Отключаюсь, но по салону вновь разносится сигнал. Мерзкий такой, взрывающий мозг. Вбиваю кнопку, не глядя на имя контакта. Слежу за дорогой, вслушиваясь в доносящийся шум.
Томный женский вздох заставляет меня закатить глаза.
Иди ты к дьяволу, кем бы ни была! Не до бывших баб сейчас!
- Абонент недоступен. Навсегда. Приезжайте на опознание, - чеканю металлическим голосом, как автоответчик.
Потому что достали. Знаю, что сам виноват и теперь расплачиваюсь за свою разгульную жизнь. Но в конкретный момент мне плевать!
Вырубаю громкую связь. Нащупываю телефон, отключаю полностью. С меня хватит! Я бы выбросил его на проезжую часть, под колеса мчащихся мимо машин. Но в памяти сохранен номер Васьки, и я не готов разорвать эту тонкую нить, что связывает меня с моей чужой семьей.
В пустую квартиру возвращаюсь в сумерках. Захожу, словно в склеп, небрежно разбрасываю вещи, потому что укорить меня за срач некому. Иду в душ и тупо стою под холодной водой. Но ни хрена не остываю. Мысли роятся в больной голове, чувства разрывают грудную клетку, а выход из ситуации не приходит.
Казалось бы, я на верном пути. Но какого хрена, мать его, он такой запутанный и сложный?
Звонок в дверь кажется посланием из параллельного мира. Но настойчивый стук, что доносится следом, вырывает меня из полузабытья.
- Какого… - выругавшись тихо, обматываю бедра полотенцем.
Смахиваю капли с мокрых волос, наспех приглаживаю их ладонью, потому что в дверь барабанят так, будто вынести ее готовы.
Отлично. Я как раз в том состоянии, что готов ругаться. И даже подраться с незваным гостем, лишь бы пар спустить. Поэтому дверь открываю рывком – и так и застываю, не сразу отпустив ручку.
- Агата? – выдыхаю я, и блаженная улыбка расплывается по лицу.
Ну все, конец. Я чокнулся! Теперь мне чертовка мерещится. Стоит передо мной, дышит тяжело, испепеляет меня взглядом, порог переступает, нагло врываясь в мою обитель.
- Ты в порядке? – задает очень странный вопрос.
- Теперь да, - выпаливаю честно.
Что она здесь делает? Из-за клиники возмущаться приехала? Допустим… Но откуда у нее вообще этот адрес? Кроме Марка и Ромы, никто не знает о моем убежище. И уж точно ни одну бабу я сюда бы не пустил. Иначе пришлось бы сжечь квартиру, замести следы и переехать на окраину, чтобы случайные любовницы не преследовали "кошелек".
Однако Агате плевать на мои деньги, а я и так отдал ей почти все. И в данную секунду рад ее видеть. Настолько, что лицо вот-вот треснет от счастья, а руки сами тянутся к сексуальной, но опасно напряженной фигурке.
Но в следующий миг мою улыбку стирает хлесткая пощечина. Да такая мощная, отчаянная, что отрезвляет в доли секунды.
- Ни хрена у тебя удар поставлен, – хриплю, касаясь щеки и потирая челюсть, а свободной рукой хватаю чертовку за талию.
Игнорируя слабый вскрик, затаскиваю Агату в квартиру. Я точно самоубийца, если вместо того чтобы избавиться от смертоносной бомбы, я забираю ее в свое логово.
Глава 27
Агата
Какой же гад! Самодовольный наглец! Зла на него не хватает!
Я мчалась через весь город, сгорала от неизвестности, а при этом не могла даже дозвониться. Сложно Адаму трубку было взять? И к двери так долго шел. Наверняка важно и размеренно, как царь. А у меня ладони горят и костяшки пальцев зудят от того, как я яростно барабанила в чертово дерево.
В голове за это время пронеслось бесконечное количество сценариев, что могло случиться с Адамом. Один страшнее другого. И я никак не могла калейдоскоп жутких картинок остановить. Совладать с собой, успокоить нервы.
Я как в пропасть сорвалась - и летела, не разбирая пути. Переживала так дико, будто он… родной мне человек. Нам с чертятами. И мы не выдержим без него. Не переживем.
Перевожу дыхание. Все слова застревают в горле, а взгляд предательски впивается в голый торс, обводит капельки воды на загорелом, поблескивающем после душа теле, «поглаживает» рельефы мышц. Спускается к прессу и ниже, цепляясь за полотенце. И в солнечном сплетении вспыхивает пламя, которое я усиленно пытаюсь погасить. Я давно ничего подобного не чувствовала. Ни с кем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Ты в порядке? – делаю судорожный вдох, впускаю в себя запахи геля для душа и пряного мужского парфюма. Еще раз невольно скольжу взглядом по крепком торсу.
И заставляю себя посмотреть в нахальное, довольное лицо.
- Теперь да, - улыбается Адам хитро. И выглядит… как кот мартовский.
Глупо отрицать, что он красивый. Будоражит желание и одновременно раздражает меня. Бабник! Самоуверенный, убежденный в собственной неотразимости. Радостный, будто миллион выиграл или часы редкие для коллекции отхватил.
Запускает пятерню в мокрые волосы, треплет их нервно, словно в чувства себя привести пытается. Хмыкает, жадно окинув меня взглядом.
И я срываюсь. Замахиваюсь, со всей силы даю ему пощечину, вкладывая в нее свои эмоции, чувства, страхи.
Выплескиваю гнев и панику, в которых тонула по дороге сюда.
Замерев на секунду, ошеломленно рассматриваю горящую ладонь. Что я наделала? Как это вышло? Я ведь никогда не позволяла себе подобного обращения с мужчинами. Макар бы точно не одобрил...
Поднимаю на Адама растерянный, слегка виноватый взгляд.
- Ни хрена у тебя удар поставлен, - кривится он, а следом усмехается. Игриво, с карими искорками в синих глазах. И хочется врезать ему еще раз. Убрать эту самоуверенность. Стереть обворожительную улыбку с волевого лица. И заодно сбросить с себя его чары.
Ненормально это! И я веду себя неадекватно! Никогда истеричкой не была. Сама по натуре спокойная, да и Макар в свое время «выдрессировал», научил быть "правильной" женщиной.
А сейчас… я себя не узнаю. Рядом с Адамом со мной происходит что-то необъяснимое.
Мне становится еще жарче. Дышать нечем. Видимо, сказывается адреналин, смертельную дозу которого я получила по пути сюда. Я чуть сама не умерла, а этому снобу хоть бы хны! Заигрывает со мной!
- Агата, - зовет нежно, перекатывает на языке мое имя, будто получает удовольствие от того, как оно звучит в его устах. Потирает щеку, покрасневшую от оплеухи, но улыбается при этом, словно я не ударила, а массаж расслабляющий ему сделала.
Просканировав Туманова еще раз, мазнув по груди и полотенцу вокруг бедер, я внезапно осознаю, какая же я дура! Адам наверняка в квартире не один. Развлекался с очередной пассией, поэтому и на звонки не отвечал. Некогда было! Занят чьим-то идеальным телом.
Воспаленный ревностью разум коварно подбрасывает образ Лоры. В его объятиях. «Для здоровья». Но здравый смысл напоминает, что она бы не успела оказаться здесь раньше меня. Хотя была бы очень даже не против согреться в руках такого шикарного мужчины. Да и Адам не отказал бы. Ему плевать, с кем...
Делаю шаг назад, намереваясь покинуть квартиру. Я сглупила, приехав к Туманову, но еще не поздно исправить ошибку. Я просто вернусь домой. А о медкарте мы можем и в клинике поговорить. Как и о бизнесе, который я не готова принять от чужого человека.
Главное, я убедилась, что у Адама все отлично с психологическим состоянием. С физическим - и вовсе на высоте. Остальное я себе надумала.
- Пожалуй, я… - пытаюсь попрощаться, но сильная рука обхватывает мою талию.
Мгновение, вспышка, рывок – и я оказываюсь впечатана спиной в уже закрытую дверь и прижата мокрым, голым телом.
Маньяк! Бежать от него надо. Но внезапно накатившая слабость мешает мне воспротивиться.
Застываю, едва дыша, когда Адам наклоняется к моему лицу. Но целовать не спешит, а лишь проводит носом по щеке, спускается к подбородку.
Соблазняет меня, не боясь быть пойманным на горячем. Значит, он один в квартире? Не было у него никакой женщины.
Ревность уступает место лихорадке, которая сжигает мою способность мыслить здраво. Прикрываю глаза и облегченно улыбаюсь.
- Реальная, - выдыхает Адам мне в шею и шумно вбирает воздух возле ушка. – Не привиделась.
