И магию он применить не мог, потому что коты были слишком близко к тварям, чтобы он мог не зацепить их. Он систематически восстановил в памяти все известные ему заклинания, которые бы могли убить монстров, но не были бы опасны для леопардов. Монстры были огромными, даже несколько далеко не самых слабых вер-леопардов не могли с ними справиться, им удавалось только удерживать тварей подальше от Снейпа. Но надолго ли? Профессору срочно нужно было что-нибудь придумать. Над верхней губой
профессора бисеринками выступил пот. Может быть…
Снейп вскинул палочку, когда Амрис ударил одну тварь кулаком в бок, зарываясь в плоть когтями. Монстр отбросил его далеко от себя, и Амрис врезался в стену. В это время Билл Уизли прыгнул на спину твари. За ними Снейп увидел Люциуса Малфоя с Чарли Уизли, те дрались со второй тварью. Оба были в форме животных.
Не теряя времени, Снейп быстро произнес заклинание, на котором остановил свой выбор. Вспыхнул ослепительный свет, настолько интенсивный, что причинял боль глазам даже сквозь опущенные веки. Надо было бы предупредить остальных, но на это не хватило времени. Когда зрение профессора снова прояснилось, на полу он увидел двух женщин. Они были удивительно хрупкими в сравнении с недавними монстрами. Он осторожно пошел к ним, не обращая внимания на рычащих леопардов.
Люциус вернулся в человеческую форму, тело его было покрыто кровью и ошметками гнилой плоти. Он внимательно осмотрел незнакомую женщину. Незнакомую для него, зато Северус Снейп тут же ее узнал. Он обогнул группу леопардов и подошел к телу. В висках пульсировала кровь, дрожь от избытка адреналина все еще не улеглась.
- Сибил Трелони. Профессор Предсказаний в Хогвартсе. Абсолютно лишена таланта в предсказаниях, да и в других видах магии не блещет. Удивляюсь, что ей удалось сделать нечто подобное, - сказал Снейп, наклоняясь над женщиной. Остальные леопарды изменялись, попутно залечивая раны.
- Вы узнаете ее? - спросил Люциус, стоя радом с профессором и указывая на вторую женщину. Та лежала на спине, в груди зияла огромная дыра. Это Амрис умудрился проломить ей ребра. - Она была моей сестрой, Андромедой. И я абсолютно точно знаю, что сама она не достигла такого уровня волшебства.
- Она мертва, мой король, - прокомментировал очевидное Амрис. Ему удалось скрыть в голосе удовлетворение, но глаза торжествующе блеснули. Эта женщина и так нанесла огромный ущерб прайду. Теперь она ничего больше не сможет сделать.
- Другого выхода не было, - ответил Люциус. - Она бы не пошла на компромисс. Она сама приговорила себя к смерти своими поступками.
Люциус оглядел мужчин.
- Ладно, а где мой Избранный? Где Грэйм? Кто похитил их? - прорычал он.
* Глава 50*
- Сириус Блэк, - ответил Снейп, неохотно отрывая взгляд от высокой и мускулистой фигуры Амриса. Он с усилием заставил себя думать о чем-нибудь другом. Сейчас не время и не место, чтобы предаваться желаниям.
Странно. Насколько Снейп знал себя, он был гетеросексуалом. Хотя в последние годы у него вообще никого не было. Давно уже никто не вызывал у профессора сексуального интереса. Снейп заставил себя переключить внимание на короля, решив, что в собственных желаниях можно будет разобраться позже… и наедине. Сейчас же предстояло вернуть Поттера до того, как его сумасшедший крестный совершил что-нибудь глупое и непоправимое.
Люциус резко повернулся к Снейпу, в глазах полыхнул огонь.
- Сириус Блэк? Я знаю это имя. Кто он такой? - спросил он. Голос короля был намного глубже, и его нельзя было назвать человеческим. Они прошли в комнаты короля, Люциус хотел смыть с себя пятна чужой крови.
- Крестный Поттера, - ответил Снейп, думая, что если бы все ликантропы объединились в войне против Волдеморта, сейчас все было бы намного проще. Однако этого не случилось. И у Снейпа были подозрения, что в этом виновато не только то, что они все принадлежали к разным видам.
- И почему он проник в мой дом вместе с моей сестрой и этой ведьмой? - резко спросил Люциус. - Мой Избранный с ним в безопасности? Он чем-нибудь рискует?
- Думаю, что этот человек спасал крестника от смерти. К сожалению, он - оборотень. И явно не обрадуется, узнав, что Поттер - вер-леопард, - ровным голосом ответил Снейп. - Я сомневаюсь, что он навредит мальчику, но когда имеешь дело с Блэком, лучше сразу приготовиться к несчастным случаям. С ним постоянно что-нибудь происходит, - Блэк действительно был предсказуем. На нем словно висело проклятие. Снейп глубоко вздохнул перед тем, как продолжить.
- Его даже посадили на несколько лет в Азкабан, как особо опасного преступника. Но, как выяснилось, он отсидел ни за что, - профессор пытался рассказывать без своих комментариев. Лично он думал, что Блэк был и опасным, и сумасшедшим. Но сейчас было не время делиться своими мыслями. От этого ситуация только усложнилась бы. Лишние эмоции могли спровоцировать Люциуса на необдуманные поступки.
Люциус обменялся взглядами с Амрисом и глухо зарычал. Амрис осторожно раздел короля и подтолкнул его к воде.
- Искупайся, а потом мы пойдем искать Гарри, - пообещал Амрис, Люциус нахмурился.
Снейп же смотрел, как они вошли в бассейн с горячей водой. Их тут же окутали клубы пара. Профессор был уже взрослым. Естественно, он прежде принимал душ в общественных душевых кабинках. Но сейчас он внезапно понял, что не хочет оказаться обнаженным перед ними. И только густой слой слизи и крови убедил его расстаться с одеждой. Амрис перевел взгляд на профессора, и тот запутался в собственных пуговицах.
На мужчине были только тонкие шелковые штаны, сейчас они представляли собой жалкое зрелище. Амрис проследил взгляд Снейпа, посмотрел вниз и скривился. Не моргнув и глазом, он стащил с себя штаны и предстал перед профессором абсолютно обнаженным. На шоколадной коже уже капельками влаги оседал пар, как и на коротких светлых волосах. Встряхнувшись всем телом, наподобие собаки, он скользнул в воду. Снейп чуть не проглотил язык, поперхнувшись воздухом.
Пока они купались, Люциус потребовал от профессора больше информации. Снейпу пришлось сконцентрировать свое внимание на вопросе, чтобы ответить. Причем, ответить хотелось как можно быстрее. А потом убраться отсюда ко всем чертям. Как только с купанием было покончено, ему выдали чистую одежду. Конечно же, совершенно не то, что он обычно носил.
Ткань была легкой, мягкой и прекрасной, черной, а по краям с серым рисунком. Штаны наводили на мысли о нежных пальцах, ласкающих кожу. А длинная туника плотно облегала его тело, что можно было разглядеть все, что только не пожелаешь. Однако все было чистым, чего не скажешь о его собственной одежде. Так что это вполне можно было пережить.
