Читаем без скачивания День расплаты - Ребекка Тинсли

Молчание. Она услышала, как кто-то грызет ногти и шаркает ногами. Чем больше Карретта молчал, тем больше Шарлотта убеждалась, что она на правильном пути.

Наконец Карретта вздохнул.

— Я не уверен, что должен встречаться с вами. Я имею в виду, что не хотел бы лишиться работы, — произнес он, запинаясь.

Услышав это, Шарлотта поморщилась: от нее ускользала единственная зацепка.

— Я знаю про «Дермитрон», — объявила она, поскольку терять ей было нечего. — Химик мне все рассказал. И еще я знаю, зачем ваше руководство покупает маленькую компанию в Англии.

— Мне очень трудно… — начал Карретта, но Шарлотта оборвала его:

— А еще труднее будет множеству людей, если работа над «Дермитроном» продолжится. Вот что меня волнует.

— Да, я знаю, — робко ответил Карретта. — Слушайте, я не смогу увидеться с вами до девяти, потому что жду проверочную комиссию из департамента.

Он назвал ей адрес бара в Монлорее и предупредил, что, если его там не будет, значит, он заметил в баре сотрудников «ГТ». В таком случае его следует искать на автостоянке, в красной «люмине».

В свою очередь, Шарлотта описала, как она выглядит, и добавила, что в Филадельфии возьмет напрокат машину.

Почувствовав, как адреналин побежал по ее жилам, оттого что ей предстоит новое журналистское расследование, она помчалась наверх, в кабинет Большой Шишки, и поблагодарила ее. Они еще полчаса поговорили о сложностях, связанных с мировым телевещанием, а также о профессиональной биографии Шарлотты, и та ушла. И только оказавшись в поезде, Шарлотта поняла, что Большая Шишка брала у нее интервью.

Дэвид чувствовал, что его преследуют; он бежал в кромешной темноте; он слишком устал, чтобы бежать дальше, и был слишком напуган, чтобы остановиться. Неожиданно он услышал позади вой сирены и понял, что его вот-вот догонят. Приближаясь, рев сирены становился все громче, пока Дэвид не проснулся и не сообразил, что слышит этот вой уже наяву.

Когда он добрался до служебных построек, пожарные уже включили прожектора и поливали водой здание лаборатории.

— Что за дрянь у вас в этом амбаре? — прокричал один из пожарников, стараясь перекрыть рев вырывающейся из брандспойтов воды и гудение огня. — Горит, как коробок со спичками!

— Это лаборатория, — сказал Дэвид. Он стоял, беспомощно глядя на покореженные балки, почерневшие стены, на языки пламени, лизавшие дверь.

— Там есть что-нибудь такое, что может взорваться? — проорал пожарник.

Дэвид кивнул:

— Всякие химикаты и консерванты. — Он помолчал. — Тюки с соломой. Вы знаете, отчего это произошло?

— Может, проводка? Или кто-то забыл что-то, чего не следует забывать. — Пожарник пожал плечами. — Или поджог. Пока трудно сказать. — Он направился к другим пожарным, которые пытались сбить пламя и не дать ему перекинуться на соседние постройки.

Дэвид отошел подальше от жаркой стены огня и смотрел, как его замечательная лаборатория исчезает в ночи, точно гроб в печи крематория.

— Эй, красотка, ты меня ждешь?

Обернувшись, Шарлотта наградила того, кто задал этот вопрос, испепеляющим взглядом.

— Нет, не тебя. Я здесь кое с кем встречаюсь, — сказала она и оглядела переполненный бар в поисках Брюса Карретты. В баре не было ни одного белого, который ждал бы ее. В баре вообще не было белых. И чем больше Шарлотта думала об этом, тем более странным казалось ей предложение Карретты встретиться в такой душной забегаловке, где полно молодых негров, попивавших пиво и слушавших оглушительный рэп. Шарлотте рэп нравился не больше, чем беседа с парикмахером, и она чувствовала, что начинает раздражаться.

— Ну, леди, и что ты здесь делаешь? — спросил ее здоровенный мускулистый парень, похожий на огромный кусок черного дерева. — Я — Гарет. А ты кто? Ты нездешняя?

— Слушай, честно, я договорилась здесь кое с кем встретиться, только не помню, как он выглядит. — Шарлотта опять огляделась. — Лично тебя это не касается. — Она удивилась, почемуу негра из Нью-Джерси такое имя, которое больше подошло бы игроку в регби из Уэльса.

— Да? А я думаю, что это касается лично меня, — возразил Гарет угрожающе. — У тебя какие-то дела с американцами африканского происхождения или ты пришла сюда поглазеть на нас?

Вздохнув, Шарлотта посмотрела на Гарета.

