Читаем без скачивания Смерть после бала - Найо Марш

— Я тоже. Полагаю, вы думаете, что я просто ужасна.

— Совершенно верно. Убедите себя, что все окружающие ненавидят вас, и вы всегда будете счастливы.

Мисс Бирнбаум улыбнулась.

— Вам, наверное, кажется, что вы очень умный? — спросила она. — До свидания.

Они дружески пожали друг другу руки, и она проводила их до выхода. Последнее, что запомнил Аллейн, — это темная, коренастая, агрессивная фигурка на фоне сдержанных, элегантных полутонов.

21. Заявление Люси Лорример

Было уже почти шесть часов вечера, когда Аллейн и Фокс вернулись наконец в Скотланд-Ярд. Они сразу же направились в кабинет Аллейна. Фокс принялся разбирать свои записи, а Аллейн стал просматривать донесения, поступившие за время их отсутствия. Они оба раскурили трубки, и между ними установилась та приятная атмосфера близости, которая возникает, когда два человека молча занимаются одним общим делом.

Наконец Аллейн отложил бумаги и взглянул на своего друга. Он подумал: «Сколько раз мы сидели вот так, Фокс и я, словно два скромных клерка в канцелярии Страшного Суда, разбирая и классифицируя человеческие злодеяния. Фокс уже начал седеть, на щеках у него стали появляться старческие сосуды… Скоро я одиноко побреду домой, в свое логово». В его воображении тут же возник образ женщины, сидящей возле камина в голубом кресле с высокой спинкой, но эта картина была слишком домашней. Скорее она будет сидеть на каминном коврике, ее руки, перепачканные углем, будут стремительно летать над белой поверхностью, оставляя на ней изящные, восхитительные линии. Когда он войдет, Трой оторвет взгляд от рисунка и улыбнется, а может быть, нахмурится. Он отогнал от себя это видение и обнаружил, что Фокс, по обыкновению, смотрит на него с мягкой выжидательностью.

— Закончили? — спросил Аллейн.

— Да, сэр. Я пытался уточнить кое-какие детали. Вот отчет по поводу чистки серебра. Этим занимался Кэрви, и, надо сказать, неплохо поработал. Обошел все дома, выдавая себя за сотрудника службы по борьбе с мышами и крысами, и быстро подружился со слугами. У Каррадосов все серебро чистили сегодня утром, включая портсигар сэра Герберта, который Кэрви видел в буфетной у дворецкого и о котором сказал, что он все равно не подходит по форме. Слуга сэра Даниэля чистит серебро по понедельникам и по пятницам, так что все было вычищено вчера. Франсуа чистит вещи Даймитри ежедневно, по крайней мере, он так утверждает. За нуждами молодого Поттера и Уизерса следит квартирная прислуга, которая чистит лишь столовое серебро. Портсигары Холкат-Хэккетов чистят по пятницам, но полируют ежедневно. Это, пожалуй, все. Что там слышно у Бэйли?

— Немного, к сожалению. Осмотр такси ничего не дал. Он снял пальчики Уизерса с моего портсигара, но, как мы и ожидали, в зеленой гостиной побывало столько народу, что бесполезно там что-либо искать. Однако он нашел отпечатки пальцев Уизерса и молодого Поттера на тех страницах в «Судебной медицине» Тейлора, где речь идет о смерти от удушения.

— Смотрите-ка, это уже кое-что!

— Не так уж много, Фокс. Они скажут, что как только прочитали в газетах подробности о смерти лорда Роберта, то сразу же полезли в Тейлора, чтобы посмотреть раздел об удушении, и кто сможет уличить их во лжи? Наш человек, которого мы послали в Ледерхед, отлично справился с заданием. Судя по всему, Уизерс нанял супружескую чету, чтобы они присматривали за домом. Наш человек наплел, что его прислали из муниципального совета проверить электропроводку, и его впустили. Более того, он умудрился осмотреть весь дом. Он нашел колесо рулетки, и у него хватило ума тщательно обследовать его. Перегородки ячеек для номеров второй дюжины были слегка сточены. Надо полагать, мистер Дональд или кто-то еще из сообщников Уизерса должен был ставить именно на эти номера. Само колесо выглядело абсолютно новым. Там было также и более старое колесо, ничем не примечательное, и несколько колод карт, рубашки которых были со знанием дела обработаны пемзой. К счастью для нас, супружеская чета крупно поругалась с бравым капитаном, и они с готовностью выложили все, что знали о нем. По-моему, у нас достаточно оснований, чтобы предъявить ему официальное обвинение в содержании игорного притона. Томпсон доложил, что сам Уизерс весь день не выходил из дома и никто его не навещал. Телефон опять отсоединили сразу же, как только мы уехали. Вещи Дональда Поттера он отправил на такси. Теперь — что касается Даймитри: он отсюда направился прямо домой, по дороге зайдя в аптеку, чтобы перевязать руку. Он также весь день просидел дома и никому не звонил. Прямо-таки образцовое поведение. Черт, как нам заставить кого-нибудь из жертв шантажа предъявить обвинение Даймитри?

