а?!
- Да она всем нужна, если честно. – Майки поерзала в сидении. – У босса там и ментоскоп с наворотами, медкапсулы с программами, опять же, старушка в стазисе и так, по мелочи…
- О «старушке» - ладно. О капсулах – я в курсе. А вот о том, что на вас нападали уже шесть раз…
- Вообще-то девять, но босс их всех закошмарил! – Сдал меня с потрохами Поташ. – Они даже стрелять не успели…
- Еще и стрелять?! – Теперь в дело вступила Ведьма, своим глубоким вздохом намекая, что как только мы останемся тет-а-тет, меня ждет допрос с пристрастием!
- Не переживайте вы так! – Майки легкомысленно махнула рукой. – Наш босс такой классный, что на него каждая третья готова завалиться! Ай?!
В этот раз, успел первым Кос.
Отвесив подружке звонкого леща, он повертел пальцем у виска, намекая Майки, что она бежит по краю, прямо навстречу танку!
- Не подумайте чего, наш босс, он не такой, он даже на меня голую не пялился, хотя мог ведь! Ну, ведь мог же, а?!
- Кос… а у тебя жвачка есть? – Полюбопытствовал я, с одной стороны понимая, что и Нина, и Элейн болтовню малолетней аграфки слушают с 70% фильтром, но…
- Есть! Дать?
- Майке в зубы… - Вздохнул я. – Иногда лучше жевать, чем говорить…
- Босс… - На Майку напала «поболтушка». – Все Ваши супруги понимают! Они и не ревнуют даже, не капельки! Даже если я все-таки с вами пересплю, они это даже за измену не посчита…
Блин…
Сразу надо было залезть ей в нейросеть и пусть бы спала себе молча!
«Не ревнуют»…
Ага, как же, держи карман шире!
Они вида просто не показывают, а так – еще как ревнуют!
И самая ревнивая, кстати, Мия.
Вот она бы эту мелкую глупышку, могла и за патлы оттаскать, с нее станется.
Ведьма… Она тоже не подарок и частнособственнические зубки у нее – как у акулы.
Но, она осознает, что я повода не даю, и на провокации не ведется.
А я и вправда повода не даю – смысла не вижу.
Вот так и живем, хлеб жуем…
Высадив нас в ангаре, Кос со вздохом покосился на сладко спящую Майки и от полета на планету отказался.
А я и не настаивал.
«Прихватизировав» челнок, связался с искином линкора, пробил себе «научно-исследовательский полет» и через час с небольшим, слегка огребясь от «неназвавшихся» за мусор на деньрожденном мероприятии, знакомил своих женщин с «Кладбищем».
- И не жалко тебе было отдавать? – Нина сорвала синенький цветочек и теперь то и дело прикладывала его к носу, наслаждаясь ароматом. – Это же огромный мир, с секретами и тайнами, которые стоят столько, что и представить сложно!
- «Элеуат»… - Ответил я с усмешкой.
- А причем тут «Элеуат»?! – Нина наконец-то оторвала нос от цветка. – Причем тут парфюм?
- При том, что цветочек в твоих руках – это и есть элеуат. – Я улыбнулся. – Но превратить его в парфюм, без аграфского оборудования – невозможно. Я могу найти здесь много чего, но… Из килограмма цветов получается порядка ста литров парфюма. Цветы обойдутся в миллион. Оборудование – в пять миллионов. Расходные материалы – еще в два-три миллиона. Округляем до десяти миллионов за сто литров…
- А еще зарплата, накладные расходы… - Нина повертела в руках цветочек. – Как-то я не подумала…
- Но, есть и другая сторона. – Ведьма задумчиво гоняла над полянкой с синими цветочками двух дронов-разведчиков, снимая какие-то, только ей понятные, данные. – Это все – огромное КЛАДБИЩЕ… И… Имеем ли мы право вторгаться сюда, разорять могилы, тревожить покойников?
- Поэтому доступ только Грюну. – Я развел руками. – Мы тут вместе много что обсуждали, и по этической стороне, и по экономической, так что…
- Но ведь ты мог привести сюда людей? – Нина прикусила нижнюю губу. – И поднять их развитие на новый виток…
- Кого именно привести? – Я раскатал коврик и принялся выкладывать продукты для пикника. – Минмаатарцев? Но ты сама видишь, что последнее десятилетие император Мин-Маатара переводит империю в рамки торгового государства. Хочешь сюда торгашей впустить? Или Делус, с его превосходством высшей расы? Ошир, плодящийся, как саранча и все сжирающий на своем пути? Арвар и его рабов? Аратан? Мрзиннов? Сполотов? Нет уж, аграфов я люблю мало, но хотя бы одному могу доверять. А в случае чего…
- Ты можешь закрыть проходы? – Догадалась Нина.
- Да, теперь – могу. – Я достал здоровенный, пятилитровый термос с кипятком и пошел рвать аграфник.
Выбирая молодые стебли, как-то отвлекся и не заметил, что вокруг нас уже образовалось плотное кольцо из возбужденных, но суровых «гаррипоттеров», с палочками наперевес.
«Суровые и молчаливые» они мне не нравились.
«Гаррипоттеров» я предпочитал милыми и мертвыми, но…
Не уследил, отвлекся, замечтался…
Один взмах волшебной палочки и мой термос взмывает в воздух, разливая свое горячее содержимое на меня, на прячущихся в кустах «гаррипоттеров», на мелкую живность, не привычную к атакам кипятком.
И если мы с дамами оказались между небом и землей, в подвешенном состоянии, то живность…
Живность встретила опасность писком и мелкими, острыми зубами!
Наверное, среднестатистический волшебник способен что-то противопоставить нашествию леммингов, но…
Польдиги – далеко не лемминги!
У них острые зубки, острые когти, бешеная реакция и…
Иммунитет к почти любому виду магии!
А еще, их много.
Их реально так много, что на одного «гаррипоттера» пришлось десятка два зверят, злых, напуганных…
Так что, пару минут побултыхавшись в невидимой паутине над землей, я замер, пережидая странный бой между людьми с палочками и зверушками с зубами!
И быть сейчас среди людей я бы точно не хотел!
По моим прикидкам, из полутора десятков палочкопользователей, десяток уже недееспособен – зубы и когти не только прокусывают плащи бедолаг, но и, попутно, травят ядом, простеньким, слабеньким, но… работающим на всех животных Кладбища!
Еще через минуту, «гаррипоттеры» принялись хреначить заклинаниями по площадям, испортив всю поляну и угробив всю еду, припасенную для пикника!
А еще через пять минут мы, все трое, упали на землю.
Измотанные, но гордые своей победой польдиги принялись растаскивать тела неудавшихся магов по норкам, оставляя на поле битвы палочки, протезы и прочее, не съедобное…
- Офигеть… - Нина металась между зверьками, собирая барахло, Элейн помогала, а я все горевал
