Все это действовало на бушующее пламя так, как масло на морские волны. Под кораблями никли языки пламени, меркли факелы горящих деревьев, таяли клубы дыма. Какое-то беловатое вещество, распыляемое в воздухе кораблями, медленно опускалось к поверхности Венеры, заливая и обволакивая густым молочным туманом низины, вершины сопок, склоны предгорий.
Некоторое время над этой зыбкой, плотной перламутровой пеленой поднимались кое-где огненные султаны и одиночные столбы дыма, но вот и они исчезли, растворившись в белой мгле.
Теперь багровый свет излучало только пламя, вырывающееся из кратера огнедышащей горы, да окрашивали в малиновые и розовые тона основания облаков отсветы лавовых потоков. Потом и над гребнем лилового хребта, возле самой вершины двугорбого вулкана, взвились в небо белые клубы и плотной стеной заслонили горизонт.
Люди Земли с удивлением и восторгом следили за происходящим. Аэры боролись с пожаром, схватившим остров, они тушили горящие леса и преграждали путь потокам огненно-жидкой лавы, спасая от гибели памятники древних культур, поселки пещерных обитателей острова и всю ту многочисленную фауну, которую огненные валы теснили к берегам рек, озер, морских заливов.
Астронавты даже забыли на некоторое время о тех, кто бросил в атаку против них полчища бурых роботов-крабов. Погибли ли они в этой белесой мгле или, уцелев, притаившись в кустах, замышляют какую-нибудь новую пакость?
“Крабов” не было больше видно. Некоторое время вокруг “Сириуса” все было белым — остров напоминал огромную снежную равнину.
Потом мгла стала рассеиваться, редеть. То здесь, то там из оседающего тумана показывались рощицы, гребни гор, каменистые кряжи.
И тогда астронавты снова увидели воздушную флотилию аэров.
Она выстроилась километрах в двух от “Сириуса”.
Сергей первый заметил, как от борта головного корабля, оттуда, где над перилами склонились двуногие лилипутики, отделилось какое-то тело и, сверкнув в лучах солнца, выглянувшего на секунду из-за туч, стало падать, кувыркаясь в воздухе.
“Бомба? — подумал Сергей, невольно отступая от окна. — Нет, бомбы так не падают. Это человек… венерянин”.
Над падающим телом раскрылся розовый купол — воздух, тугими струями бьющий в эластичную материю, мгновенно придал парашюту нормальную выпуклую форму.
Покачиваясь на длинных стропах, маленькая кукольная фигурка летела над лесом, подхваченная ветром. Ветер нес ее к папоротникам.
На мгновение венерянина заслонила крона могучей эки, одиноко росшей среди плаунов и хвощей. Потом парашютист оказался правее дерева и стал быстро снижаться.
На нем был серый комбинезон и зеленый шлем с белым гребнем.
Парашютист опустился метрах в пятистах от “Сириуса” в гуще желтых трав, колеблемых ветром.
Сергей поднес к глазам бинокль.
— Это Ноэлла! — закричал он. — Она!
Венерянка торопилась к “Сириусу”, раздвигая руками растения. Рот ее был полуоткрыт. Она что-то кричала. Потом остановилась с таким видом, будто у нее дух захватило, и, прижав левую руку к сердцу, замахала над головою правой.
Казалось, она хочет приостановить отлет “Сириуса” или просит астронавтов, чтобы они взяли ее с собой на Землю.
Но уже ничто не могло помешать старту. Пусковые механизмы были включены. Меньше минуты оставалось до того момента, когда горючее поступит в камеры сгорания, и струи раскаленных газов, вырываясь из дюз и отталкивая “Сириус” от Венеры, вознесут многотонный космический корабль в вышину.
— Она погибнет, — прошептал Сергей, закрывая лицо, чтобы не видеть того, как пламя, метнувшись из сопел, испепелит Ноэллу.
— Нет, — возразил Олег, — не погибнет. Она еще вне зоны действий струй. Ее только пылью обдаст… Закрой иллюминатор.
Сергей нажал кнопку, опустился в противоперегрузочное кресло и откинулся на его спинку.
Олег медленно передвинул рукоятку пускового реостата.
И тотчас громоподобные взрывы потрясли воздух, заклубилась пыль, мглистая черная завеса закрыла пунцовые лозы, кремовые опахала папоротников, оранжево-красную пущу.
