— А ты никогда не интересовался? За пять тысяч лет?
— В молодости… — Уклончиво ответил эльф. — Потом как-то забыл. А те, что нашёл были… скажем так, для наложниц и не то чтобы сильно спрятаны.
— Ага, надеюсь, один такой ведёт в покои верховного жреца?
— Только если он переехал в спальню императора.
Туннель плавно поднимается, затем тянется прямой, как копьё и вновь поднимается. По мере движения впереди вспыхивают светильники и Орландо начинает казаться, что они движутся на гребне волны света. Звук шагов убегает далеко вперёд, отскакивает от стен и потолка.
Спустя целую вечность очередной вспыхнувший светильник осветил дверь. Орландо дёрнул рычаг и отступил, перехватив скьявону для колющего удара. Каменная плита дрогнула и со стыдливо шорохом уползла вбок. Открылась пустая комната, заставленная пустыми вёдрами и поломанной мебелью. В углах свисают лохмотья паутины, подрагивающие от сквозняка из туннеля.
Дверь закрыта. Аэнлан осторожно толкнул и она с готовностью отворилась в тускло освещённый коридор. Тепло, пахнет очагом и тушеными овощами.
— Мы на кухонном этаже. — Сказал эльф, порылся в сумке и достал маску.
Взял в обе руки, будто колеблясь, вздохнул и нацепил на лицо. Затянул ремешки на затылке и взъерошил волосы.
— А я уже и забыл, как это… носить маску.
— Так не надевал бы.
— Во дворце никто не знает моего лица…
Орландо хмыкнул и накинул капюшон, скьявону спрятал в ножны и накрыл плащом. Аэнлан выпрямился, вздёрнул подбородок и шагнул в коридор с видом хозяина. Мечник последовал за ним тенью, стараясь казаться ниже и не приметнее. Вскоре навстречу вышла эльфийка-кухарка с кастрюлей. Охнула и посторонилась, вжимаясь в стену, как мокрица. Бессмертный прошёл мимо, не удостоив взглядом.
У одной из лестниц наверх дорогу перегородили стражники, но увидев маску торопливо поклонились. Старший, кряжистый дворф, забормотал:
— Простите, господин Аэнлан… мы не ожидали увидеть вас здесь, спустя такое долго отсутствие…
— Долгое? — Меланхолично протянул эльф, оглядывая стражей сверху вниз.
— Для нас долгое, господин. — Протараторил дворф. — А кто это с вами?
— Кандидат. Под моей личной протекцией.
Младший стражник осторожно глянул на бессмертного, спросил запинаясь:
— Но господин, что вы делаете в подвале? И как вы сюда попали?
Глаза дворфа полезли из орбит от неслыханной дерзости, он спешно хлопнул напарника по затылку. Для этого пришлось встать на цыпочки. Ухватил за ухо и нагнув зарычал в бледное от ужаса лицо:
— Ты совсем дурак? Это же бессмертный! Зачем ему сейчас по городу ходить? Только меч пачкать мятежной кровью!
Аэнлан опустил ладонь на плечо дворфа, стражник дёрнулся и застыл, как мышь перед кошкой. Бессмертный покачал головой и сказал, добавляя в голос нотки теплоты:
— Мне приятна твоя лояльность, но и его вопросы резонны. Мы прошли секретным ходом, сейчас неспокойно и я совсем не хочу терять время на скучные сражения. Верховный Жрец у себя? Хочу представить ему кандидата.
— Не могу знать. — Отчеканил дворф. — Мы здеся весь день стоим.
— Уже ночь.
— День, ночь, в подвале никакой разницы.
Аэнлан сунул руку в карман, достал золотую монету и щелчком бросил стражникам. Младший поймал на лету, прижал к груди, глядя на бессмертного круглыми глазами.
— Это вам за труды. — Сказал Аэнлан, проходя мимо и увлекая Орландо за собой.
Поднявшись по лестнице Орландо огляделся и, не найдя лишних слушателей, шепнул:
— К чему это было?
— С монетой? У них скоро пересменка, так что сразу побегут пропивать золото и меньше будут болтать о нас. Ну и золото отбивает желание задавать лишние вопросы.
