ни выстрелов, ни криков. Да и откуда они могли взяться? Сад был абсолютно и совершенно пуст. Нигде не было видно человеческих следов. Единственный, кто оставил здесь следы, были они сами. Да и кто бы захотел здесь жить, пусть даже временно? Ни один из этих павильонов не мог защитить от холода. А дом, к которому они сейчас шли, был настолько легок, что и вовсе не мог служить зимой даже плохим убежищем.

Хижина была увенчана большой соломенной крышей, державшейся на двенадцати деревянных столбах. Самого дома было почти не видно, он едва ли занимал половину площади крыши, под которой прятался. Единственным украшением фасада были дверь и четыре окна. Ди Тасси попытался заглянуть внутрь, но тщетно, окна изнутри были занавешены. Советник дернул ручку двери, но тоже без успеха.

— Посмотрите с другой стороны, может быть, оттуда в дом можно заглянуть, — приказал ди Тасси врачу.

Николай обошел дом. Но в противоположной стене окон не было вовсе. Николай окинул оценивающим взглядом кладку и вернулся к ди Тасси.

— Нет, там вообще нет окон, — сказал он.

— Хорошо, пойдемте.

Не медля ди Тасси подошел к окну, обернул руку полой плаща и резким движением разбил стекло. Потом он сунул другую руку в образовавшееся отверстие и отодвинул щеколду. Створка бесшумно отворилась.

— Помогите мне, — сказал советник.

Николай подошел, подсадил советника, и тот вскочил на подоконник. Потом он исчез внутри дома. Николай в нерешительности остался стоять на улице. Надо ли ему тоже лезть в дом следом за ди Тасси? Но не успел он подумать, что делать дальше, как в окне появился советник. Глаза его сияли торжеством.

— Лиценциат, входите же.

Одним прыжком Николай вскочил на подоконник и соскользнул в темное помещение. Пока врач оглядывался, ди Тасси немного раздвинул некоторые шторы, чтобы впустить в помещение больше света. Но чем светлее становилось в комнате, тем темнее становилось лицо ди Тасси. Они и вправду здесь что-то нашли, но ради всего святого, что это могло быть?

Посреди комнаты стояла загадочная машина. Николай с любопытством присмотрелся к своеобразному аппарату. Он состоял из множества деревянных ящиков, соединенных с системой зеркал и сеток. Внутри ящиков были натянуты кожаные перепонки. Было неясно, собран аппарат полностью или нет. По всей комнате были расставлены другие ящики. Ди Тасси вопросительно посмотрел на Николая, но тот лишь беспомощно пожал плечами.

— Я… я не имею ни малейшего понятия, что это такое, — упредил он вопрос ди Тасси.

— За работу, — скомандовал советник.

Они начали работать методично и осмотрительно. Некоторые ящики были пусты и, очевидно, служили для перевозки этой странной машины. В других ящиках тоже находились зеркала и сети. Один, самый тяжелый ящик, был заколочен гвоздями. Ди Тасси вскрыл его. Николай подошел и внимательно всмотрелся в содержимое. Это были куски металла размером с кисть руки. Николай взял один из кусков, растерянно взвесил его на ладони, потом подошел к двери и приложил к дверной петле. Со звонким щелчком кусок металла прилип к петле.

— Магниты, — сказал врач. — Это магниты. Сотни магнитов.

Он вернулся к машине и принялся внимательно рассматривать зеркало.

— Вот, — сказал он наконец, — смотрите, за зеркалами есть специальное приспособление. Дайте мне еще один магнит.

Ди Тасси протянул Николаю кусок металла. Николай взял магнит и вставил его между двумя металлическими пластинами, расположенными позади зеркала. Магнит точно встал на подготовленное для него место.

Несколько мгновений они молча смотрели на причудливую путаницу из зеркал, сеток и деревянных ящиков.

Первым нарушил молчание Николай:

— Я не знаю, что за вещество улавливает эта машина, но если вы спросите меня, то я отвечу, что это аппарат для сбора какого-то вещества.

Ди Тасси ничего не ответил, но лишь внимательно уставился на кожи, натянутые в ящиках. Опустившись на колени, он провел указательным пальцем по одной из кож. Но в кожах он не смог увидеть чего-то необычного.

