— Наверное, выдержит.
— Выдержит, — согласился Сухмет. — Только бы верёвка не перетёрлась. Да хорошо бы нас не нашли, пока мы не доберёмся до…
Больше он ничего не сказал. Что будет внизу, никто из них не знал, даже не догадывался.
Они подошли к краю ямы. Как и прежде, остро и враждебно торчали по бокам острые скальные изломы, и Лотару снова показалось, что он различает внизу слабый блеск водной поверхности. Он хотел спросить об этом Сухмета, но передумал — не это было сейчас главным.
— Бросай.
Сухмет бросил самострел, и верёвка с шуршанием, которое показалось им очень громким, разматываясь, заскользила в темноту. Деревяшка стукнулась два или три раза о камни и скрылась из глаз.
Лотар подмигнул Рубосу и взялся за верёвку.
— Ну почему всегда ты?
— Ты должен удерживать всех воинов Конада. Тебе мало?
— Ты и сам прекрасно их сдержишь.
— Там темно.
— Разберусь как-нибудь. С этим ремешком на лбу я вижу не хуже тебя.
— Вспомни-ка, как ты лез на башню. — Лотар использовал главный аргумент. — Здесь же придётся поднимать вверх, если там не будет хода, не половину, а всю длину верёвки.
Рубос отвернулся, закусив губу.
Проверив, как вынимается Гвинед, Лотар скользнул по верёвке вниз. Сначала он хорошо видел стены, все провалы в них оказывались не глубже двух-трёх локтей. Потом стало темнее, и стены, особенно с той стороны, которая была от него подальше, размазались в одно сумрачное, скользкое пятно.
Лотар поднял голову. Пятнышко света пробивалось к нему с такой головокружительной высоты, что, казалось, до него, как до неба, не добраться никогда в жизни. Он почувствовал свою уязвимость, словно сделал что-то непоправимое. Заставив себя не обращать на это внимания, как на малозначительную, хотя и досадную помеху, он стал опускаться дальше.
Стены со всех сторон отодвинулись. Верёвка зацепилась за выступ где-то наверху и теперь висела едва ли не посередине почти вертикальной шахты. Стены уже не казались Лотару однотонными. В них попадались довольно глубокие выемки, и приходилось сильно раскачивать верёвку, чтобы взглянуть на них поближе. Как должна выглядеть пещера, выходящая в эту шахту, Лотар не знал. Лишь надеялся, что узнает её, когда увидит.
Внезапно он почувствовал слабый ток воздуха. Сквозь сырой и болезненный дух, который поднимался снизу и к которому Лотар уже успел принюхаться, явно повеяло чем-то сухим. Лотар осмотрелся внимательнее.
Теперь он видел внизу воду. Частично её закрывали выступы и неровности стен, но, несомненно, это было озеро или река. Впрочем, река вряд ли, иначе Лотар услышал бы плеск. Хотя определить расстояние до поверхности было ещё невозможно, Лотар не сомневался, что шум льющейся воды уже должен бы был отчётливо слышаться в этом гулком подземелье.
Ему пришло в голову, что он может разжать ладони, плюхнуться в воду, трансформироваться в какую-нибудь водную рептилию и подождать, пока течение унесёт его подальше от дворца. А вынесло бы его, скорее всего, в море. Оно здесь не очень далеко, не дальше десяти — двенадцати лиг. Интересно, сумеет ли он быстро превратиться в водяного змея?
Но Сухмету и Рубосу такой трюк не по силам. Кроме того, он может оказаться не по силам и самому Лотару… Нужно всё-таки искать пещеру.
Внезапно он понял, что вместо лёгкого, рассеянного ветерка со странным запахом ему в лицо дует мощный поток почти чистого воздуха, выходящего из тёмного провала, пробитого на противоположной стороне стены. Это была пещера, несомненно, пещера. Ничто больше не могло так уверенно и сильно продуваться воздухом, в котором, показалось Лотару, был даже привкус морской соли, привкус свободы.
Если бы он спускался по другой стороне ямы, то оказался бы на тридцать футов ближе к пещере. Тогда до неё было бы рукой подать. Сейчас же ему предстояла нелёгкая работа.
Он стал раскачиваться. Раз за разом всё сильнее и сильнее… Тут он услышал какой-то стук и посмотрел вниз. До самострела, привязанного к концу верёвки, оставалось не больше полусотни локтей. Этот кусок верёвки мешал раскачаться как следует, двигаясь в противофазе. Тогда, не придумав ничего лучшего, Лотар решился на довольно опасный трюк.
Как недавно Рубос, он зажал верёвку зубами и повис на челюстях, освободив руки. Потом он стал сматывать оставшийся конец верёвки и скоро держал самострел в руках. Кое-как засунув его и верёвочные кольца за ремень ножен, он снова попробовал раскачаться. Теперь ему вроде ничто не мешало. И он уже совсем было приготовился зацепиться за какой-нибудь камень перед пещерой, в крайней точке амплитуды, как вдруг верёвка где-то высоко над ним выскочила из выемки и от этого сразу стала длиннее на несколько локтей. Лотар пролетел это расстояние, едва успев вцепиться в верёвку и стараясь зажать её даже ногами.
Рывок, когда верёвка всё-таки размоталась до конца, превзошёл всё, что он готовился испытать. Лотару показалось, что он — стрела, которую напряжённая, тугая тетива пытается выбросить в чёрную неизвестность. От боли в плечах, в руках и шее у него помутилось сознание. Усилием воли он попробовал прогнать дурноту, но тщетно. Он почувствовал, что верёвочные кольца выпали из-за его спины и свободно разматываются вниз. И ещё успел понять, что скользит по этой верёвке, ставшей скользкой от его крови, удаляясь от крохотного пятнышка света, мерцающего высоко вверху. Тут он потерял сознание.
Глава 22
Забытье было очень глубоким. Он приходил в себя, словно просыпался после многолетнего сна. Всплывал к реальному миру из огромной глубины, которая была к нему более милосердна. Окончательно он пришёл в себя после нежного девичьего оклика:
— Лотар! Что случилось? Лотар, отзовись… Голос растаял в хрустальном тумане забытья, и он услышал громкий шёпот, отдающий многократным эхом:
— Господин мой, почему ты не отзываешься?
— Сейчас… — разлепил губы Лотар и огляделся.
Он висел в чернильной тьме бесконечного колодца, и верёвка несильно крутилась влево-вправо под его весом. Каким-то чудом он не соскользнул вниз, что-то воткнулось ему, казалось, в самые лёгкие, спасая от чёрного провала под бессильными ногами. Самострел, сообразил Лотар, вспомнив его железную, похожую на небольшой якорь дугу.
Заставить своё тело двигаться было так же невыносимо трудно, как возвращаться из забытья. Он крепче сжал верёвку и понял, что не сможет подтянуться вверх ни на дюйм.
— Господин, где ты? — снова позвал Сухмет.
Сухмет, я потерял слишком много энергии, мне нужна твоя помощь… Лотар представил, что он обращается к старику, словно тот стоит рядом. И старый маг услышал его. Он прочитал всё, что произошло, в сознании Лотара, едва тот впустил его, и ужаснулся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