***
Дворец тревожно тих, из окон видно освещённый двор, вычищенный от снега. Небо на востоке светлеет и отчётливее проступают столбы чернильного дыма. Столица горит. На крепостной стене у ворот полно стражи, Орландо подметил множество лучников среди них. Над воротами стоят котлы, а под ними горит жаркое пламя. Стражники протягивают к огню руки и тревожно поглядывают вниз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В бывших покоях Верховного Жреца никого нет. Спальня императора пуста… Орландо взял Аэнлана за плечо и указал на идущего, держась за стену, мальчонку лет двенадцати. Ребёнок сонно пошатывается, трёт глаза и озирается, не замечая стоящих позади. Одет в пижаму из красного шёлка.
— Это тот о ком я думаю? — Спросил Орландо.
— Похоже, но я не уверен. — Ответил Аэнлан. — Нужно за ним проследить. В конце концов, владетель юга говорил, что жрец использует бастарда императора. Человек и эльф осторожно двинулись за ковыляющим бастардом. Мальчишка почти засыпает на ходу, часто озирается не оборачиваясь, будто ища помощи. Однако вокруг никого, даже светильники не горят. Большая часть прислуги либо разбежалась, либо спит.
— Похоже, идёт в кабинет. — Шепнул Аэнлан.
Мальчишка запнулся о неровность ковра, неуклюже взмахнул руками и плюхнулся плашмя. Некоторое время лежал молча, затем Орландо услышал едва различимый всхлип. Поднялся, держась за стену, пнул ковёр и поковылял дальше. У дверей кабинета замер, долго не решаясь коснуться золотой ручки.
Наконец постучал и потянул на себя, заглянул внутрь.
— Дядя… ты всё ещё работаешь?
Ему ответили и мальчик начал протискиваться… Аэнлан ухватил за ворот, рванул на себя, зажав рот ладонью. Орландо влетел в кабинет с мечом наготове. Замер, глядя на Верховного Жреца… Тщедушный, седой эльф с морщинистым и осунувшимся лицом, с внушительными чёрными мешками под глазами, поднял взгляд на человека. Глаза узурпатора усохшие, с толстыми красными прожилками и нездоровым блеском.
— С-стойте! — Просипел жрец, протягивая руки, зашёлся кашлем и обмяк в кресле, не спуская взгляда с племянника, брыкающегося в хватке бессмертного.
— Пощады просить будешь? — Спросил Орландо. — Или, думаешь помощь придёт?
Скьявона нацелилась в грудь через стол. Остриё двигается из стороны в сторону, будто выбирая, куда ударить.
— Нет… — сквозь кашель выдавил жрец. — Я умоляю вас о помощи.
Глава 68
Верховный жрец выглядит старше Императора, что резко контрастирует с воспоминаниями Орландо. Кожа обтягивает череп и покрыта пятнами, но под глазами и на щеках обвисла. Шея настолько тонкая, что ребёнок пальцем перешибёт. Руки мелко трясутся, а голос дрожит и надламывается.
Орландо спрятал скьявону в ножны, подошёл ближе, а старик поднял ладони к груди. Один палец забинтован и короче близнеца с другой ладони на фалангу. Жрец с трудом поднял взгляд на человека и проскрипел:
— Меня обманули… всех нас обманули! Я думал, что спасаю Империю, но лишь выполнял план бога Войны. Всё государство лишь его игрушка… Почему я был так слеп?
Орландо молчит. Бастард обмяк в хватке Аэнлана и по щекам на ладонь бессмертного сбегают слёзы. Верховный Жрец посмотрел на него, отвёл взгляд и продолжил:
— Сал, успокойся, не плачь… милый мой племянник… Орландо, человек… я знаю, что ты смог выстоять против Морлэна и сражался с ним на равных. Убей его, убей Морлэна, Бога Войны! Спаси нас всех от бесконечного кровопролития, я умоляю тебя! Именем всех богов! Прошу, не дай моему мальчику умереть…
Хватка Аэнлана ослабла, Сал вырвался и обежал к жрецу. Неловко обнял, зарывшись лицом в колени. Плечи мальчика мелко трясутся, кабинет наполняют заглушённые всхлипы. Покалеченная ладонь легла на затылок, взъерошила волосы.
— Не плачь, у тебя всё будет хорошо.
— Значит, Морлэн бог? — Спросил Орландо оскаливаясь. — Какая удача. Аэнлан, отведи мальчишку в туннель. Я задержусь.
Бессмертный кивнул, не в силах выдавить и слова, шагнул к столу… Дверь за спинами рассекла яркая вспышка, прорезала часть стены и пропала. Орландо развернулся, выхватывая скьявону и закрывая собой эльфов. Дверь обвалилась разрубленная пополам и в комнату, поигрывая клинком, шагнул Морлэн.
— Извините, я слегка подслушал вашу милую беседу.
