Читаем без скачивания На оранжевой планете - Леонид Оношко

Оцепенение, охватившее Туюана, нарастало, мысли путались, отяжелевшие веки смыкались. Потом перед глазами поплыл белый туман… “Повелитель гравитационных полей” навсегда лишился способности видеть, двигаться, рассуждать…

Боевые корабли его эскадрильи, выведенные из строя противовоздушной обороной ямуров, падали в море.

Глава XX. НАД ПЫЛАЮЩИМ ЛЕСОМ

Море огня. — Паника в джунглях. — Погоня. — Рискованный маневр. — “Наддайте, Борис Федорович!” — Оазисы зелени. — “Прощай, оранжевая планета!”

Буря часа на два задержала астронавтов К намеченной цели синго приблизился уже на рассвете.

Путешественники видели, как снова и снова возникали изогнутые столбы могучих смерчей и, втягивая в себя воду, бежали к скалистым берегам, как над островом исполинским грибом расползается облако пара, смешанного с вулканическим пеплом, и по склону горы, устремляясь в долину и сжигая все на своем пути, течет огненная река жидкой лавы.

Сталкиваясь с водой, вступая в единоборство с этим извечным своим врагом, лавовые потоки окутывались плотными белыми клубами. Казалось, они пытаются замаскировать этой плотной белесой завесой свои обходные коварные маневры.

На глазах потрясенных астронавтов, никогда не наблюдавших ничего подобного, из кратера двугорбой горы вытекла темная масса и с ужасающей быстротой, расплываясь в ширину, захватывая все большую поверхность, устремилась к берегу Голубой реки.

Густая тьма окутала центральную часть острова. Эту зловещую завесу озаряли электрические разряды и пронизывали струи огня, бьющие вертикально вверх.

Происходило что-то невообразимое. То шел грязевой дождь, то, словно серый снег, падал пепел, то на тропические заросли, гнущиеся от порывов ураганного ветра, обрушивался каменный град.

Когда потоки лавы и грязи достигли джунглей, все живое, объятое ужасом, ринулось к берегу океана, будто приморские заросли, терзаемые штормом, в состоянии были защитить их от огня и горячих потоков.

Бежали какие-то четвероногие животные с длинными изогнутыми шеями, ползли рептилии, семенили шипоносные венерозавры, летели огромные жуки, стрекозы и бабочки.

А грязевая лавина продолжала свой путь. Она двигалась к морю со скоростью 130-150 километров в час, легко настигая пресмыкающихся, превращая цветущую местность в мертвую, дымящуюся пустыню.

Сергей с трудом узнавал джунгли, в которых он недавно подвергся нападению шершней. Под ним бушевало огненное море. Дымились плосковерхие холмы, факелами пылали огромные деревья, стены разрушенных зданий были усеяны живыми существами, попавшими в кольцо огня.

До “Сириуса” оставалось минут тридцать-сорок полета, когда на севере показались черные точки. Вскоре они превратились в сигарообразные тела. Исчезновение астронавтов было обнаружено, их преследовали.

Сергей повел машину вниз, стремясь скрыться от венерян за клубами черного дыма.

Рискованно было лететь над пылающим лесом, но он был вынужден прибегнуть к этому отчаянному маневру. Надо было во что бы то ни стало выиграть десять-пятнадцать минут и достичь “Сириуса” прежде, чем над ним окажутся венерянские корабли.

Расчет оказался правильным. Венеряне не рискнули лететь напрямик. Одни корабли, достигнув горящего леса, взмыли к облакам, другие стали огибать пожарище слева и справа.

Дымная мгла ухудшила видимость. “Сириус” удалось заметить не сразу. Он возвышался среди пунцовых зарослей, словно монумент, воздвигнутый в честь человеческого гения и отваги.

Поток лавы еще не проник в этот район, а южный ветер относил в сторону клубы сернистого дыма и запаха гари.

Дотянуть до “Сириуса” не удалось — кончилось горючее и двигатели заглохли. Несколько минут авиэль, распластав крылья, планировал, потом плавно опустился на траву.

Астронавты побежали через заросли. Ветки кустарника цеплялись за одежду, по лицу хлестала оранжевая листва, ноги путались в розовых и алых побегах ползучих и вьющихся растений.

— Настоящий марафонский бег, — попробовал шутить запыхавшийся Озеров. — Надеюсь, друзья, не откажетесь подтвердить на Земле, что я стал рекордсменом.

— Наддайте, Борис Федорович, наддайте! — торопил Олег. — Теперь уже немного осталось.

Они бежали, а позади слышалось угрожающее гудение венерянских воздушных кораблей — астронавтов преследовали сторонники Туюана.

