Оно лежало метрах в десяти от нас, на краю широкой полосы для транспорта. Я преодолел половину пути, когда раздался визг шин и я увидел несущуюся прямо на меня плоскую и острую, словно край листа бумаги, морду светло-зеленой машины. Двумя отчаянными прыжками я проскочил перед радиатором, оттолкнулся от стены и снова бросился между автомобилями. Зеленый блин неизвестной мне марки снова атаковал, на этот раз задом. И снова лишь миллиметры отделяли нас от столкновения. Если бы водитель успел открыть дверцу, я ввалился бы в машину. Я лавировал среди автомобилей, все еще слыша вой двигателя, и лишь случайно пригнувшись, избежал посланной кем-то в меня пули. Почти каждый раз, стоило мне хоть немного высунуться, приглушенный щелчок где-то рядом извещал о попадании пули в чей-то кузов. Стрелявших должно было быть как минимум четверо, один выведен из строя, значит, осталось трое. Я снова пригнулся и, на этот раз долго не высовывая носа, нырнул в гущу автомобилей.
Выбравшись на край парковки, я огляделся. Зад зеленого блина находился метрах в тридцати от меня, больше я никого не видел. По другую сторону — у меня сильнее забилось сердце — передом к выезду с парковки стоял кабриолет-«трафальгар». Это могло быть как подарком судьбы, так и дьявольской ловушкой. Я бросил взгляд назад и, пока что не видя преследователей, под прикрытием кузова попятился к «трафальгару», а затем бесшумно нырнул в его нутро. Тихо мурлыкала музыка, почти заглушая урчание двигателя. Послышался голос женщины, стоявшей неподалеку, за колонной: «Да, да! Я тороплюсь, до завтра». Нажав на пусковой рычаг, я рванул к выезду со стоянки, до которого добрался без помех, если не считать того, что, когда я проезжал мимо последней колонны, раздался щелчок ударившей о бетон пули, но я был уже снаружи. Я громко рассмеялся, но смеялся недолго. В мониторе заднего вида появилась выезжающая со стоянки зеленая бритва, и в то же мгновение груда пакетов на заднем сиденье зашевелилась.
— Мама, у меня тут все посыпалось…
Из-за спинки сиденья появилась голова девочки лет шести-семи. Я увидел ее большие глаза, которые стали еще больше при виде чужого дяди за рулем. Чудом разминувшись с мчащейся навстречу машиной, я перестал смотреть на малышку, полностью сосредоточившись на управлении. Джонатас Апнэм неплохо меня подставил, рекламируя «трафальгар» как мужскую модель. Зеленый догонял меня в ошеломляющем темпе, впрочем, до сих пор любому, кто хотел меня догнать, это удавалось без особого труда. Я пообещал себе, что при ближайшей возможности проверю, что здесь творится на автомобильном рынке, но, чтобы быть в состоянии этой возможности дождаться, мне пришлось вдавить до упора педаль газа и совершить несколько маневров, швырнувших девочку на сиденье.
— Как тебя зовут? — крикнул я.
— Не скажу.
— Ну и не говори, но послушай меня. Я украл машину у твоей мамы, но я ее верну. Я нехороший человек, но те, кто за мной гонится, еще хуже…
— Полиция? — воскликнула она.
— Нет…
— Сферы влияния не поделили?
Я свернул вправо, меня едва не занесло, я вылетел на тротуар и какое-то время несся по нему. Зеленый НЛО позади меня потерял на этом повороте еще больше.
— Да! — крикнул я малышке. — Они опасны, понимаешь? Поэтому, как только смогу, я приторможу, а ты выскочишь из машины. Хорошо?
Она что-то ответила, но мне пришлось бросить машину влево, вправо и еще раз влево, чтобы избежать лобового столкновения, даже трех столкновений. Девочка поднялась, и в мониторе появилась ее разъяренная физиономия.
— Нет! — завопила она. — Это мамина машина!
— Она застрахована! — крикнул я в ответ. — И наверняка мама предпочтет, чтобы ей разбили машину, чем если хоть одна пуля угодит в ее дочь.
Я свернул влево и, едва не протаранив пузатый лимузин, влился в поток несущихся на запад автомобилей. Теперь успех моего бегства зависел от маневренности машины, которой приходилось на участке в несколько метров увеличивать скорость на десяток с лишним километров в час, чтобы воспользоваться промежутком в ряду слева, прыгнуть вперед на один или два автомобиля и ждать следующего случая. К сожалению, «трафальгар» — может быть, из-за того, что четырехместный, — был неуклюжим, словно дорожный каток. НЛО отделяли от меня лишь четыре машины, а на ближайшем отрезке дороги не было ни одного доступного мне ответвления. Мне осталось всего несколько секунд. Я огляделся вокруг. Слева меня медленно обгонял кипящий от нетерпения кабриолет, из которого доносилась музыка, громкости которой в мое время хватило бы на целый стадион. Я отпустил руль, быстро повернулся и, схватив девочку за руки, перебросил ее в кабриолет, в котором ехали три девушки. Я увидел, как они открывают рот, но их согласия ждать не стал.
Я со всей силы ударил правой дверцей в бок едущей рядом машины, а когда оглушенный водитель начал тормозить, ворвался в образовавшийся промежуток и поравнялся с несколько угловатым по нынешней моде «вольво». Увидев, что дорогу от тротуара отделяет двухметровой ширины полоса густой живой изгороди, я переместился на сиденье рядом с собой, перескочил на крышу «вольво» и одним прыжком, не давая преследователям времени на то, чтобы открыть огонь, нырнул в гущу растительности.
Подождав секунд пять, я осторожно высунул голову из пробитой собственным телом дыры в метровой толщины слое зелени. Шесть рядов машин, плотно забитых телами, все так же мчались вперед. Как я предполагал, коми оставшегося без водителя автомобиля должен вывести его куда-то, где он не будет мешать движению. Мои преследователи неслись вместе со всеми, в общем потоке металла. Наверняка по крайней мере один из них сейчас говорил по телефону. Я выбрался из зеленого ручья, струившегося рядом с железным потоком, привел в порядок одежду и не спеша удалился.
На бар я наткнулся, еще не имея понятия о том, что буду делать в ближайшее время. Полная автоматизация и безлюдье, возможно, обеспечивающие какой-то доход вечерами и наверняка ночью. Выбрав из меню стакан скотча, я заплатил наличными и уселся на неудобный табурет с видом на улицу. Первая половина стакана ушла у меня на воспоминания о моей беготне по стоянке и не слишком изящной езде по городу, вторая — на размышления о будущем. Пришлось взять еще порцию — будущее оказалось настолько сложным, что за один стакан охватить все его варианты было просто невозможно.
Ближайшее будущее: возвращаться в отель или нет? Мне нужно было лишь оружие, «Реме» же можно было купить в любом магазине. Доклады я мог уничтожить, не приближаясь к компу в номере, а их содержимое — переслать на любой указанный адрес. Машина меня больше не интересовала, тем более что я не был уверен, не утяжелили ли ее небольшим зарядом. Что касается дальнейших планов… Здесь все обстояло несколько сложнее. За третьим стаканом я понял, насколько именно сложнее, и на этом остановился, не в силах самокритично возразить против следующего вывода: я вынужден жить сегодняшним днем, поскольку чем дальше я пытаюсь заглянуть в будущее, тем больше мне приходится влить в себя спиртного.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
