- Дальше следуем плану?
- Да. Как закончите, скройтесь в лесу, а под прикрытием ночи отходите через перевал в Сигард. Тела сожжем завтра утром. Не стоит задерживаться в окрестностях столицы маркграфа, пока в городе находится целая армия приспешников Альянса.
***
С утра я впервые почувствовал себя обычным жителем фэнтезийного магического мира. После завтрака к нам присоединилась Тамика и повела нас с Виолеттой прогуляться по городу. Сначала я не был впечатлен архитектурой и планировкой. Тот же Найвин, только чуть больше размером, но вскоре оказалось, что мы бродим по так называемому «старому городу». Таким Сигард был до того, как здесь правил Архимаг Эббис. Он не стал перестраивать первозданную архитектуру, а просто отгрохал себе новый город, отступив на километр южнее.
«Новый город», которому тоже было уже около двухсот лет, разительно отличался от типичной латорской застройки шириной улиц и организацией пространства. Первое, что бросалось в глаза, кроме высоченных городских стен и роскошных фасадов усадьб, это свежесть воздуха. Открытые сточные канавы были заменены скрытой под землю канализацией. Снабжение питьевой водой осуществлялось не из колодцев, а специальным акведуком, несущим к городу холодные, но кристально чистые воды далекой горной реки.
На этом новшества города не заканчивались. Часть воды заполняла хранилище, другая часть поднималась ручными насосами в две водонапорные башни. Вода из башен питала холодной водой все усадьбы и частные дома города. В усадьбах имелись полноценные санузлы с туалетами. Правда, эти удобства присутствовали лишь в тех домах, что были построены при Эббисе. Постройки, возникшие позже и уже за стенами «нового города» и те, что заполнили пространство между старой и новой частью города, подобными удобствами уже не обладали.
Архимаг, явно прибывший из такого же развитого мира, что и я, подал жителям Латора прекрасный пример создания удобной городской инфраструктуры. Почему его пример не получил распространение на всё королевство? Неужели так сложно скопировать уже созданное кем-то творение? Всё оказалось сложней. Вопрос уперся в деньги. При Эббисе все работало бесплатно, но новый граф за подачу воды в дома начал взымать довольно ощутимую плату. Даже те, кому эта услуга была физически доступна, в итоге отказались от неё из экономии.
Лишь самые богатые семьи города могли позволить себе весь спектр, созданных архимагом удобств. Изобретения Эббиса попали в разряд роскоши, а роскошь, как известно, доступна лишь привилегированному классу. Вот тебе и семена прогресса. Если они и были скопированы, то только для высших слоев аристократии. Простолюдинам роскошь не положена.
Немного прогулявшись по городу, я оставил Виолетту с Тамикой в очередной швейной мастерской, а сам пошел в ремесленный квартал. Первым делом хотел заказать себе новую обувь. В пробитом ботинке до сих пор прикрывал дырку подобием стельки из кожи, но она все время сдвигалась и скомкивалась, создавая дискомфорт при ходьбе. Заказав новую обувь, я отправился на поиски лавки супруга старшей дочери Седрика. Её название напрочь вылетело у меня из головы. Я помнил лишь то, что в лавке изготавливалась мебель и луки, а также имя старшей дочери - Адель. Если учесть, что Розалинда отправилась к ней, то можно было спрашивать у торговцев оба имени.
Прогулявшись по ремесленному кварталу, я потрудился и заглянул в каждую мастерскую, которая занималась изготовлением луков и мебели, но никто не слыхал про столяра, чью жену зовут Адель. В таком случае и про Розалинду спрашивать не имела смысла. Снова встретившись с сестрой в той же лавке, где оставил её больше часа назад, я узнал у Тамики, что из-за особенностей города в нем сразу три ремесленных квартала. По одному в каждой из частей.