Несмотря на опасность, грозившую астронавтам, от внимания Озерова не ускользнуло изменение характера растительности вблизи “Сириуса”.

Семена земных растений, высеянных им в первые дни пребывания на Венере, дали побеги. Среди розовых лишайников и кремовых мхов пробилась зеленая трава, неприхотливая и жизнестойкая, привыкшая противостоять песчаным бурям и грозовым ливням.

Развернули узорчатую листву кустики малины и смородины, поднял свои зонтики укроп, росли морковь и лук, кукуруза и маки. Расталкивая плауны и папоротники, воинственно ощетинили свою изумрудную хвою земные елочки и сосны.

Растения Земли укоренились на полянах и склонах холмов, разбросали зеленые опахала, гибкие побеги и цвели, цвели для того, чтобы отдать во власть ветра и воды свои семена.

Придет срок, лопнут стручки, коробочки, осыпятся шишки, ветер подхватит семена и унесет вдаль в ущелья и долины, на берега рек и озер.

Когда “Сириус” покинет Венеру, на память о детях Земли на острове останутся оазисы зелени — кустарники, луговые цветы, злаки.

Поднимаясь последним по трапу, Борис Федорович прощальным взглядом обводил возвышенности и долины Венеры.

Не раз все трое были на волосок от гибели. Зачастую положение их казалось безнадежным. Но воля трех людей, закаленная в испытаниях, позволила им преодолеть трудности и преграды.

И вот, проведя почти полгода на Венере, они готовятся покинуть ее.

— Прощай, Венера! Прощай, оранжевая планета! — прошептал Борис Федорович и вошел в корабль.

И тотчас же трап, свернувшись рулоном, скользнул в прорезь в корпусе космического гиганта, а входной люк автоматически закрылся.

Теперь астронавты могли уже не опасаться враждебных действий со стороны преследующих их венерян. Броня из титанового сплава и волокнистые прослойки из материалов повышенной вязкости, успешно противостоявшие ударам микрометеоритов, надежно защищали их. Ничто не могло помешать старту.

Без тревоги следили все трое за эволюциями венерянских кораблей, будто маневры преследователей не имели к ним никакого отношения. И едва не поплатились за свою беспечность.

Глава XXI. ПОСЛЕДНИЕ ПРЕГРАДЫ

“Крабы” атакуют. — “Неужели они взорвут “Сириус”? — Еще одна флотилия. — Белый туман. — Борьба с огнем. — Покорение вулкана. — “Это Ноэлла!” — Старт. — “Сириус” покидает Венеру.

Корабли сторонников Туюана опустились на вершинах холмов, километрах в двух от “Сириуса”. Венеряне, сошедшие с их палуб, немедленно принялись устанавливать в кустах какие-то аппараты, металлически поблескивавшие в багровых отсветах пожара.

Потом заросли озарились частыми зеленоватыми вспышками, и на розовом травянистом склоне ближайшей возвышенности появилось множество бурых, крабообразных существ. Над плоскими, продолговатыми головами их топорщились уродливые придатки, шарообразные туловища были прикрыты чешуйчатыми щитами.

“Крабы” передвигались прыжками. Каждому из них предшествовала серия коротких вспышек в зарослях. Когда шеренги замирали, между отростками-придатками проскакивали искры.

— Это не живые организмы, — сказал Борис Федорович, присматриваясь к судорожным скачкам “крабов”.

— Очевидно, это роботы, — согласился Олег. — Аэры не хотят подвергать себя опасности.

— Твари эти, вероятно, с начинкой, — заметил с мрачной иронией Сергей. — Брюхо у них вместительное. Когда эти движущиеся мины приблизятся к “Сириусу”, кто-то нажмет кнопку на пульте управления, и мы взлетим на воздух.

— Не успеют, — возразил Олег. — Через полчаса мы будем далеко от Венеры. А если старт задержится и “крабы” подползут к кораблю, мы уничтожим их струями газов из килевых дюз.

— Смотрите, смотрите! — воскликнул Озеров. — Еще одна группа кораблей. Кажется, венеряне собираются устроить нам пышные проводы.

— Похороны по первому разряду, — усмехнулся Сергей, маскируя свою тревогу улыбкой.

Действительно, на севере появилась новая флотилия. В состав ее входило не менее пятидесяти кораблей. Некоторые были продолговатые, сигаровидные, другие имели форму полусфер. Все они, не обращая внимания на языки пламени и клубы дыма, летели напрямик над пылающей пущей.

За кормой кораблей тянулись наклонные темные полосы. Какие-то темно-синие, почти фиолетовые лучи, исходившие от аппаратов, установленных на их палубах, пронизывали клубы дыма, плывущего над пожарищем. Под килями кораблей рвались огненные шары, разбрасывающие короткие лиловые молнии.