— У меня нет никаких дел с американцами африканского происхождения, — нетерпеливо сказала она. «Тем более с таким красавцем, как ты», — могла бы добавить Шарлотта, если бы не боялась проглядеть Карретту. Она заметила, как гладкое, с правильными чертами лицо Гарета исказилось от гнева.

— А иди ты, сука! — огрызнулся тот и отошел.

Шарлотте не очень понравилось, что с ней разговаривают таким тоном, и, глядя, как парень присоединился к своим приятелям у стойки бара, она надеялась, что ему не придет в голову подбить их выместить на ней злобу за несправедливую политику расовой дискриминации. Однако она слишком сосредоточилась на мысли, где ей искать Брюса Карретту, чтобы думать об угрозе группового изнасилования. Судьба всего материала о «Дермитроне» зависела только от желания химика направить ее по верному следу. Если тот не сможет ей помочь, придется опять обращаться к сенатору Сэндалу, а ему доверять нельзя.

Еще раз обойдя весь бар, она неуверенно направилась к автостоянке, разместившейся позади здания. Через некоторое время глаза привыкли к темноте, и Шарлотта остановилась. До стоянки едва доходил свет с основной шестиполосной магистрали Монлорея. Более пустынного и отвратительного места нельзя было себе представить. Конечно же, высокооплачиваемому химику незачем здесь шататься.

Тут она увидела красную «люмину». Ее трудно было не заметить, потому что это была единственная новая машина среди сорока или около того ржавых жестянок, припаркованных на стоянке. Шарлотта медленно пошла, обходя выбоины, и, наконец, остановилась, разглядев за рулем чей-то силуэт. Один раз мигнули фары. Затем стоянка опять погрузилась во мрак, а когда глаза Шарлотты вновь привыкли к темноте, она услышала позади хруст гравия.

— Садитесь в машину! — приказала мадам Барберри. Она стояла в десяти футах от Шарлотты. На сей раз сумки у нее в руках не оказалось; на ней был плащ, такой мятый, что в нем ее не пустили бы даже на порог магазина «Барберри».

Шарлотта, точно гончая, которую выпустили из загона, рванула в тот угол стоянки, где оставила свою взятую напрокат машину. Женщину, очевидно, удивила такая прыть, но она не побежала следом. Добежав до машины, Шарлотта поняла, почему: шины были изрезаны ножом, лобовое стекло и окна разбиты. На земле, среди сверкающих осколков, валялся кирпич.

Шарлотта стояла, сжимая в руке бесполезные теперь ключи. Она поняла, что находится в самом дальнем углу автостоянки, и плечи ее затряслись от отчаяния. Услышав звук шагов, она обернулась, но опоздала, и сильный удар отбросил ее на капот. Навалившись на нее, Карретта сдавил руками ее шею. Она ткнула ключами ему в лицо, он отшатнулся, но хватки не ослабил.

Неожиданно кто-то оторвал его от Шарлотты, приподняв, точно черепаху за панцирь. Руки и ноги Карретты болтались в воздухе.

— С какими славными ребятами ты водишься! — заметил Гарет. — Со мной бы ты лучше провела время. — Он приподнял голову Карретты. — Этого типа ты ждала?

Шарлотта слезла с капота и опустилась на землю. Она посмотрела на своего спасителя: тот крепко прижимал к себе Карретту, не давая тому вырваться.

— Спасибо, — сказала она и потрясла головой. — Я не думала, что наша встреча пройдет таким образом. — Она уже собиралась выдавить благодарную улыбку, но тут шея Гарета превратилась в кровавое месиво, когда пуля прошла сквозь него и спину Карретты. Оба рухнули на машину. Широко раскрытыми от ужаса глазами Шарлотта смотрела, как они со стоном опускаются на землю. Она подняла голову и увидела мадам Барберри, стоявшую в пяти футах от них с пистолетом в руке.

Когда Барберри подошла еще ближе и вновь прицелилась, Шарлотта нащупала кирпич, валявшийся рядом. Сощурившись, Барберри целилась журналистке прямо в голову. Схватив кирпич, Шарлотта изо всех сил швырнула его в Барберри, та, потеряв равновесие, покачнулась, споткнулась обо что-то, и этого оказалось достаточно, чтобы Шарлотта успела броситься на нее и вырвать из ее руки пистолет. Она нагнулась, опять схватила кирпич и ударила Барберри по голове. Та ничком упала на землю.

Шарлотта посмотрела вниз; ужасаясь тому, что натворили за несколько секунд ее руки. Потом она увидела струйку крови, стекавшую по машине, и услышала последние стоны Гарета, из горла которого вылетали кровавые сгустки. Человек, лежавший под ним, молчал.

Хотя в ушах еще звучал грохот выстрела, в голове у нее неожиданно прояснилось. Она склонилась над женщиной, схватила ее за волосы и, не обращая внимания на ее невнятное бормотание, ткнула лицом в осколки стекла. Она еще раз воспользовалась кирпичом, нанеся удары Карретте и Барберри.