Лицо Хеттара просветлело.
- Силк, - сказала леди Полгара укоризненно.
Маленький драсниец придал своему крысиному личику невинное выражение.
- Должны же мы отбить у них охоту за нами гнаться, - сказал он.
- Конечно, - сказала она саркастически.
- Нельзя, чтобы мерги оскверняли Долину, так ведь?
- Тебе-то что?
- Я вовсе не так кровожаден. Она повернулась к нему спиной. Силк лицемерно вздохнул.
- Вечно она думает обо мне дурно.
За это время Се'Недра успела осознать, что так бездумно пообещала Алу. Спутники уйдут, оставив её здесь. Она уже чувствовала себя ни при чем - они обсуждают планы, в которые не включают её . Чем больше она об этом думала, тем хуже ей становилось. Нижняя губка её начала дрожать.
Горим, король алгосов, сочувственно глядел на неё.
- Трудно оставаться без друзей, - сказал он мягко, словно заглянул в её душу большими мудрыми глазами, - и пещеры наши для тебя чужие - темные и мрачные.
Она молча кивнула.
- Через день или два, однако, - продолжал он, - глаза твои привыкнут к темноте. Здесь есть красоты, которых не видел ни один пришелец из внешнего мира. Правда, у нас нет живых цветов, но в потаенных пещерах драгоценные камни сверкают на полу и стенах, как в цветнике. В нашем бессолнечном мире не растут деревья, но я знаю пещеру, по стенам которой, как лозы, вьются золотые жилы, оплетая потолок и спускаясь на пол.
- Осторожней, светлейший, - предупредил Силк. - Принцесса - толнедрийка, и при виде такого богатства с ней может сделаться припадок.
- Не нахожу в ваших словах ничего смешного, принц Келдар, - ледяным голосом сказала Се'Недра.
- Я полон раскаяния, ваше императорское высочество, - лицемерно извинился он с нарочито-церемонным поклоном.
Против воли принцесса рассмеялась. Востроносый маленький драсниец был настолько забавен, что долго сердиться на него она не могла.
- Ты будешь моей возлюбленной внучкой, принцесса, - говорил ей Горим. - Мы будем вместе бродить вдоль наших молчаливых озер и исследовать давно забытые пещеры. Мы будем говорить. Внешний мир мало знает об алгосах. Быть может, ты первая из всех чужестранцев сможешь нас понять
Се'Недра с чувством ухватилась за дряблую старческую руку. Какой все-таки милый старичок.
- Сочту за честь, светлейший Горим, - сказала она совершенно искренне.
Ночь они провели в уютных постелях в пирамидальном доме Горима - хотя понятия "день" и "ночь" мало что означали в этом странном подземном мире. На следующее утро несколько алгосов привели в пещеру Горима лошадей - видимо, они шли более длинной дорогой, решила Се'Недра, - и друзья её начали готовиться к отъезду. Принцесса сидела в сторонке, заранее чувствуя себя очень одинокой. Переводя взгляд с одного спутника на другого, она старалась запечатлеть в памяти их лица. Когда она наконец посмотрела на Гариона, взор её затуманился.
Она уже начинала о нем тревожиться. Он такой порывистый. Она твердо знала, что, стоит ей выпустить его из виду, он попадет в какую-нибудь беду. Конечно, Полгара будет следить за ним, но это не то. Она вдруг рассердилась на него за все глупости, которые он наделает, и за тревоги, которые доставит ей его безрассудное поведение. Она смотрела на него, желая, чтобы он сделал что-нибудь такое, за что его можно было бы выбранить.
Она решила, что не выйдет их провожать - не станет одиноко стоять на краю озера, глядя им вслед, но как только они прошли под массивной аркой, решимость её дрогнула. Не подумавши, она бросилась за Гарионом и схватила его за руку. Удивленный, он обернулся. Она встала на цыпочки, взяла его голову в ладони и поцеловала юношу.
- Будь осторожен, - велела она, еще раз поцеловала его и в слезах бросилась обратно, оставив его оторопело глядеть ей вслед.
ЧАСТЬ 4
Глава 10
Несколько дней они шли в темноте. Тусклый светильник, который нес Релг, не освещал дорогу, а только служил ориентиром, за которым приходилось следовать. Темнота давила на Гариона, он то и дело спотыкался на неровном полу и одну руку все время держал вытянутой, чтобы не налететь головой на невидимый камень. Дело было не только в пахнущей затхлостью темноте. Он чувствовал, что гора всем своим весом давит на него сверху и с боков. Юноше казалось, что он замкнут, замурован в сплошном камне. Он постоянно боролся с подступающей паникой и часто сжимал зубы, чтобы не закричать.
Казалось, та извилистая дорога, которой вел их Релг, представляет собой бессмысленное блуждание. У одной развилки он сворачивал налево, у другой направо, но всегда с уверенностью. Они шли по темным пещерам, хранившим воспоминания о былых звуках и бесконечным эхом вторившим прошлому. Единственное, что спасало Гариона от паники, это уверенность Релга.
Б одном месте ревнитель остановился.
- Что случилось? - резко спросил Силк. В голосе его звучала та самая нарастающая паника, которую ощущал в себе сам Гарион.
- Здесь я должен прикрыть себе лицо, - ответил Релг.
На нем были очень странная кольчуга, составленная из заходящих одна на другую металлических пластинок, подпоясанная на талии, и плотный капюшон, который оставлял открытым только лицо. На поясе у него висел тяжелый изогнутый нож, один вид которого леденил Гариону кровь Релг вытащил из-под кольчуги кусок материи и закрыл им лицо.
- Зачем это вы? - спросил Дерник.
- В следующей пещере выходит на поверхность кварцевая жила, - сказал ему Релг. - Она отражает солнечный свет, который проникает сверху. Блеск очень яркий.
- Как вы будете с завязанными глазами показывать путь? - заволновался Силк.
- Материя не очень плотная. Я отлично вижу сквозь неё. Идем.
Они обошли угол галереи, и Гарион увидел впереди свет. Он насилу сдержался, чтобы не броситься к нему бегом. Они шли вперед; лошади, которых вел за собой Хеттар, звонко стучали копытами по каменному полу. Пещера была очень большая, вся лучащаяся мерцающим хрустальным светом. Кварцевая жила, освещавшая пещеру, шла по потолку. Оттуда же свисали огромные каменные сосульки, другие поднимались с полу навстречу им. Посреди пещеры было небольшое озерцо, и по нему расходились круги от крошечного водопадика в дальнем конце. Вода журчала, как маленький серебряный колокольчик, и звук этот эхом отдавался от стен, сливаясь с эхом от еле слышного пения алгосов далеко позади. Многоцветие пещеры ослепило Гариона. Кристаллы горного хрусталя разлагали свет на радужные цвета, сиявшие по всей пещере. Гарион вдруг поймал себя на несуразной мысли, что хотел бы показать эту изумительную пещеру Се'Недре.
- Быстрее, - торопил их Релг, прикрывая ладонью и без того завязанные глаза.
- Почему бы нам не сделать здесь привал? - предложил Бэйрек. - Нам уже пора отдохнуть, а место замечательное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