— Вы меня спрашиваете? — кисло поинтересовался Фокс.

— Да. Ни малейшей надежды. Ну так вот, Фокс, я еще раз тщательно обдумал эту проклятую, запутанную, туманную историю с зеленой гостиной. Все сводится к тому, что единственными, кто мог слышать разговор лорда Роберта, были Уизерс, сэр Герберт Каррадос, мисс Харрис, миссис Холкат-Хэккет и Дональд. Они все находились на верхнем этаже, и, если в какой-то момент кто-либо из них ненадолго заглянул в комнату, в которой находился лорд Роберт, кто может его в этом уличить? Но, черт побери, всегда остается это «но» — не исключено, что в то время, когда лорд Роберт беседовал по телефону, кто-то еще мог подняться по лестнице и зайти в зеленую гостиную. Миссис Холкат-Хэккет находилась в гардеробе, Уизерс, Дональд и Каррадос — в другой гостиной, мисс Харрис — в туалете. Даймитри утверждает, что был в это время внизу, но кто, черт возьми, может это подтвердить? Если все остальные говорят правду, любой мог подняться наверх и затем снова спуститься совершенно незамеченным.

— Джентльмен, ворвавшийся в дамский туалет?

— Вот именно. Не исключено, что он прятался там, пока не убедился, что путь свободен, но почему? Ведь в том, что он вышел из гостиной, нет ничего подозрительного.

— Угу, — сказал Фокс.

— В этом деле, Фокс, я вижу два существенных момента. Первый — это портсигар, точнее, два портсигара — один принадлежит миссис Холкат-Хэккет, другой — убийце.

— Да, — согласился Фокс.

— И второй — потерянное письмо. То самое, которое написал Пэдди О'Брайену его австралийский друг и которое, судя по всему, было украдено где-то в Букингемшире восемнадцать лет тому назад. Вы не находите странным, что дядя мисс Харрис был приходским священником в Фальконбридже, той самой деревушке, где Пэдди О'Брайен потерпел аварию? Интересно, знают ли мисс Харрис или леди Каррадос об этом совпадении? Я думаю, первое, что нужно сделать после коронерского следствия, — это отправиться в Барбикон-Брамли и потревожить покой дядюшки мисс Харрис. Затем придется порыться в истории сельской больницы в Фальконбридже. Но какой старый след! Один шанс из тысячи, что нам удастся что-нибудь откопать!

— Довольно странное совпадение, что мисс Харрис оказалась связана со всем этим делом, — задумчиво произнес Фокс.

— Вы уже представляете себе мисс Харрис в роли сообщницы преступного старого пастора, который в течение восемнадцати лет хранил компрометирующее письмо и лишь сейчас решил им воспользоваться? Ну что ж, думаю, это не так уж невозможно. Но я не считаю невероятным то совпадение, что мисс Харрис оказалась в роли секретаря леди Каррадос. Совпадения начинают казаться все более удивительными по мере того, как они приобретают значимость. Представьте, что кто-то рассказывает мисс Харрис о несчастном случае, в результате которого погиб Пэдди О'Брайен, и мисс Харрис замечает на это, что приходским священником в Фальконбридже был ее дядя. Все дежурно восклицают, что мир тесен, и никто больше об этом не вспоминает. Добавьте сюда пропавшее письмо, и мы сразу же начинаем считать поразительной отдаленную связь между мисс Харрис и Фальконбриджем.

— Навряд ли она с такой готовностью рассказала бы об этом, если бы имела какое-то отношение к пропавшему письму, — вынужден был признать Фокс.

— Вот именно. И все же нам нужно будет удостовериться в этом. Кстати, Фокс, у нас есть еще леди Лорример. Нужно, чтобы она подтвердила показания сэра Даниэля Дэвидсона.

— Совершенно верно, сэр.

Фокс снял очки и убрал их в футляр.

— На основании того, что мы имеем, есть ли у вас уже какие-то конкретные подозрения? — спросил он.

— Да. Я как раз хотел обсудить это с вами на досуге. Мне хотелось бы знать, пришли ли вы независимо от меня к тем же самым выводам?

— Портсигар и телефонный звонок.

— Да. Хорошо, Фокс, давайте обсудим портсигар не спеша и обстоятельно. Первое…

И они углубились в рассуждения.

В семь часов Фокс сказал:

— Арестом здесь пока и не пахнет. Слишком мало доказательств.

— И не забывайте, что мы пока еще не нашли шляпу и плащ, — отозвался Аллейн.