или накопитель. Когда доберусь до таких островов или когда получу предмет, тогда и проверю.
Рядом с моим показателем возрождений стояла пятёрка. Первый раз я умер, когда изучал учебник, а после попал в наэлектризованную воду. Против меня сыграла не системная условность, а обыкновенная физика. Тут уж я сам себе злобный буратино… Во второй — меня подловил моб, пробив кожу шипом. Парализация и последующая боль заставили более серьезно относиться к дендритам, поэтому после этого случая я так ни разу и не подставился.
В третий же — я угодил в ловушку, в которую, если верить школьным учебникам истории, наши древние предки заманивали мамонтов: подо мной провалилась земля. Я успел среагировать, активировав стихийную свободу, но это не помогло. Область оказалась за пределами аллода, а в свободном пространстве левитирующие заклинания не работали. Хорошо ещё, что Хекрулес успел меня устранить, иначе потери составили бы три жизни. И теперь где-то внизу бродит мой кадавр. Крайне надеюсь, что мертвец не заберется на наш остров, в противном случае, если мы его не срисуем, он может доставить очень большие неприятности.
Вся команда потеряла по несколько жизней. И ведь нас убивали не древесные твари — с ними-то мы более-менее справлялись. Проблемы доставляли упомянутые ловушки, которые получалось обнаружить далеко не всегда. Иногда направляющие умения сбоили, но, стоит отдать должное, если бы не ученики Огюста, то и моё прозвище, и имя занозы давно бы посерели в общем рейтинге.
Однажды Лика выкашивала траву хаотическим бичом. Растения имели неприятное свойство оплетать ноги, что сильно уменьшало нашу маневренность в битве с мобами. Хлыст попал на фиолетовый стебель и, как обычно, перерубил его. Спустя пять секунд прогремел взрыв, который разорвал девушку на десяток частей. Опытным путём мы установили, что растение не детонирует, если вырвать его с корнем. Теперь же у нас в баулах лежит по паре системных гранат, которые в будущем могут ещё пригодиться. Если в момент активации окутаться защитным заклинанием, то никакого урона не получим.
Я открыл глаза. До ушей донеслась тишина. Шум бури стих, давая нам пару-тройку дней безопасного пребывания на аллоде.
— Подъем, — я аккуратно потряс девушку, которая прижималась ко мне всем телом. Огненная элементалистка прекрасно переносила жару, но царившая прохлада заставляла искать дополнительные источники тепла, и таким источником, естественно, оказался я.
— Мне ко второй паре, — пробубнила она.
— Ага. Вставай, красавица, — я отпихнул Лику и начал разминать затекшую кисть.
— …Проснись: открой сомкнуты негой взоры навстречу северной Авроры, звездою севера явись!
— Шлем верни… Поэтесса. Ещё и храпишь, как рота солдат. Спать мешаешь.
— Врёшь! — она дематериализовала доспех и протянула мне пластину. — Скажу Кейре, что ты меня обесчестил!
— Говори, — я, усмехнувшись, с легкостью согласился с несерьезной угрозой. — Глупая смерть выйдет. Не моя — твоя.
— Я буду старым и опытным камикадзе. И вообще: отвернись. Не для тебя моя роза цвела.
— Роза? — я вскинул брови. — Максимум завядший одуванчик.
— Как интересно ты называешь свои межножное достояние!
— Не твоё, вот ты и бесишься. Ты должна…
— Женщина должна быть счастливой и больше никому и ничего не должна! — парировала Лика и показала язык. На её теле появилась кираса, а на руке образовался оттопыренный средний палец.
— Даже знать не хочу, куда ты его собираешься засунуть.
Я улыбнулся — упаднические мысли хаоситки сошли на нет, что не могло не радовать. Да и видно, что настроение у неё теперь замечательное, чего я не видел уже несколько недель.
— Встали уже? — к нам заглянула Графиня. — Через двадцать минут покупаем звенья.
— А Фрол храпит! — пожаловалась Лика. Славская, не меняясь в лице, развернулась и вышла. — Видел её рожу? Будто лимон проглотила. Эх, лимончик… Ты когда его ел в последний раз? До прихода Игры?
— После. Одни старички, которых я спас, меня чаем поили.
— Мой герой! — она прижала ладони к груди и мечтательно закатила глаза. — Ещё, наверно, и кошечек с дерева снимал, и бабушек через дорогу переводил⁈
— Ага…
— А с пятитысячелетней старушкой ты что делал? Вытворял всякое-разное, да? — она похабно подмигнула. — Облагодетельствовал нехитрыми способами?
— Лика!..
— Ой, да ладно тебе, — отмахнулась заноза. — Огюста тут нет, так что кара меня не настигнет. Ну а ты вообще молодец: захомутал самую крутую альфа-самку Вселенной. Она же наследница…
— Шлем больше не получишь, — перебил я.
— Ну Фрооол, ну Фрольчик, ну Фролюсечка… Ну позязя.
— О, господи…
— Не упоминай всуе, — многозначительно проговорила Лика, выходя из комнатки и направляясь к костру, за которым уже сидела Мегера и что-то перемешивала в импровизированном казане. Хотя понятно, что: мясо из щупальца. Разнообразием наш рацион не сильно-то и отличался.
Под недовольными и непонимающими взглядами группы мы продолжали перекидываться колкостями. Уж не знаю, что они подумали, но это, в принципе, не моё дело.
Вскоре команда собралась у алтаря. Покупка произошла буднично — иначе и не скажешь. Вы возложили руки на постамент, а на счет «три» вдавили нужный символ. Заметил, что в этот момент Графиня смотрела на всех нас и приобрела зерно только после того, как это сделали мы. А ведь у нас имелись предположения, что последнему участнику оно может не достаться. К счастью, обошлось.
— Кто-нибудь получил бонус? — спросила Лика. Все покачали головами.
У меня пронеслась мимолетная мысль, что ученики Огюста уже могут купить предмет, а теперь разыгрывают представление перед нами. Или я снова параною?
— Слава, нам повезло, — сказала Мегера, указывая куда-то вдаль.
— И что там? — хаоситка повернула голову, но ничего так и не увидела.
— Кадавр Фрола.
— Чур мне его печень! — застолбила Лика.
— Ты же так и не попробовала мертвеца, — удивился Херкулес, вспомнив, как выворачивало девушку, когда она впервые увидела описание покойника.
— Ну нужно же когда-то начинать! Чувствую, ещё и не такое придётся есть. Мы на одном аллоде уже месяца три. Не думаю, что другие окажутся проще. Хотя лучше не печень, а что-то более пикантное и необычное, — она выждала театральную паузу. — Я про мозги, извращенцы.
— Ты и без этого их уже выклевала, — сказал я.
— Фигурально — да, но по-настоящему — нет. Так что, дамочки, не повредите голову.
— Давай ты, — кивнула Графиня Славская, смотря на подругу. — У меня немного маны ещё осталось.
Дендриты хоть и игнорировали псионические ауры, зато прекрасно поддавались ментальным внушениям. Мегера брала монстров под контроль, а после приказывала устраивать огненные диверсии. Все трупы записывались на её счёт. И всё же магические резервы не были бесконечными, так что перед последней вылазкой только у Графини и у меня оставалось немного маны.
— Вселенская несправедливость, — вздохнула Лика, глядя на то, как женщина с помощью пистолета
