После чего он выбежал из гостиной. А Герда направилась к лестнице.
Глава 7
– Как она? – шепотом спросила Герда, войдя в спальню.
– Не приходит в себя, – ответил Карл. Он по-прежнему сидел у кровати, держа кисть Снежаны в своих руках. – Я еще раз звонил доктору, спрашивал, не сделать ли второй укол.
– И что он?
– Велит ждать его, если состояние стабильное.
– А если нет?
– Вызывать «Скорую»! Чтобы реанимировали.
– Но она вроде бы стабильна, – заметила Герда, глядя на Снежану.
– Совершенно верно. Дыхание свободное, пульс хоть и замедленный, но ровный.
– Хэлен уверена, что Снежана уже не очнется.
– Я того же мнения.
– Как жаль…
– Да, – вздохнул Карл. И Герда вдруг все поняла!
– Вы любите ее, да? – спросила она, опустившись на корточки рядом с кроватью.
– Люблю…
– Все эти годы?
– С первого взгляда.
– И ни разу не дали ей понять?
– Как я мог? Она королева, а я холуй.
– Карл, ну зачем же так о себе?
Он отмахнулся.
– А Паша знает?
– Он догадывается. Поэтому и относится к Снежане негативно. Хотя моя любовь к ней никак не отразилась на моем отношении к его матери. Я не развелся с ней, не перестал уважать. А бурных чувств между нами и не было…
– Что вы будете делать после смерти Мороз? Останетесь тут?
– Нет. Я скопил достаточно, чтобы больше не работать. И уже давно! В доме я оставался только из-за Снежаны.
Тут ресницы Мороз затрепетали, и Карл подался вперед, жадно всматриваясь в ее лицо.
– Неужели приходит в себя? – обрадовалась Герда.
– Нет, – разочарованно выдохнул он. Но Герда и сама видела, что нет. Лицо Снежаны тут же превратилось в маску. Карл провел по нему ладонью и сказал:
– Вы меня извините… Но не могли бы вы уйти? Я хочу побыть с ней наедине.
– Да, конечно.
Герда поднялась на ноги.
– И возьмите это. – Карл протянул ей конверт.
– Что тут?
– Письмо.
– От кого?
– От Кости.
– Оно адресовано мне?
– Нет, Снежане. Костя попросил меня передать его ей в день своей смерти. Сразу, как приехал, сунул. Сказал, отдай, как я уеду. Я собирался, но… Костя погиб. И я решил, что его письмо только расстроит Снежану. Поэтому я не передал. Оно лежало все эти дни в кармане моей ливреи. Пришла пора его порвать. Сделайте это, прошу.
– Хорошо.
– Спасибо вам, Герда.
Она пожала его руку и ушла.
Спустившись в столовую, с удивлением обнаружила, что там никого. Даже Павла. Решив, что он отлучился в уборную, она села на диван и вернулась к своему коньяку. Пить не хотелось, поэтому она оставила бокал после первого глотка и поднялась. В туалет и ей сходить не мешало.
Так как в доме она по-прежнему плохо ориентировалась, то двинулась в сторону холла. Где-то там уборная точно должна быть. Но, вспомнив, что, когда искала Костю, наткнулась глазами на дверь с характерной табличкой прямо под лестницей, ведущей в цокольный этаж, сменила направление.
Мало обитаемые помещения этого дома освещались скудно. И Герде пришлось ступать аккуратно. Однако, сделав шагов пять, она умудрилась на что-то налететь.
– Что за черт? – выругалась она, наклоняясь.
Герда думала, что ей под ноги попал скрученный ковер, но, когда наклонилась, вскрикнула от испуга…
Натолкнулась она не на предмет, а на человека!
На своего босса… Льва Петровича Карелина.
Он лежал на полу, подогнув под себя одну руку. Вторая была выброшена вперед, как будто он тянулся к чему-то, перед тем как…
Умереть?
Или потерять сознание?
Герда коснулась ледяными пальцами вытянутой руки Карелина, а точнее, запястья. Пульс был! А когда она осмотрела тело, оказалось, на нем нет ран. Только на голове была рассечена кожа. Видно, его ударили чем-то тяжелым по макушке.
– Слава тебе господи, – прошептала Герда.
Тут Карелин застонал.
– Лев! Лев, вы как?
Стон стал громче.
– Что тут происходит? – услышала Герда. А повернувшись, увидела Пашу. Он выходил из той самой уборной, куда она направлялась.
– Паша, на Карелина кто-то напал! – выкрикнула Герда.
– Когда?
– Откуда я знаю, когда? Я нашла его только что. Ты был поблизости, ничего не слышал?
– Нет. Все было тихо.
– Немедленно беги за аптечкой. У него голова пробита.
– Где я возьму аптечку?
– Не знаю… В своей машине, например. Или у отчима спроси.
– Да, хорошо. Сейчас.
И он убежал.
– Герда, ты? – хрипло спросил Лев, не открывая глаз. На его лице застыла печать страдания. Грудная клетка высоко вздымалась.
