мужского голоса явно чувствовалась насмешка. Она же и вырвалась в ответной реплике: — Ты опять за свое, Охотник! Не достали еще формальности? Хватит меня подозревать. Лучше тщательнее анализируй информацию, чтоб ни одной детали не упустить».
«Тебе легко рассуждать, Менталист. Находишься в гуще событий, первым обо всем узнаешь. А я тут на голодном пайке, твоими подачками обхожусь. Давай уже, докладывай, что нового».
«Деньги де’Лоста получил».
«Знаю. Мы отследили платеж, пробиваем. Пока мутно все, много подставных лиц, несколько банков, счета разные, неперсонифицированные, зацепиться сложно. Дальше что?»
«Де’Лоста ждет подкрепление со дня на день. Люди и техника. Без них ему Кварцит не удержать. Как вопрос решили?»
«Перекрыли сообщение Марса с Землей. Мы знаем кто это, вся группа под контролем, маскируем задержку карантинными мероприятиями».
«Отлично, понял. На ужине спонсор себя не проявил. Курьер передал дорогой букет в особняк управляющего. Эту ниточку я отследил, там инициатива местного промышленника, решил заранее задобрить новое начальство».
«Ну и как? Задобрил?»
«На брачный капкан нарвался».
«Ясно… С цветами странно. Подарок больше подошел бы для женщины, чем для мужчины. Промышленник организовал заказ и доставку из Марсотижа? По просьбе де’Лоста?»
«Именно, так. Тот решил поощрить свою женщину».
«Это ты о бывшей журналистке? Она вроде как отказалась ему помогать».
«С репортажем да, в остальном сотрудничает. И по отношению к ней намерения у де’Лоста однозначные».
«Нам это помешает?»
«Не думаю, — с едва заметной паузой ответил связной, видимо обдумывая ситуацию. — Сам просил подробностей, я тебе их дал. Делай с ними что хочешь».
«Не цепляйся к словам, Менталист. Значит, все дальнейшее как договаривались?»
«Нет, от исходного плана придется отступить. На подготовку штурма времени не будет. Готовность постоянная, никому не расслабляться. Контратаку начинаем в любой момент, по моему сигналу».
«Это слишком рискованно, — забеспокоился Охотник. — Так мы упустим спонсора. Нужны неопровержимые доказательства».
«Я гарантирую, что они появятся к моменту штурма».
«Смотри, Менталист. Столько лет мы за ним охотились. Если по твоей вине все потеряем, головы тебе не сносить. Слишком многим рискуем».
«Под мою ответственность, Охотник. Я тебя не подставлю».
«Добро. До связи».
Завершив мысленный обмен информацией, Менталист бросил взгляд на здание, в окнах которого все еще горел свет, несмотря на то, что так называемый «званый ужин» закончился и гости были отпущены восвояси. Взгляд мужчины невольно задержался на окнах второго этажа, где неясной тенью двигался женский силуэт.
Карина Азовская, то есть Кара…
Она еще не догадывается, какая роль ей уготована, а ведь главарь повстанцев не захочет упускать добычу. Любому сегодняшнему гостю были ясны его намерения. Определенно для де’Лоста назревающая женитьба не является препятствием для наличия любовницы в доме.
Ну а поскольку сейчас между ними близких отношений нет, а свадьба через два дня, значит, укреплять свои позиции на этом фронте лидер Сопротивления будет в самое ближайшее время.
И планы эти теперь нужно было совместить с перспективами захвата спонсора. Действовать быстро, решительно, непредсказуемо для всех. Задача не из легких, но…
Менталист хмыкнул и направился по улице к зданиям казарм. Для него простых задач никогда не существовало, значит, и эта окажется ему по плечу.
Глава 7. Контратака
Наблюдая, как Карен довольно щурится, потирает руки и удовлетворенно хмыкает, глядя на проекционный экран малой гостиной на третьем этаже, где шла демонстрация моего позитивного репортажа, я тоже радовалась. Все же сумела и произвела нужное впечатление! Сюжет получился больше похожим на документальную съемку — меня, как репортера, и моего голоса там не было, была лишь хроника, которую сопровождали фразы записанные от очевидцев. При должном профессионализме можно обойтись без личного присутствия в кадре.
— Эх, заживем! Вольная жизнь начнется! — радостно сообщал местный житель, роль которого исполнил один из вояк Карена.
— “Помощники” загляденье! Не знаю, что бы мы без них делали! Как бы жили?! — саркастически комментировал мародерство случайный свидетель. Впрочем, в контексте правильно поданных кадров, на которые я наложила его голос, это высказывание легко было принять за похвалу.
Карен негромко рассмеялся и хлопнул в ладоши.
— Вот! Можешь же, когда хочешь! Ты талант, Кара! Такой репортаж у меня с руками оторвут и в эфир без задержки пустят!
Восторг Карена был настолько сильным и неподдельным, что мужчина даже не заметил, как в итоге, выключив воспроизведение и вытащив накопитель, я отдала ему ему вовсе не его, а совсем другой. Чуть ли не облизываясь, он положил добычу в карман и поднялся с дивана, где мы разместились. Помешкал, словно собирался сделать здесь что-то еще, но спустя секунду лишь подал мне руку и указал на выход из комнаты.
— Идем в столовую! Мы оба заслужили хороший обед.
Я противиться не стала — хочется ему проявить себя галантным кавалером, пусть ухаживает. От меня не убудет. Потому спокойно положила ладонь на его согнутый локоть. Спускаясь по лестнице, мы столкнулись с Марком, который, с усилием подволакивая ногу, поднимался нам навстречу.
— Ты чего? — не понял его намерений Карен.
— Вас пригласить, — похоронным тоном сообщил адъютант. Сгорбился еще сильнее, окончательно мрачнея, и добавил: — Обед остывает.
— Делать тебе больше нечего, — добродушно-лениво пожурил его де’Лоста. — Что мы в собственном доме не разберемся когда и куда идти? Работы мало? Так я добавлю, чтобы не заскучал.
Он совсем не зло это сказал, и, похоже, сам Марк воспринял его слова как должное, а вот мне стало обидно. И радужное, приподнятое настроение окончательно пропало.
Нет, не потому что Марк был неприветлив. Просто я в очередной раз испытала горечь осознания, что радоваться мужчине особо нечему. И проблемы со здоровьем, и неуважение начальства свою роль играют, а работает он на совесть. Жаль, что Карен все воспринимает как должное, не относится к нему по-человечески. Использует, но и не думает помогать. Марк одет как пугало, не причесан толком, в Карену хоть бы хны, даже не замечает. Неужели трудно помочь? Приодеть хотя бы, уверенность какую-то в человеке породить? Адъютант же, по сути, визитная карточка, лицо своего начальника, а Карен словно и не задумывается, что невольно создает и поддерживает о себе неприглядное впечатление.
За столом разговоров о делах Карен не вел, решил меня развлечь, рассказывая курьезные случаи из жизни мятежников.
— Как-то раз, после долгого отсутствия поставок, много всего привезли, — с трудом сдерживая готовый прорваться хохот, заводил очередную историю де’Лоста. — И мы сделали шведский стол, чтобы каждый мог выбрать и съесть
