на крайний случай, если никакого компромата в доме не окажется.
«Илья Викторович, от вашей демагогии уже голова болит и уши пухнут. Выгодна эта история прежде всего вам, ибо о ней говорят, а любая реклама, даже плохая, это все-таки реклама. И вы с таким же успехом могли организовать сию провокацию…»
Скрасили жестокую действительность эти добрые слова. Вот на каком уровне говорят о нем, скромном опере, забравшемся в чужой дом. И конечно же, если что — это тоже провокация.
В отличие от жадного Ватсона, Холмс сразу прошел в рабочий кабинет профессора Мориарти. Самое ценное в мире — информация. А уж у хозяина дома много-много полезной для органов информации. Лет на сто. Если не больше. Главное — найти.
Ноут идет в гости к Роки. В сумку. Туда же отправляются флешки из стола и внешние диски. Хорошо бы в сейфе покопаться, но он на засове.
Из гостиной раздался грохот упавшей мебели. Матвей метнулся на звук. Ватсон стоял возле оброненного им книжного шкафа, прижав руку к сердцу. На полу Донцова, