сильно не налегать, хватит на месяца четыре. Это при том условии, что оно не пропадет. Фрол, надо будет всё-таки заморозить остатки. И кадавра тоже.
Лика убрала шлем в инвентарь, а после согнулась в судорожном спазме. Я заметил, что её лицо приобрело зелёный оттенок. Есть же в жизни справедливость!
— Лика, солнышко… — начал я. Хотел напомнить, как она в тульской аномалии играла с моей отрубленной рукой перед открытием сундука, который предоставили авалонцы. И ведь в тот раз её ничего не смущало.
— Если ты что-то скажешь, то ты труп! — простонала хаоситка.
— Вот такой? — я кивнул на мертвеца.
— Да.
— Что-то не то, — Графиня напряженно осматривала территорию. — Давайте все к лагерю! Неля, на тебе кадавр. Хес, Лику уведи. Фрол, держись.
Я схватился за Славскую, которая уже выстрелила в сторону лагеря. Привычный рывок привел меня к платформе.
— Контролируй отступление, — сказала она, когда мы забрались на площадку.
Я приготовился активировать заклинания. В принципе, женщина верно всё продумала: раз мы бойцы дальнего боя, то нечего нам быть впереди отряда. К тому же с территории постамента всё просматривается намного лучше и проще будет засечь и обезвредить очередное неведомое явление.
— Неплохо ты с трупом справилась, — оценил я.
— Будь мы на Земле, всё так просто бы не закончилось.
— Что за клинки у тебя? — спросил я, размышляя над её словами. Если подумать, то да: я бы почувствовал рядом с собой появление другого человека и успел бы среагировать, использовав стихийную свободу. — У тебя же какие-то летающие гвозди были. Открыла второй слот под дополнительное оружие?
— Это способность призывательного типа. На игроков никак не влияет, но хорошо действует против любых мобов. Даже призраков разрубает. Встречался с такими?
— Нет. Но мне рассказывали, что в первые дни Игры одна такая тварь убила сотни людей, и с ней ничего не могли сделать. Где взяла умение? Снова посетила какую-то аномалию?
— Нет. В топ попала, — сказала Графиня, помогая подошедшей группе забраться на платформу.
— В какой?
— Секрет.
— Ну и зачем мы вернулись? — спросила Лика.
Ответ мы получились спустя пару минут. Сперва по земле покатились остатки бревен, умудрившихся уцелеть в пожаре. Потом вздыбился крутящийся пепел, заслонивший весь обзор. А после в силовой барьер раз за разом начали попадать камни и ветки. Поднялся мощнейший ветер, в котором никто не смог бы уцелеть. Всё же нам повезло, что у игроков есть интуиция.
— А если мы должны были покинуть этот аллод за несколько часов, а буря теперь будет длиться вечно, то что? — поинтересовалась хаоситка.
— То останемся тут навсегда, — сказала Мегера. — Но это маловероятно.
— Почему?
— Мы не можем выбраться из провала через смерть и к алтарю будем возвращаться постоянно. Не существует непроходимых пространственных брешей и аномалий. Всегда есть выход. Придётся ждать.
И мы ждали… Ураган утих только через два дня. Действие авалонских батончиков подошло к концу, так что и я попробовал мясо из щупальца. Если не считать, что не хватало соли, то вкус был вполне пристойным: что-то среднее между курицей и рыбой.
Лика научилась пользоваться выстреливающим оружием и теперь вполне уверенно приземлялась на ноги, а не волочилась по поверхности.
Хаоситка рассказала, что имела в виду, когда я перед открытием доступа к алтарю спросил про новое заклинание. Она предположила, что умение как-то завязано на дроблении сгустков, которые будут наносить удар осколками по площади. Нечто подобное я наблюдал во время изучения учебника. Оказалось, что кариокинез — это не магический класс, а устаревшее название митоза. Когда уточнил про сам «митоз», пришлось выслушивать целую лекцию о делении клеток. В школе, естественно, проходил эту тему, но за пределами кабинета биологии эта информация мне ни разу не пригождалась, так что я выкинул её из памяти за ненадобностью.
Мы обсудили множество деталей, касающихся наших способностей, и выработали полноценную тактику против кадавров. Теперь мертвецы не должны были доставить особых проблем.
Мне и Лике снова поведали о различных аномалиях, в которых можно было приобрести неплохие умения и предметы. Когда вернусь на Землю, то дождусь отката телепорта, а после прыгну или на остров Крит, где я смогу получить классовую ауру, или в пустыню Калахари. Про последнюю ученики Огюста пояснять ничего не стали, но настоятельно рекомендовали наведаться туда.
На то, что я не убил мажора — плевать. Если случайно попадется, то устраню его, но специально бегать за ним больше не буду. Вступать в новую фазу противостояния порядка и хаоса как-то не хочется. Да и правы люди: старые обиды лучше оставить в прошлом. Кейра, конечно, поставила какие-то условия, но это её дворянские загоны, которым я не собираюсь следовать.
— Зеленый Гоблин, вставай! — гаркнула Лика, выдергивая меня из объятий морфея.
Я открыл глаза и сразу же заметил, что погода нормализовалась. Увидел Мегеру и Херкулеса, бродивших за пределами силового барьера. Щиты они держали свободно.
— Там сейчас ветра нет, так что посвящаю тебя в разряд зрячих. С тобой не надо будет больше нянькаться.
Мы позавтракали и наконец-то отправились на зачистку мобов.
Глава 19
— Приготовиться! — гаркнул Херкулес, привлекая не столько наше внимание, сколько внимание монстров. — Четыре противника на три часа! Действуем без магии! Последние удары на Мегере! Работаем!
Из-за стволов показались особо массивные дендриты, возвышающиеся над нами на два метра. Они спешно перебирали корнями, стремясь приблизиться к изысканному лакомству в виде пятерых человек, трупы которых превращались в крайне вкусных и питательных кадавров. Твари, как показала практика, испытывают особое гастрономическое пристрастие к мертвецам, чем мы не раз уже успешно пользовались.
Резкий взмах вздернутых ветвей, и к нам летит пару десятков шипов, наконечники которых смазаны мерзким парализующим ядом. Уж поверьте, если это вещество окажется под кожей, то приятного будет мало. Тело застынет, а по нервным окончаниям пронесётся такая боль, что и с ума не мудрено сойти. Я и Графиня испытали это на собственной шкуре, когда монстр исхитрился подловить нас. Хорошо, что у меня оставалась мана, так что я немного восполнил магические резервы Мегеры, а сам отправился на перерождение. Славскую же, у которой имелась унбэшка на элементализм, добила среагировавшая Лика. После воскрешения мы минут двадцать сидели у алтаря и не могли вымолвить ни слова. Про «сойти с ума» — это не речевой оборот, а действительность. Эх, мажорика или шрамированного Андрея подставить бы под такую атаку — и обнулять не нужно.
Снаряды забарабанили по выставленной стене щитов. Следом подул ветер, принёсший с собой взрывающиеся листья. Мобы владели зачатками магии, так что могли доставить к нашей группе по воздуху эти