– Я, – ответила она. Затем стянула с себя пиджак, скрутила его и подсунула начальнику под голову. – Что случилось?
– Меня ударили по голове.
– Это я уже поняла. А кто?
– Не знаю, не видел. Но, похоже, мне позвонили специально, чтобы выманить из гостиной. И это кто-то из тех, кто сейчас в доме. Он знал, что там плохо ловит и что я пойду сюда, чтобы хорошенько слышать. Но слышно было все равно плохо, и я так и не понял, кто говорил. Наверняка он очень постарался для этого. Но одно я уяснил: у него была задача – отобрать у меня портфель. – Карелин громко застонал. – Как же башка трещит!
– Почему вы подумали про портфель?
– Он сказал, что является моим клиентом и хочет кое-что уточнить по бумагам, которые мы составили сегодня. Поэтому я вышел из гостиной с портфелем, и его у меня отобрали.
– Но зачем?
– У меня есть одна мысль…
– Озвучь, если не трудно.
– Дело в завещании. Том самом, в котором Снежана якобы… – Лев начал тяжело дышать. – Я тебе еще в гостиной хотел сказать… Она попросила меня солгать. А на самом деле…
Он не договорил, вновь потерял сознание. Герда так и не поняла, что хотел ей сообщить Карелин, а еще не имела понятия, что ей делать, пока Паша ищет аптечку. Перенести Карелина на диван у нее все равно не хватит сил. И что остается? Нашатыря под рукой нет, и привести Льва в чувство не выйдет. Не хлестать же его по щекам! Хотя… Может, так лучше? Она помнила полицейские боевики, где в самом конце напарник раненого копа кричал: «Не отключайся!» и отвешивал ему пощечины.
Герда замахнулась, чтобы сделать то же самое, и услышала шепот:
– Эй! Слышишь меня?
Повернув голову, она увидела Дарью. Та стояла за выступом стены, высовывая из-за него голову.
– Что тебе? – спросила Герда.
– Тс! – Даша приложила палец к губам. – Тихо…
– Ты видела, кто его?
– Нет. А ты?
– Тоже… Но я, кажется, знаю, кто. – Дарья поманила Герду пальцем. – Иди сюда…
– Зачем?
– Я должна тебе кое-что показать.
– Так показывай.
– Не здесь! Помешают… – Она замахала Герде рукой. – Пойдем, я знаю укромное местечко. Ну же, пока никто сюда не прибежал!
– Я не могу его оставить…
– Да брось! Что с ним сделается? Отключился, и ладно. Сейчас оклемается.
Герда нерешительно поднялась.
– Да что ты как неживая? Скорее!
И Дарья, выбежав из укрытия, схватила ее за руку и потащила за собой.
– Куда мы?
– В подвал.
– Зачем? – ахнула Герда.
– Там нам точно никто не помешает.
Герда следовала за Дарьей, вспоминая, как шла этой же дорогой несколько дней назад. Тогда вперед ее гнала надежда, а что теперь? Любопытство? Или, скорее, желание узнать, кто убил Костю, чтобы закрыть последнюю страницу этого жизненного детектива и идти дальше. Вдруг дочь Арсения поможет ей?
Дарья втолкнула Герду в подвал. Включив фонарь, закрыла дверь.
– А тебе не жутко тут?… – спросила у нее Герда. На полу она увидела плохо замытые пятна крови.
– Мне нет, а тебе?
– Не по себе…
– Не думала я, что ты такая чувствительная.
– Что тебе от меня надо?
– Мне от тебя ничего, – нервно рассмеялась Дарья.
– Тогда зачем позвала?
– Сейчас узнаешь…
И она зачем-то полезла в карман своей куртки.
Когда ее рука утонула в его глубине, Герда вдруг все поняла!
Дарья – убийца!
Это она застрелила Костю. Из ненависти… И чтобы наследство ему не досталось. И Карелина оглушила, чтобы отобрать у него портфель, в котором хранилось завещание. И ее, Герду, она пыталась сбить машиной! Теперь она заманила жертву сюда, чтобы завершить начатое…
– Тебя вычислят, – хриплым от страха голосом проговорила Герда. – Ты все равно не избежишь ответственности… Неужели не понимаешь?
Дарья нахмурилась.
– Моя смерть – не выход! Расскажи мне все, и мы вместе подумаем, как тебе помочь. Я юрист. Я найду выход… – продолжала Герда.
– Не понимаю, – тряхнула пережженными волосами Дарья и выдернула руку из кармана…
Герда зажмурилась. Она думала, что сейчас грохнет выстрел, но тишину ничто не нарушило.
Открыв глаза, Герда увидела в руках Дарьи не пистолет, а всего лишь конверт.
– Что это? – спросила она.
– Письмо.
– Чье?
– Костино. Он написал его Снежане. И передал Карлу незадолго до смерти.
Герда недоуменно моргнула и достала из кармана точно такой же конверт. Именно его Савицкий-старший дал ей некоторое время назад. Герда ничего не понимала!