— Нет никакого сомнения, что зеркала и магниты притягивают какое-то вещество, — предположил Николай. — Вещество просеивается через сетку и падает на натянутую кожу. Может, это и есть машина по добыванию яда, который вы ищете?

Николай не смог скрыть насмешки в голосе. Ди Тасси отреагировал не сразу. Он снова прошелся вокруг аппарата и продолжил поиск. Некоторое время было слышно, как советник стучал разными предметами. Внезапно раздался какой-то шорох, и ди Тасси извлек из одного ящика большой пакет документов. Николай подошел к советнику и помог ему развернуть документы. На бумагах были какие-то чертежи и рисунки. Это были эскизы частей диковинного аппарата. Но внезапно они натолкнулись на картину, которая поразила их как громом. Картина изображала поляну, на которой был собран аппарат, стоявший сейчас перед ними в этом жалком доме. Зеркала с магнитами были направлены в небо. Была видна метеоритная пыль, падающая с небосвода на землю. Пыль вырывалась из шлейфа и притягивалась к зеркалам, с которых тончайшая пыль соскальзывала на сетки, где в мелких ячейках соединялась с утренней росой и, смешавшись с ней, вместе с каплями стекала на натянутые кожи.

Удивление, испытанное Николаем и ди Тасси, было так велико, что они оба лишились дара речи. Первым его обрел Николай.

— Метеоритная пыль, — произнес он через некоторое время, словно это было самое рядовое и обычное в мире утверждение. — Эта машина служит для сбора метеоритной пыли.

Ди Тасси холодно посмотрел на него. В его мозгу что-то происходило, но Николай, при всем своем желании, не мог понять, что именно. Советник тщательно сложил рисунок и небрежно бросил его в ящик, где лежали остальные документы.

— Идемте.

22

Как и было оговорено, они встретились у лошадей. Люди из других групп сообщили, что никаких находок и происшествий не было.

— Все покинуто и нетронуто, — подытожил Камецкий свой рапорт.

— Мы тоже ничего не нашли, — сказал ди Тасси. — Теперь нам придется заняться главными строениями. Но сегодня уже поздно. Едем назад.

Николай удивленно посмотрел на него, но советник ответил ему многозначительным взглядом, который не допускал никакой двусмысленности. Их находку следовало хранить в строжайшей тайне. Николай попытался скрыть свое изумление по этому поводу, но когда взглянул на Магдалену, то увидел, что девушка изучает его с большим вниманием. Заметила ли она обмен взглядами между ним и ди Тасси?

Как только они вернулись на квартиру, ди Тасси уединился в одной из комнат и не показывался весь вечер. Трое его сотрудников и оба курьера коротали время за картами. Николай сел к огню и протянул к нему озябшие ноги. Магдалена тотчас поднялась на сеновал и вознамерилась спать. Она была совершенно измотана и желала одного — немного отдохнуть. Ди Тасси сказал ей, что завтра не возьмет ее с собой, потому что вряд ли она встретит в Санпарейле кого-либо из разыскиваемых. Но если это даже произойдет, то она сможет опознать их здесь, на месте.

Что-то внезапно и резко изменилось. Как понимать то, что советник юстиции решил скрыть от сотрудников свою находку? Эта алхимическая аппаратура, которую они обнаружили под соломенной крышей, была неплохим доказательством того, что те, кто скрывался за всеми этими таинственными деяниями, были не опасными смутьянами, а скорее сумасшедшими безумцами. По всей стране бродят полчища шарлатанов, раздраженно думал Николай. Повсюду процветали месмеризм, гипноз, магнетизм, алхимические поиски золота и ясновидение. Не было такого, пусть даже самого причудливого представления, какое тотчас не нашло бы последователей, а если это касалось способов лечения, то безумие находило небывалый сбыт. Барон фон Гиршен уже много лет с поразительным успехом торгует водой с атмосферными солями. И это притом, что один аптекарь неопровержимо доказал, что речь идет всего-навсего о слабом растворе накипи и медного купороса. Но это не интересовало публику. Также никакими средствами нельзя было отвратить население южной Германии от потребления внутрь новых философских солей золота, коим приписывали чудесные целебные свойства. Чудесным же во всем этом было лишь то, что люди с восторгом принимали внутрь обладавшую золотистым блеском смесь мочевины и сернокислой магнезии.