но в его исполнении это выглядело скорее комично, чем мило. — Неужели я не заслужил даже малейшей благодарности?
— Спасибо! — произнесла с чувством. — Но мне пора. Уже поздно, а у меня завтра рабочий день. Как, впрочем, и у вас. Так что, пожалуйста, отпустите — я пойду.
Досадливо поморщившись, но всё же не став окончательно переходить границы приличий, Мигель слегка отстранился, но до конца не отпустил, а когда наш экипаж остановился четко напротив ворот особняка, заявил:
— Провожу.
Я бы предпочла обойтись и без этого, но заметила, как демон упрямо поджал губы, и поняла, что дольше спорить буду. Что ж, не велика беда, пусть проводит.
В итоге меня снова вынули из экипажа, обхватив обеими руками за талию и не забыв прижать к себе, а до дома вели под ручку, словно мы и впрямь настоящая пара. Так смешно было. Нет, правда. Мужчины вообще в этом плане весьма странные существа и умудряются выдумать себе то, чего нет в помине, а когда их ожидания не оправдываются, до последнего делают вид, что всё совсем не так.
Да и тьма с ним. Проводит и распрощаемся.
На улице уже стемнело, время близилось к десяти и особняк был погружен во мрак ночи, однако аллею перед зданием освещали фонари, а фонтан и вовсе оказался с разноцветной подсветкой, которая вспыхивала магической радугой, изредка меняя цветовую гамму. Это так меня удивило и восхитило, что я даже не сразу заметила магистра, который сидел на бортике слева, и встал сразу, как только мы приблизились.
— Мигель, — кивнул маг демону, здороваясь.
— Сэверин, — ответил ему с неожиданной прохладцей мой спутник. — Не спится?
— Ты знаешь, я раньше полуночи редко ложусь, — последовал небрежный ответ от некроманта, одетого по-домашнему небрежно: в брюки и расстегнутую на груди рубашку с коротким рукавом. Его внимательный взгляд переместился на меня и за долю секунды прошелся по всему телу, аж иголочками закололо. Причем почему-то губы. — Прекрасно выглядишь, чудо. Надеюсь, узнала всё, что хотела?
И вроде простой вопрос, но я ощутила недовольство и даже некоторую обиду. То есть он знал, да? Знал, что это не свидание, а разведка? У-у, умник гхыртов!
И, наверное, я исключительно из чувства противоречия прижалась плечом к руке комиссара и нежно взглянула в его сторону.
– Εщё нет. Мигель невероятно приятный собеседник и я отлично провела с ним время. Думаю, нам стоит сходить еще на одно свидание… Или не одно…
В этот момент я не смотрела на некроманта, поэтому позорно упустила момент, когда ещё можно было прикусить язык, а потом было поздно.
Мы оказались во тьме.
Она была везде. Справа, слева, внизу, сверху… Вокруг!
При этом я не ощущала особого дискомфорта, лишь легкую дезориентацию и толику страха, особенно когда перестала чувствовать под своей рукой локоть демона, а вокруг меня обвились кольца огромной невидимой змеи. Но это продлилось лишь миг, а уже в следующий я стояла в смутно знакомой спальне (что примечательно — не своей), а за плечи меня держал самый непостижимый некромант, инквизитор, куратор и просто лорд.
— Или не стоит, — договорила вполголоса, глядя в непостижимо черные глаза напротив. — Ты такой красивый, когда психуешь…
Сморгнул.
Левая бровь медленно поползла наверх, а мне практически в губы язвительно прозвучало:
— То есть ты доводишь меня намеренно?
— Как и ты меня, — предположила практически наугад.
И ведь угадала же!
Его зрачки дрогнули, среди тьмы показалась синь, а губы изогнулись в ироничной усмешке.
— Мы отличная пара, не находишь?
— О-о, не начинай! — попросила капризно и, сделав всего четверть шажочка вперед, прильнула к мужчине всем телом. — Давай просто… жить. М?
— Это ты сейчас что конкретно имела в виду? — напряженно уточнил Сэверин, но мужские ладони с моих плеч переместились на талию и между нашими телами не осталось ни миллиметра.
— Не знаю, — я неопределенно повела плечами, снова попав под гипнотическое влияние его тьмы, и действуя инстинктами, а не разумом. — Поцелуй меня.
Он поцеловал, но… не сразу. Секунд пять Сэверин безотрывно глядел мне в глаза, не моргая, но я даже не думала брать свои слова назад. Я хочу этого. Нуждаюсь. Вспоминаю и… Желаю большего! Да-да, того самого, о чем пишут в дамских романах. Οт чего должны подгибаться коленки и бегать мурашки, зашкаливать пульс и кружиться голова. Томно ныть грудь и низ живота, срываться дыхание и парить душа.
И всё это было.
Но в миллиард раз лучше!
Сэверин был напорист и нежен. Целовал не только в губы, но и такие места, что даже мне вспоминать стыдно. Но тьма, как же приятно! Ласкал пальцами и магией, умудряясь быть в десяти местах одновременно. Безошибочно находил безумно чувствительные местечки одно за другим и уделял им особое внимание, что я уже не просто выгибалась, а бесстыже стонала в голос. Шептал моё имя и легонько прикусывал за кожу, чтобы в следующий миг зализать эти места и довести до полного изнеможения.
Я думала, что секс — это мерзко?
Только не с ним. Это было… волшебно. Нереально. Фантастично. Великолепно!
Впервые испытав оргазм, я… расплакалась — так мне было хорошо и обидно, что я не познала его раньше. Сэверин не паниковал. Он словно точно знал, какие чувства меня обуревают, и просто крепко обнимал, изредка целуя то в мокрую щеку, то в шею, то в плечо, дожидаясь, когда я успокоюсь.
И снова делал мне хорошо.
Очень хорошо. Почти невыносимо!
Я забыла себя и своё имя. Потерялась во времени и пространстве. Перестало быть важным всё кроме его рук и губ. Кроме его тьмы и той необъятной энергии, которая плескалась вокруг нас в свободном доступе. Но мне и без неё было замечательно.
А потом мы проспали.
***
— Сэв… Сэ-эв…
— М-м?
— Уже восемь.
— Ага…
Через пять минут.
— Сэ-э-эв… Опоздаете.
— Да и тьма с ним…
Я недовольно приоткрыла глаза, разбуженная свистящим шепотом Хисса и недовольным бурчанием Сэверина, но еще секунд десять пыталась сообразить: где я, кто я и что вообще происходит.
Вспомнила.
Прикусила губу, чувствуя, как по телу разливается нега от одних только воспоминаний, и слегка развернулась, чтобы было удобнее обнимать лежащего рядом мужчину.
— Доброе утро, чудо, — прозвучало мне в район лба.
— Может, и доброе, — разулыбалась, не открывая глаз. — Но Хисс прав, надо вставать. У меня очень строгий куратор, который за опоздание может и с практики выгнать.
— Я с ним поговорю, — едва слышно усмехнулся Сэверин. — Уверен, он сочтет мои аргументы убедительными.
— А какие? — Я даже глаза открыла, заинтересованно посмотрев наверх
