раздумий, картинка сменилась, я даже не понял, когда это произошло! Казалось, что прошла секунда, я не такой тугодум чтобы минуту складывать очевидные факты. Но это был уже совершенно другой место, с таким же запахом, но точно другой. «Я» шел, позади шел кто-то еще и… Кажется, кто-то стоял впереди.
Темнота узкого пещеры поглощала, мне казалось, что видимость должна быть лучше, но все плыло, и понял я это лишь в ту секунду, когда мне пришлось попытаться рассмотреть то или того, кто был перед нами. Становилось хуже. Тело двигалось. Все двигалось. Мы опять в другом месте! Это сон, точно сон!
— Я вас знаю! Вы!.. Вы и тот маг! Вы были причастны к этому с самого начала!
«Ты о ком? Там никого нет! Я никого не вижу! Я ничего не слышу!»
Стало больно. Эта была настоящая боль, не фальшивая, я точно знал это, но не чувствовал. Блеск посреди тьмы и крики. Да, мне точно не было больно, но я понимал, что там происходит — ад. Это был кошмар. Я хотел открыть глаза, хотел, чтобы это закончилось, но он все продолжался и продолжался. «Хватит! Хватит!» — кричал я, но кажется тело, которое и раньше было мне не подвластно, не шелохнулось. Ничего не могло сделать тот момент хуже. И я в это верил…
Сквозь пелену слез девушки или сквозь собственные глаза, неспособные различать объекты, я увидел цвет. Его ни с чем не спутаешь, его нигде более не увидишь, и он точно не должен был находиться в этом месте. Тонкое розовое облачко, обладающее сильнейшим очарованием и такой притягательностью среди всех этих тусклых красок, что нельзя было опустить взгляд. Как и не могла опустить свои глаза Сати, наблюдавшая эту картину…
Мои же глаза судорожно открылись. Голова раскалывалась, плечо болело. Я смог сползти с кровати и доковылять до столика. Пододвинув чашку, я надеялся лишь на то, что не выпил все прошлым утром. «Гадство!» — чайник был пуст. Я решил открыть окно. Свежий, уже морозный запах ночи. Он всегда был прекрасен. Стало лучше. Однако понадобилось еще какое-то время дабы понять, что произошло. Легкие наполнились свежим воздухом, голова выключила аварийный режим, а тело расслабилось. Сердце успокоилось, чтобы через секунду забиться еще сильнее. «Сати!» — крикнул я в открытое окно.
Одним движением накинув плащ и шляпу, я выбежал из комнаты и побежал по лестнице. «Нужно как можно скорее рассказать это Пульму! У нас нет ни единой секунды! — мысли в голове бежали быстрее меня самого. — Мы ошиблись! Он не собирается ждать! Возможно, мы уже опоздали!»
Деревянные перила остались позади, пальцы коснулись ручки, дверь отварилась, и я всем телом чуть не врезался в человека.
— Хауз? Ч-что ты?..
Послышалось легкое постукивание.
— Куда спешим?
Враг
1
На этот раз я был готов, не к самой встрече с Парицием, а скорее к последствиям. Я мигом отпрыгнул от двери и бритвенное лезвие топора пронеслось перед лицом. «Сумасшедший!» — кажется самые ужасные варианты развития событий становились реальны. Мало того, что у нас нет ни единой минуты для промедления, так как Аркус, вероятно уже начал приводить в действие свой поистине дьявольский план, так еще и члены ассоциации оказались его верными пешками! «Плохо! Очень-очень плохо!» Я сквозь гнев и отчаянье посмотрел на лицо Хауза.
— Зачем вы это делаете?! — вырвалось у меня.
— Зачем? — Хауз шагнул через порог. — Так ты у нас типа смышленый? Да, Аркус рассказывал о таких, — Хауз снова занес над собой топор: — Да чтоб вы все подохли уже!
— Чт…
Не успел я возмутиться, как снова пришлось отступать. Шаг — удар, шаг — удар. «А-а!» — прорвался крик, а следом треск деревянной стойки.
— Хауз, кажется ты!.. Агх!
Тот схватил меня за горло и прижал к столешнице. Я машинально обхватил его руку — левое плечо явно не было в восторге.
— Какой-то ты хиленький. Но зато разговорчивый!
— Да потому, что не кошмар я! — прохрипел я, используя свой последний воздух.
— Да-да, еще что расскажешь? — ответил он и одним движением выдрал топор из стойки.
«Ну ты, Хауз! Сам напросился!» — мысли только забегали, а тело уже действовало. Один хороший пинок и Хауза скрутило. Подлый прием, но зато действенный! Я попытался выйти из захвата: заломал руку, ценой своей. Второй хотел было взять того за одежду, но земля ушла из-под ног, и я с грохотом упал на пол. Менее чем через секунду, голова отпрянула от места падения, а оружие пробило доски. Был у меня в жизни опыт, который сейчас будет к месту! Я, не теряя ни секунды заминки своего противника, схватил того за отвороты и, вдавив ногу в грудь, перекинул через себя прямиком на столик. Оставалось лишь пара секунд для того, чтобы успеть встать и убежать, что я и сделал.
Я вбежал на лестницу слыша, как сзади Хауз что-то рявкнул. Забежав в комнату и заперев дверь, у меня было лишь несколько секунд, чтобы придумать план, пока громкие шаги сапог не приблизились к двери. Момент затишья… И дверь разлетелась в щепки, оголив блестящее при свете луны лезвие. Удар, другой и рука Париция полезла открывать дверь.
«Тик-так, тик-так» — бьющееся сердце как будто служило искусственным таймером, испытывающим мои нервы. У меня не было ни меча, ни банального ножа для самозащиты! Я совсем не учусь на своих ошибках! Пришлось схватить случайный предмет, основными критериями которого стали вес и размер. Выбор пал на моего смиренного сожителя — стул.
Как только дверь распахнулась, Хаузу пришлось встретиться со своим деревянным противником, который, к слову, не оказал ни малейшего сопротивления и был моментально разбит одним ловким взмахом топора.
— Хауз, стой!
— Хватит болтать!
Моя последняя попытка вразумить Париция не увенчалась успехом и лишь сильнее того разозлила. Он набросился на меня так, что я еле успел схватить его руки, предотвращая себя от удара. Опыта, как и веса, в руках Хауза было больше — битва была проиграна изначально. Тот надавил сильнее, и я попятился назад, после упав и ударившись о ребро кровати так, что все тело залилось болью. Окончательно свалил меня на пол удар головой, сломавший, как мне показалось, нос. Хотя в его работоспособности я нуждался как никогда! Рукоять орудия Хауза стала душить меня.
— Ты ТАК хочешь убить кошмар?!
Руки пытались остановить удушение, уже даже не обращая внимания на открывшуюся рану в плече: адреналин делал свое дело.
— Заткнись! — крикнул Хауз