Вздрагивая от частых толчков, подобных ударам исполинского пульса, набирая вторую космическую скорость, позволяющую ему преодолеть притяжение Венеры, “Сириус” по круто восходящей кривой устремился в межпланетное пространство.
Словно падая в бездну, уходила назад Венера, окутанная густыми облаками.
Космический корабль, нестерпимо сверкая в лучах окруженного короной Солнца, уносил советских астронавтов туда, где среди звезд и завитков спиральных туманностей, в одном из уголков бесконечной Вселенной летела голубоватая горошинка — родная Земля, колыбель человечества.
Днепропетровск. 1950— 1958 гг.
СПРАВКА-СЛОВАРЬ
Анкилозавр — панцирный ящер, доисторическое животное.
Арабески — украшения, состоящие из чередования геометрических фигур, листьев, побегов, цветов.
Асфиксия — кислородное голодание и накопление в организме человека или животного избыточного количества углекислоты. Асфиксия приводит к постепенному отравлению организма.
Биотоки — электрические токи, возникающие в живых организмах, мышцах, спинном или головном мозгу.
Биосфера — область распространения жизни на планете: суша, пресные водоемы, толщи морей, нижняя часть воздушной оболочки Земли. Биогеносфера — сфера возникновения жизни.
Грабен — сбросовая впадина.
Гравитация — всемирное тяготение, гравитационное поле — поле тяготения.
Горст — участок коры планеты, приподнятый над смежными с ним, опустившимися частями ее. Ограничен сбросами.
Гироскоп — волчок, вращающийся с большой скоростью. Деградация — вырождение, утрата положительных ранее накопленных свойств организма.
Дюза — небольшое отверстие, через которое вытекает газ или жидкость.
Катаклизм — разрушительный переворот.
Конкреция — образование округлой формы в осадочных горных породах вокруг какого-либо постороннего тела.
Коррозия — разрушение металла или металлического изделия вследствие химического или электрохимического взаимодействия их с внешней средой.
Космос — вселенная. Вторая космическая скорость — скорость, позволяющая кораблю преодолеть тяготение планеты. Для того, чтобы покинуть Венеру, “Сириус” должен был набрать скорость, превышающую 10,2 километра в секунду.
Лоджия — открытая галерея, примыкающая к зданию.
Люминесценция — холодное свечение веществ, вызванное прохождением электрического тока, химическими процессами или другими причинами.
Люминофоры — светящиеся вещества.
Ноктовизор — прибор для видения в темноте.
Орнитоптер — летательный аппарат с машущими крыльями.
Протоцератопс — предок рогатых динозавров, доисторическое пресмыкающееся.
Птерадон — крупный крылатый ящер, на Земле жил миллионы лет назад.
Спорангий — споровместилище.
Тектонические движения — движения коры планеты, вызванные процессами, происходящими внутри ее.
Троглодиты — дикие пещерные люди.
Фасеточный глаз — сложный глаз членистоногих, состоящий из множества простых.
Эпицентр — область на поверхности планеты, расположенная над очагом землетрясения.
Эпифит — растение, поселяющееся на другом растении, но не являющееся его паразитом. “Хозяин” служит для него только опорой.
Этнография — народоведение.
Эйнант — синтетический материал.
Энцефалограф — электрический прибор для изучения деятельности мозга.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Запуск первого в мире искусственного спутника Земли в 1957 году вызвал появление новых произведений в отечественной фантастике. Реальные события стали обгонять фантазии писателей. Началось изучение космического пространства.
В те годы областные издательства печатали космическую фантастику довольно редко. На Украине, пожалуй, только В.Н.Владко в романе “Аргонавты вселенной” (1939 г.) разработал идею межпланетарных сообщений. Любители фантастики 50-60 годов прошлого века хорошо помнят книгу Л. М. Оношко “На оранжевой планете” (1959 г.). Почему Леонид Оношко отправил своих героев на Венеру? Да потому, что в то время о Венере знали очень мало, а марсианская тема была фантастами многократно использована.
Нельзя забывать, что в Советском Союзе читатели не были знакомы с англо-американской фантастической литературой. Такие понятия, как “космическая опера” и “фэнтези” еще не существовали для отечественных читателей. Примеры зарубежной фантастики ограничивались Жюлем Верном и Гербертом Уэллсом.
