ненавидит их за столь поздний визит.
– Я всегда хочу есть, когда понервничаю.
– А вас в самолёте разве не кормили?
Олег Адольфович отправил в рот очередной кусок хлеба.
– Ты что, шутишь? Разве это еда? Это просто насмешка над родом человеческим. Кексик, чай и сахар. Что это за еда для бешено работающего мозга? – Олег Адольфович уплетал борщ со сметаной за обе щеки.
Яна и Лебедев с интересом смотрели, как борщ со скоростью света исчезает в его постоянно жующем рту. Яна пила черный кофе, а Виталий Николаевич вымолил себе бокал пива и гренки в качестве закуски.
– Перелёт был лёгкий. Я же, как ты позвонила, сразу же в аэропорт. Даже билет не забронировал. Всё делал на месте. И вот повезло! Потом, уже здесь, долго слонялся по аэропорту, съел гамбургер, два хот-дога, картофель фри, всё равно хотелось есть. Ко мне подваливали какие-то странные личности и клянчили деньги на еду. Потом появились полицейские и меня вместе с ними замели и посадили в «бобик». В интересной компании я побывал!.. У троих чесотка, и у всех педикулёз. Один кашлял, как туберкулёзная собака, другой…
– Хватит, Олег! Я даже кофе сейчас выпить не смогу, – остановила его Яна.
– Может, тебе сходить на какую-нибудь санитарную обработку? – предложил Виталий Николаевич.
– Ладно-ладно. Умолкаю… – Олег Адольфович отставил в сторону пустую тарелку из-под борща и приступил к уничтожению котлет с картошкой и тушеной капустой.
– Хотела тебя спросить… – начала Яна. – Если человека убили несколько лет назад, а труп обнаружили недавно, а выглядит он так, словно умер вчера… Может такое быть?
Олег Адольфович усмехнулся.
– Значит, про вши за едой говорить нельзя, а про трупы можно? Теперь понятно, почему ты меня вызвала. Я бы сказал, что такого не может быть, но всегда и везде есть сюрпризы. Надо тело осмотреть. Может, его мумифицировали?
– Выглядел, как мы с тобой, на мумию точно не похож, – ответила Яна. – И труп ты не увидишь. Считай, что его нет. Но местный патологоанатом взял генетические образцы, и я успела их спрятать.
– По каким-то образцам, да еще не факт, что правильно взятым, я должен раскрыть преступление века? Причину загадочной смерти? – Олег Адольфович доел последнюю котлету.
– Что есть, то есть. Другого всё равно не будет, – вздохнула Яна.
– Захватил я с собой волшебный чемоданчик, – похлопал Олег Адольфович по своему видавшему виды портфелю. – Посмотрим, что можно вытащить из этой истории.
– Это тот, который у тебя отобрали, когда решили, что ты дурь бодяжишь и бомжам впариваешь? – засмеялся Виталий Николаевич.
– Что бы вы сейчас без моего чемоданчика делали? – хмыкнул Олег Адольфович.
Яна допила кофе и отодвинула чашку. Внимание ее привлек одинокий мужчина, коротающий эту ночь в не самой хорошей компании, а именно с бутылкой водки и бумажным стаканчиком.
– Мальчики, я на минутку, – сказала она своим спутникам и отправилась к соседнему столику.
– Арнольд Елизарович? А я смотрю, лицо знакомое… – Не спрашивая приглашения, Яна села к нему за столик.
– Яна? – вздрогнул тот. – Привет. Надеюсь, не надо сейчас никуда ехать и что-то исследовать?.. Да и не получится. Отстранили меня. А главврач намекнул, что вообще уволит… – грустно вздохнул патологоанатом.
Яна взглянула на бутылку, чтобы прикинуть степень опьянения.
– Сильно расстроился? Из-за этого пьёшь? – спросила она.
– Это фигня, то есть цветочки. Я полный идиот… – опустил голову Арнольд Елизарович.
– Я бы не сказала! – не согласилась с его оценкой Яна. – Вполне себе умный, воспитанный мужчина…
– Нет! Настаиваю!.. Я – полный козел. Как, впрочем, все мужики… Мне тут повезло. Встретил девушку, как в той песне, «полумесяцем бровь… любовь…». Конечно, вздрогнул, что она в инвалидной коляске!.. Но это фигня – сгладилось в первые же минуты общения. Ты же ее знаешь, Яна!
Яна поняла, что он пьянее, чем она изначально думала.
– Лора! Конечно, знаю! Мы с тобой вместе были у нее в гостях!
– Да, Лора! Мы потом общались каждый день. Может, это и недолго… Но дольше века длился день!.. Показалось, что мы знакомы всю жизнь. Я не хотел с ней расставаться!
– Так это же хорошо! Я в таких вещах никогда не ошибаюсь!.. Лоре ты очень симпатичен. Думаю даже, она влюблена в тебя. Но эти слова она должна сказать тебе сама. – Яна разговаривала с Арнольдом максимально спокойно и даже нежно.
– И у нас было… – доверительно признался Арнольд Елизарович.
Яна не знала, что на это ему сказать. Не могло же у них быть в постели всё так плохо, что мужик ушел в глухой депресняк!
Но Арнольд Елизарович добавил:
– Всё было прекрасно!
– Ну! Так что ты… – не понимала Яна.
– Не торопи меня… – перебил ее патологоанатом. – Заглянул я в кафешку перекусить. Я живу в престижном районе… Вот там, в кафе, случайно и встретил Эвелину. Даму удивительную во всех отношениях. Подсела ко мне за столик, была мила… Излишне мила! Мне бы сразу заподозрить… А потом ну просто настояла, чтобы подвезти меня на своей арендованной машине до дома. Я ж говорю, слабак! Уломала… Надо было жестче быть, принципиальнее! Нет, и всё! А я уже поплыл, кретин! Думаю, что мне с ней, драться, что ли? А когда к моему дому подъехали… Там, в машине, всё и произошло. Весь ужас в том, что Лора нас видела! Приехала ко мне, зная, что я вот-вот с работы вернусь. Привезла мне вкусной еды… А я же не привык к такому обращению, пошел ужинать в общепит как холостяк. Если бы не это чёртово кафе!.. Хотя какая разница, если я такой подонок? Кой дьявол дёрнул меня на измену? Смешно, да? Лора мне очень дорога, но Эвелина оказалась хитрее. Вот такой я донжуан хренов. – Залихватским движением Арнольд Елизарович закинул свою длинную тёмную чёлку назад.
Больше всего Яне было жалко, конечно, не своего друга, а Лору.
– А самое страшное знаешь что? – поднял он на нее мутные глаза и нетвердой рукой налил себе еще стакан, чуть ли не половину расплескав на стол.
«Чего же может быть хуже?» – подумала, но спросила Яна. Его откровения ее потрясли.
– Мне было так стыдно, так отвратительно!.. За себя… А Эвелина заметила помертвевшую Лору, вышла из машины, усмехнулась и просто, буднично так, сказала ей: «Не волнуйся, мне он не нужен. Смотреть на вас противно было!.. Сладкая парочка… А я в последнее время что-то квалификацию терять стала. Один отказал, другой… Я малость запаниковала даже. Но нет, могу еще!.. От моих чар никто не устоит, хоть холостой, хоть женатый, хоть влюблённый». Она так противно засмеялась! Боже! На
