– …Послушай, я ведь тоже не мог пойти в столицу один. Я не знал, куда идти, я не знал законов Империи… а главное, у меня не было ни сира. Мы с тобой смогли добраться до Академии, потому что мы были вместе. И дальше будет так же. Если мы не будем работать сообща, нам не одолеть всех этих дворян, дворянок и лучших из Имперских рыцарей, которые начали учиться работе с мечом, едва научились ходить. Чтобы стать Рыцарем Единства, уже поздно работать одному, пусть даже сверхусердно.
– …
Даже после этих моих слов Юджио продолжал молчать. Но наконец он все же прошептал в ответ:
– А… ну да, верно. Мы уже прошли большой путь. Так что надо теперь попасть в ту белую башню.
– Ага. А для этого мы должны попасть в двенадцать лучших на экзамене в этом месяце… Практические навыки ладно, вот со Священными искусствами у меня неважно… Когда мы вернемся в комнату, пообъясняй мне немного про свойства реакционных сред.
– Ха-ха, идет. Опять начинаем операцию «Работать сообща».
– Типа того.
Я снова похлопал Юджио по спине и встал.
Юджио поднялся чуть позже, улыбаясь своей обычной спокойной улыбкой. Потом вдруг склонил голову набок и, будто вспомнив что-то, спросил:
– Кстати, о чем ты меня хотел попросить в столовой?
– Э?.. А, ааа, ну да, я ведь чуть не забыл, – я развернулся к нему всем телом и будничным голосом спросил:
– Юджио, можешь мне одолжить на завтра «Меч голубой розы»?
– Хмм, не вопрос, – искренне кивнул Юджио, но тут же удивленно склонил голову. – Но зачем? Ты же говорил, что лучше упражняться с деревянными мечами, потому что тебе кажется, что иначе ощущения будут другие?
– Я говорил, да… в общем, так. Я только что пообещал Рине-семпай, что в последний день покажу ей свои настоящие приемы. А с деревянными мечами у меня, скорее всего, только двухударные выйдут.
– А, вот оно что. Ну, тогда покажи ей стиль Айнкрад на полную. Конечно, можешь взять «Меч голубой розы», но… – Юджио помолчал, потом спросил с удивленным видом: – Слушай, Кирито, ты что, забыл? Завтрашний день отдыха – тот самый день.
– Э? Какой тот самый?..
– Эй, эй. Шестое число третьего месяца. Ты ведь так ждал этого дня.
– …Аа, ах, правда? День, когда завершат его? …Ну, не то чтобы я забыл… Но я не думал, что понадобится целый год…
– Не отпирайся; забыл, да? А-ха-ха, – рассмеялся Юджио и вновь спросил: – Ну так что? «Меч голубой розы» или?..
– Нет, я хочу сделать это своим мечом. Похоже, Стейсия-сама действительно ведет меня. Ты сказал, что готов одолжить мне меч – прости.
– Ничего. Ладно, идем тогда в комнату? Я с тобой позанимаюсь, пока свет не погасят.
– …П-пожалуйста, ты только помягче там.
Я убрал лейку обратно под навес и побежал следом за Юджио, направившимся уже к выходу.
Обернулся, чтобы еще разок посмотреть на цветочную кадку, и увидел на вершине самого гордого ростка устремленный к небу бутон с капелькой воды.
Вторая причина, почему я для этого эксперимента выбрал именно зефирию… честно говоря, я даже думать о ней стеснялся.
Причина эта малость… да нет, здорово вгоняла в краску.
Глава 3
В Подмирье существует множество самых разнообразных Священных Долгов, но среди них практически невозможно найти что-либо из категории «путешественник».
«Торговцы», пересекающие границы империй, чтобы покупать-продавать свои товары, немного похожи на «путешественников», но называть их передвижения путешествиями можно лишь с натяжкой. Они ведь перевозят товары всего-то из одного места этой круглой столицы в другое – ну, скажем, из Северной Центории в Восточную. Проезжают они при этом километров пять, не больше.
Окраинные деревни, судя по всему, самодостаточны, а то, что они не могут производить сами, – например, лекарства или сложные металлические изделия, – туда доставляют конными экипажами из ближайших городов (в Рулид, например, – из Заккарии). «Бродячий артист» и «бард» в списке Священных Долгов тоже не значатся, так что, если кто-то хочет попутешествовать, он ограничен во времени одним днем отдыха в неделю.
Единственное исключение – Рыцари Единства; они могут летать на своих драконах из Центории куда угодно, вплоть до Граничного хребта в 750 километрах от столицы. Но этот Священный Долг слишком уникален.
Так что обитатели Подмирья ведут не особо подвижный образ жизни. Однако это вовсе не значит, что путешествия как таковые под запретом. Людям дозволяется отъезжать как угодно далеко от дома, если только они при этом следуют своему Священному Долгу; так, торговец мебелью из Центории вполне может отправиться на север, в Заккарию. Да я и сам, полностью следуя законам этого мира, пересек всю страну из конца в конец.
В общем, больше от характера человека зависит, хочет он путешествовать или нет. А характеры у 99% обитателей Подмирья консервативные.
Но это не означает, что людей с ненасытной страстью к путешествиям вовсе нет.
Один из таких людей – чеканщик Садре, лавка которого располагается в седьмом квартале Северной Центории.
– Вы только посмотрите на это! – прогремел хриплый голос, и перед нами с Юджио со стуком упало несколько прямоугольных каменных брусочков. Судя по сложной текстуре черного камня, это были оселки из Восточной империи. Сейчас, однако, они были стесаны до толщины меньше двух сантиметров и, как ни посмотри, в работу уже не годились.
– Оселков из кокуренгана на три года должно хватать, а эта ваша штуковина шесть моих испортила!
– П-правда?.. Мне, мне очень жаль…
Искренне извиняясь перед бурлящим от гнева владельцем заведения, я одновременно оглядывался.
В «Лавке металлических изделий Садре» повсюду виднелась разнообразная утварь, украшения и даже оружие. Сильнее всего притягивала взгляд выставка мечей, висящих на дальней стене лавки. Что делают мечи в обычной лавке металлической всячины? Когда мы с Юджио пришли сюда впервые, то робко задали этот вопрос очень взрывоопасному на вид владельцу. Его ответ был прост: «Этот старик мечтал стать кузнецом, и этот старик сделал те мечи».
Я расспросил его о различиях между кузнецами и чеканщиками в этом мире; оказалось, как ни странно, что отличаются они только используемыми инструментами. Кузнец создает свои изделия с помощью горна, молота и наковальни. Чеканщик же пользуется чеканом, молотком и рашпилем. В общем, вся разница – в горячей или холодной обработке металла.
В реальном мире я пользовался алюминиевыми запчастями для своего горного велосипеда, и литые от штампованных ничем внешне не отличались, так что я всегда считал, что это примерно одно и то же… и поэтому брякнул: «Ну, если кузнец и чеканщик оба делают мечи, то можно было стать и чеканщиком, без разницы же». Но когда я это произнес, Садре уставился на меня сердитыми глазами и буркнул: «Даже если брать один и тот же металл, результат будет совершенно разный».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