Получив новую информацию, я разыскал ремесленный квартал, относившийся к серединному городу. В нем тоже никто не слыхал об Адели. Уже почти потеряв надежду найти таким образом потомков Седрика, я вернулся в старый город и повторил попытки поиска там, и о чудо! В скромном, тесном проулке, который с большой натяжкой можно было назвать полноценным ремесленным кварталом, обнаружилась захудалая столярная мастерская.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Взглянув на название: «Лавка мастера Вигора», я сразу вспомнил, о чем рассказывал покойный Седрик. Действительно. Это именно то место, что мне нужно. Внутри лавки было очень тесно. Всё свободное пространство торгового зала занимали многочисленные стулья и табуретки, которые, по видимому, никто не торопился покупать. Хозяин лавки сидел в глубине коморки и стругал очередную деревяшку. Завидев меня, он встрепенулся и поспешил навстречу. Его лицо горело надеждой. Похоже, нечасто к нему заходили покупатели.
- Чего желаете, госпожа? – заискивающе спросил мужчина.
- Я здесь, чтобы встретиться с вашей женой, Адель. У меня сообщение и посылка от её отца.
Мужчина помрачнел. Он опустил голову и побрел в дальний конец лавки, после чего молча опустился на табурет и продолжил стругать рубанком заготовку.
- Где я могу увидеть Адель, - удивившись странному поведению мужчины, переспросил я.
- Я не знаю, где она сейчас, - тяжело вздохнув, отозвался мужчина со своего места. Она забрала все мои сбережения, детей и вместе с сестрой отправилась покорять столицу.
- Что значит покорять столицу?
- Это всё её младшенькая, Розалинда. Это она её надоумила. Сутенера Розалинды убили, так она сбежала с его деньгами к нам. Кутила здесь полгода, напивалась и тратила чужие деньги на всякие побрякушки и тряпье, а как деньги кончились, стала упрашивать сестру отправиться в столицу, повидать мир, а заодно взять у торговой гильдии в долг, а та, дура, зачем-то послушалась. Теперь моя лавка заложена за долги, Адель и Розалинда в бегах. Младшая пообещала жене, что быстро отобьет одолженную сумму доступным ей способом. Ей нужны были лишь подъемные, чтобы оплатить жилье и питание. Однако, я уверен, она спустит полученные деньги точно так же, как растратила украденные у прошлого ухажера. Одного не пойму, зачем супруга моих малолетних сыновей с собой прихватила? Места себе не нахожу. Отправиться в столицу не могу, пока не выплачу долг гильдии, а он растет быстрее, чем я успеваю изготавливать и продавать мебель, а тут еще и спрос резко упал.
Надавив на больную мозоль, я вызвал излияния измученного мужчины. Мне стало жалко оказавшегося в полной жопе работягу. Брал себе вроде приличную женщину в жены, но плохое воспитание в семье дало о себе знать. Вигор Бильбрук не только остался в долгах по глупости жены, так еще лишился лавки и собственных сыновей. Ситуация с растущими долгами могла растянуться на годы. Нужно было срочно погасить эту задолженность, а раз её создала Розалинда, я посчитал не зазорным погасить её из наследства блуднцы.
Вернувшись в гостиницу, я застал Виолетту в номере. Испуганная моим резким появление, она даже не скрыла улик. Так и замерла, запустив руку в вытащенную из-под моей кровати сумку с красной лентой. То, что сестрица задумала сделать, было понятно без слов. Запустила руку в чужой карман. Не желая слушать никакие оправдания, я схватил её за шкирку перегнул через колено и так отстегал по костлявой жопе рукой, что на моей собственной ладони появились кровоподтёки.
Сестра слезно просила её простить, потом просто молила остановиться, но я не дал слабину и хлестал до тех пор, пока она не пообещала никогда в жизни не брать чужого. Раз мама с папой этого не объяснили, пришлось мне, младшей сестре, выступить в роли воспитателя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Чуть позже, всхлипывая и растирая по лицу соленые слезы, Виолетта призналась, что уже потратила некоторую часть денег из этой сумки, вытащив пару кошелей ещё прошлой ночью. Желая поощрить сестру за чистосердечное признание, я дал ей двадцать серебряных монет из своего набедренного кошеля, но перед этим спросил, зачем она вновь полезла в сумку.
- Я хотела сделать тебе подарок, - опять разрыдавшись, сообщила сестра, - у тебя всего одно новое платье, а у меня уже три.
