– Всегда рад помочь Трансземному институту зашибить монету, Лобсанг.
Для разнообразия Джошуа в ту ночь сидел и наблюдал в темноте за путешествием. Иногда во мраке там и сям мелькали огни. Но огонь – нормальное явление там, где есть молнии, деревья и сухая трава. Вперед, вперед, здесь не на что смотреть.
Он пожаловался на однообразие видов.
– А ты как думал? – поинтересовался Лобсанг. – В общем и целом я ожидал, что многие земли будут довольно однообразны, особенно с первого взгляда, – и не забывай, Джошуа, что, кроме первого взгляда, мы, в общем, не располагаем ничем. Помнишь, в детстве ты смотрел картинки с динозаврами юрского периода? Самые разные виды на одном ярком рисунке, и на переднем плане непременно тираннозавр борется со стегозавром. Природа обычно себя так не ведет, и динозавры тоже. Природа обычно или молчит, или разговаривает так, что трясется земля. Хищники и их добыча преимущественно рассеяны в пространстве. Вот почему я склонен останавливаться в относительно засушливых мирах, где множество представителей животного мира толпятся у водоемов, хотя и в несколько искусственных условиях.
– Но сколько же мы упускаем, Лобсанг? Даже когда мы делаем остановку, то едва успеваем оглядеться, прежде чем двинуться дальше, несмотря на все твои пробы и зонды. Если мы смотрим лишь мельком…
По собственному опыту, полученному во время «творческих отпусков», Джошуа инстинктивно знал, что нужно пожить в мире, чтобы понять его, а не скользить по поверхности, перебирая пачку картинок. Шел тридцать третий день путешествия.
– Где мы сейчас?
– Ты имеешь в виду – относительно географии Базовой Земли? Примерно в районе Северной Калифорнии. А что?
– Давай остановимся. Я просидел в твоем летающем отеле больше месяца и хочу провести хотя бы один день на месте, чтобы немного расслабиться. И набраться впечатлений. Хорошо? Только сутки. А ты можешь пополнить запас воды. Честно говоря, я просто с ума схожу.
– Хорошо. Не возражаю. Я найду мир поинтереснее и остановлю корабль. Поскольку мы в Калифорнии, не хочешь ли доску для серфинга?
– Ха-ха.
– Ты изменился, Джошуа, ты это знаешь?
– Потому что спорю с тобой?
– Да. Я заинтригован – ты стал быстрее, менее склонен к колебаниям и меньше похож на человека, занятого только собственными мыслями. Разумеется, ты остался собой. Честное слово, возможно, ты сейчас – больше ты, чем до сих пор. Теперь, когда ты узнал, каким образом появился на свет…
Джошуа отмахнулся.
– Не надо, Лобсанг. Спасибо за браслет. Но ты не психолог. Наверное, путешествие расширяет сознание.
– Джошуа, если твое сознание расширится еще немного, оно начнет выливаться из ушей.
Хотя была полночь, Джошуа не хотелось спать. Он принялся готовить ужин.
– Как насчет кино?
– Я предпочту почитать. Есть предложения?
Включился экран.
– Я знаю подходящую вещь.
Джошуа уставился на экран.
– «Налегке»?
– Всегда полагал, что это во многих отношениях – лучшая книга Твена, хотя я и питаю слабость к «Жизни на Миссисипи». Прочитай. Заглавие отражает суть. Путешествие по неизведанным землям. Очень смешно, хоть и с ноткой горечи. Наслаждайся!
И Джошуа наслаждался. Он читал, а потом задремал и на сей раз во сне отбивал нападение индейцев.
На следующий день, около полудня, корабль остановился с привычным толчком. Джошуа увидел внизу озеро – серо-синий щит посреди лесной зелени.
Лобсанг объявил:
– Лови волну, старик.
– О господи.
Лес оказался весьма приятным. Эскадрильи летучих мышей носились за мошками в зеленом воздухе над головой; пахло сырым деревом и гниющими листьями. Мягкие звуки вокруг казались, как ни странно, гораздо тише простой тишины. Джошуа знал, что абсолютная тишина в природе – это такое необычное состояние, которое не просто примечательно, но еще и предвещает несомненную угрозу. Но бормотание глухого леса было естественным белым шумом.
Лобсанг сказал:
– Джошуа, тише. Посмотри налево.
Он увидел лошадей, робких, пугливых, с причудливо изогнутыми шеями и мягкими копытами, размером со щенка. А еще что-то вроде слона с толстым хоботом, но не выше пары фунтов в холке.
– Какие милые, – сказал Джошуа.
– Озеро прямо по курсу.
Оно было окружено стеной деревьев и узкой полоской прибрежного песка. Спокойная вода поросла камышом и тростником, и в столь редком здесь ярком солнечном свете под синим небом, хлопая бело-розовыми крыльями, кружились экзотические птицы. На дальнем берегу Джошуа заметил какое-то животное, похожее на собаку, пугающе большое – четырех или пяти ярдов в длину, с массивной головой и гигантскими челюстями, которые сами по себе выдавались на целый ярд. Прежде чем Джошуа успел поднять бинокль, животное скользнуло в лесную тень.
Он сказал:
– Это совершенно точно млекопитающее. Но челюсти у него как у крокодила!
– Да, млекопитающее. Подозреваю, дальний родственник кита – в смысле, нашего кита. А в воде, Джошуа, как обычно, водятся и настоящие крокодилы. Универсальные.
– Как будто части разных животных смешались… кто-то тут забавляется эволюцией.
– Мы в сотнях тысяч миров от Базовой Земли, Джошуа. В этом отдаленном мире мы видим представителей многих отрядов животных, имеющихся на нашей ветви вероятностного дерева эволюции, но как будто переосмысленных. Эволюция, как погода, довольно-таки хаотична…
Джошуа услышал какое-то хрюканье, словно со спины к нему подкрадывалась свинья. Большая свинья.
– Джошуа. Не беги. Сзади. Медленно повернись.
Он послушался, подумав об оружии, которое было у него с собой. Нож на поясе, пневматический пистолет в рюкзаке на груди. А над головой витал Лобсанг, вооруженный летающим арсеналом. Джошуа попытался успокоиться.
Огромные свиньи – таково было первое впечатление. С полдесятка, каждая в холке высотой примерно человеку по плечо, с могучими копытами, щетинистыми буграми на спине, крошечными угольно-черными глазками и мощными длинными челюстями. И на каждой восседал гуманоид – не тролль, а худенькое создание с обезьяньим лицом и волосами цвета ржавчины. Они сидели на свиньях верхом, как на огромных безобразных лошадях.
До спасительных деревьев было далеко.
– Снова эльфы, – шепнул Лобсанг.
– Те же, что перебили Жертв?
– Во всяком случае, их ближайшие родственники. Долгая Земля велика, Джошуа; видообразование всюду происходит по-разному.
– Ты высадил меня здесь, чтобы я с ними встретился, так? Ничего себе приятный отдых!
– Нельзя отрицать, что это интересно.
Один из эльфов издал клич, заверещав по-обезьяньи, и ткнул своего скакуна пятками в бока. Шесть свиней, издавая утробное хрюканье, зарысили к Джошуа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
