притихла. Закончив обработку, Рима зажала узел и оставила меня наедине.
Через час, как и обещал, пришел Пульм. Мы переговорили по поводу моего самочувствия и, включив в планы обед в его любимом ресторане, отправились на прогулку.
Погода с каждым днем ухудшалась. Сегодня, не смотря на солнце, было уже достаточно холодно. Ветер мозолил лицо и приподнимал шляпу. Было непривычно идти с дыркой в одежде, и я постоянно поглядывал на нее. Сначала мы с Пульмом общались на отвлеченные темы. Он, как и предполагалось, оказался прекрасным собеседником. Еще после первого разговора тот произвел нужное впечатление. Однако, что-то мне не давало покоя…
Мы прошлись по торговым рядам, я выбрал самую прилично выглядящую книжку и перо пятой жесткости, что делало его эквивалентно пяти обычным чернодревам. Пульм тоже не был скуп на советы и подсказал, где будут самые приличные по качеству страницы.
Дальнейшие несколько часов мы провели в заведении «Галлон». То, что это заведение является одним из его любимых, было вовсе не его заслугой, а Оль, чья любовь к мраморной кухне и, предположительно, садоводству сделала выбор.
Мы наслаждались напитками, вкуснейшим мясом гельиньи28 и свежими салатами (думаю сам бы я себе такого не позволил, спасибо Пульм). Мы вместе переписывали дневник с нуля, начиная примерно со встречи с Генри. Его сильно заинтересовал тот самый «шифр», на котором я писал, но я смог убедить его, что это просто язык очень далекого королевства. Я рассказывал про себя, про то, что делал и слегка о прошлом. Так мой новый напарник узнал и про странное прозвище, которое дал мне Аркус… Спустя долгое время работа была окончена и мы, сытые и довольные, решили прогуляться у окраин.
— Шестьдесят циклов? Это много. И что можешь сказать?
— Это прекрасный город. Тут спокойно, не смотря на постоянную суету рабочих. Со временем привыкаешь. Если поехать на юг, через реку, то попадешь в прелестный лес. Мы с Оль там часто бываем.
— Ты газетчик, верно?
— Да, двести семьдесят самых интересных изданий городских новостей принадлежат именно этим рукам, — он показательно помахал руками, как будто выкручивает лампочки.
— Вижу в таком тихом городке происходит много событий.
— Ну, не так много. Часто приходится заполнять странички всякой несуразицей, по типу: торговый конфликт двух пекарен или произвол городского художника, хотя это была довольно занимательная статья.
— А в остальное время? Когда писать нечего?
— Ну, а что мне еще можно делать? Помогаю с документацией. С моей скоростью письма — я стою трех писарей сразу.
— М-да… Может и хорошо, что я дневник потерял… — я не успел договорить.
— Так ты все же уверен в том, что потерял его?
— Нет, это точно их рук дело, но я уже не буду его возвращать. Все равно, они там и половины не поймут.
— Это верно, но все равно. Какие-то люди намеренно забрали твой личный дневник, отказались отдавать, причинили тебе вред, и ты вот так просто возьмешь и забудешь про это? — возразил Пульм, в процессе поправляя очки.
— Ну ты же сам понимаешь… Мы квиты, на этом все.
— Что? — после короткой паузы сказал Пульм, явно почувствовав странную энергетику этой фразы.
— Думаю свою роль я уже сыграл. Мне тут не место, — почему я произнес именно это? Я не знаю, но сделал я это достаточно уверенно. — Как далеко отсюда до ближайшего города?
— Думаю, около, семи часов езды. Но стой! Ты собираешь просто уехать?
— Да, кажется, я тут ничего больше не сделаю.
Мы уже шагали по самой окраине города. Было тихо. Даже слишком. По левую руку поля с ренью29, по правую — сам город. Узенькая каменистая дорожка и серные фонари (за городом редко ставят кристаллы).
— Были уже у меня дела, где от моего вмешательства делалось только хуже, — закончил я.
— Нет, Кон, ты не можешь просто взять и уехать! Без таких безумных идей как твои, никто не сможет докопаться до истины!
— Моих безумных идей?
— Не я предложил ночью проникнуть в ассоциацию мага.
— Нет, Пульм, мне надоело. Я еле стою на ногах.
— А где же твоя уверенность? Нам она сейчас необходима!
— Кому это?
Пульм изменился в голосе и стал серьезнее:
— Все боятся говорить о том, что происходит в городе. Нас всех запугали. Всех до единого! Если не ты, то кто?
Я и подумать не мог, что Пульм может быть таким настойчивым.
— Ты. Пульм, мне кажется у тебя не меньшие перспективы.
— Да что я сделаю в одиночку?!
— Аркус это решит. Аркус и его ребята. Они были собраны именно для этого, разве не так?
Пульм чуть перегнал меня и разведя руками спросил:
— Ничего не замечаешь? — после чего его взгляд нырнул между домов на одну из улиц, наполненную… пустыми стульями?
— Людей нет.
— Да.
— Сезон Пустоты совсем…
— Перед периодом Пустоты люди развлекаются как в последний раз! Особенно, если подготовка прошла так успешно как в этом году!
— Что-то происходит.
— Да, и только мы, кажется, заинтересованы в этом, — я только было хотел задать следующий вопрос, но Пульм продолжил: — Почему? Потому что все напуганы! Из цикла в цикл тут ничего не происходило. Сулфур был одним большим механизмом, где все работает как часы. А потом первая смерть, вторая, третья, никто и не придал бы этому значения, если бы не расследование 939-го. Целый класс погибших из-за неисправности подъемника. Ну конечно! Это был всего лишь несчастный случай. После него в город прибывает он.
— Аркус… — добавил я себе под нос.
— Череда смертей только продолжила расти. Нам сказали не придавать этому значения. Сказали не думать об этом, не говорить. О да! Аркус думал, что так уменьшит страх! Но от этого становилось только хуже. Люди скрывают свой страх, они молчат! Что-то происходит и все это видят, все знают, не только мы, но только мы можем об этом сказать, только мы можем понять, что происходит в этом чертовом городе!
Слова Пульма звучали убедительно. Все сходится. Если людям ничего не сказали, это не значит, что они будут бояться меньше. Чего люди боятся больше всего? Неизвестности. Город увяз в искусственном спокойствии. Каждый тут знает, что может стать следующим. Неужели власти позволили такому случиться? Или что-то повлияло на их выбор? Аркус? Они знают что-то, что неизвестно остальным. Какая-то причина такого решения.
— Зачем Аркусу целый город запуганных жителей?
— Мы уже говорили об этом. Но думаю, не только для мимолетной известности. Честно я не хотел думать об этом, но такая вероятность есть… Ритуал. Огромный, кровавый, сильный ритуал.
