можешь передо мной раздеться. Я оценю.
– Я уже оценила, – выпаливаю, не думая.
– Собственный стриптиз?
– Твоё хамство.
Страх тлеет угольками, чуть жжёт. Но больше Хасанов не вызывает того цепенеющего ужаса, как в первый день.
Он обещал, что не станет убивать невинную. А ещё как-то странно умирать от страха к мужчине, который пару часов назад доводил меня до оргазма.
Поэтому я позволяю себе немного дерзости. И ускоренным шагом направляюсь к спальне, пока Валид меня не перехватил. Смелость смелостью, но жить хочется.
Я выбрасываю все вещи на кровать, мысленно проклинаю Хасанова. Обязательно нужно было оскорблять? Почему вдруг не понравился мой наряд?
Я надеваю платье цвета спелой вишни. Воротник до самого горла, рукава длинные. И подол касается середины икры. Самое закрытое платье из того, что было в пакетах.
Только вырез на спине, немного открыты лопатки. Но этого достаточно, чтобы Валид прекратил ко мне придираться?
– Надеюсь, тебя арестуют по дороге, – бурчу, проходя мимо мужчины. – Доволен?
– Выглядишь прекрасно, Александра.
Губы пощипывает желанием улыбнуться на этот комплимент. Но я отворачиваюсь, всеми силами глушу в себе костёр радости.
Все бы чувства залить пеной и притушить, не позволяя разрастись устрашающим пламенем до моего сердца.
Я едва не спотыкаюсь на месте, когда бросаю случайные взгляд на Валида. Сглатываю, рассматривая его наряд. Мужчина тоже переоделся за эти несколько минут. Сменил футболку на такую же белоснежную рубашку. И…
Блядь.
Вот просто – блядь.
Потому что Валид в рубашке выглядит невероятно. Ткань натягивается на его мышцах, я почти слышу, как она трещит. Верхние пуговицы расстёгнуты, добавляя очков привлекательности этому бандюгану.
Он просто…
Красивый, чтоб его.
Невероятно притягательный в этом наряде. Особенно, с чуть подстриженной бородой. И этим наглым самодовольным взглядом, от которого всё внутри подрагивает.
Если бы я впервые встретила Палача в таком образе – никогда бы не заподозрила его в криминале. И… Черт, точно бы обратила на него внимание.
Просто такого викинга в костюме – невозможно пропустить.
Невозможно не оценить, чувствуя жжение под рёбрами.
– Я думала это просто попойка с твоими соучастниками, – выдавливаю, вздёргиваю подбородок. Всем видом показываю безразличие. – Или решил сразу в суд?
– Суд? Зачем, ягодка? Брак легко можно оформить через ЗАГС. Лучше было бы в белом платье, конечно. Но красный тебе тоже идёт.
– Свадьбу? ЗАГС? Ты ведь шутишь? Валид, скажи, что ты шутишь!
Валид молчит. Тишина иголками раздирает.
Это хищное выражение лица…
Этот прищур с хитринкой…
Палач ведь действительно мог бы использовать этот вариант. Не представляю как решил проблему с документами и розыском, но в теории…
Дочь прокурора – его жена. Не так поможет с освобождением, но для того, чтобы досадить моему отцу… Да, это был идеальный вариант. Очередное подтверждение его всемогущества.
Подмять под себя меня, всех.
Желание доказать, что никто не выстоит против него.
А средство – я.
Поэтому и друзья будут, в роли свидетелей. И меня берёт с собой, решив не прятать подальше.
– Ты ведь шутишь? – спрашиваю сипло, сжимаю руку мужчины. – Издеваешься, да?
– Александра Хасанова – кажется, звучит хорошо.
– Нет!
– Лащенова не то. Но я разрешу взять двойную, если правильно попросишь.
– Я… Я ни за что не выйду за тебя! Никогда!
Валид реагирует спокойной усмешкой. Заправляет мою прядь за ухо, оставляет ладонь на шее. Мужчина так близко, что я могу различить каждую нотку его парфюма.
Грубоватая кожа ласкает мой загривок, подушечка большого пальца поглаживает за ухом. Вместо злости за мой отказ – Палач дарит каплю нежности.
– Почему? – интересуется весело. Забавляется.
Шутит.
Воздух со свистом выходит из моих лёгких. То ли его взгляд, то ли тембр голоса… Но я понимаю, что мужчина просто подшутил надо мной. Оценил реакцию.
И вместе с облегчением в меня заливает каплю злости. Сначала Валид оскорбил меня, нагрубил, после – издевается с идеей свадьбы. А теперь просто улыбается?!
Как он может вести себя так?
Самовлюблённый мудак!
Занимательно издеваться надо мной?
– Почему?! – отталкиваю его руку. – Потому что ты убийца. Ты наглый, жестокий, безжалостный! Тебе плевать на других, на мои чувства, издеваешься и играешь. А ещё необразованный и… И… И грудь у тебя волосатая!
Упираюсь указательным пальцем в торс мужчины, где расстёгнута рубашка. Касаюсь темных волосков, словно это главное преступление Палача. Но ничего лучше я придумать не смогла.
Он просто меня бесит. Сильнее, чем обычно. Будто эмоции искрят, кто-то подкрутил их до максимума. И мне хочется оттолкнуть Валида. Или проучить. Чтобы больше не говорил так со мной.
Потому что…
Нельзя меня целовать, а потом наезжать.
Иначе в следующий раз я ему его наглый ловкий язык откушу.
И жалеть не буду. Ну, может чуточку.
– Волосатая грудь, – кивает серьёзно. Хмурится, словно обдумывает. Но его плечи трясутся от сдерживаемого смеха. – Я приму это к сведению. Александра, ты…
– Отвали, – бурчу, но мужчина притягивает к себе, прижимает спиной к груди. – Ты мудак, Валид.
– Мудак. Но не стоит заигрываться, кроха. То, что я позволяю тебе немного вольностей, не значит вседозволенность. Ты нарываешься. И в какой-то момент нарвёшься на большие неприятности.
– Ошибся с выбором молчаливой и покорной заложницы.
– Помнится, ты была идеальной и послушной. Так дрожала, – шепчет на ухо, пальцами мнёт подол моего платья. – Дрессированная хорошая девочка, которая бы на колени встала, если бы я приказал.
– Замолчи!
Я не могу понять, почему его слова настолько ранят. Лезвием проходится по сердечным мышцам.
Палач ведёт себя как обычно, не менялся с нашей первой встречи. Так почему сейчас это задевает?
– С дерзким живым умом, – приглушает оскорбления комплиментом. – Ты забавная, Александра. Но иногда нужно знать меру. Я не один из твоих щенков, которые будут терпеть все. Чувствуй грань, колючка, и тогда у нас всё будет заебись.
– А ты? – чаще дышу, когда Валид обнимает меня. Его предплечья давят на и под грудью, прижимают крепче. – У тебя граней нет?
– Свои грани я определяю сам. Пошли, Александра, меня уже заждались. А то с них станется за нами спецназ выслать.
– За тобой. Надеюсь, что он уже в пути. Поймают тебя и…
– И плакать будешь.
Хмыкает, прижимается щекой ко мне. Царапает, целует в уголок губы. Меня разрядами электричества прошибает от этой неожиданной ласки.
Будто дикий зверь
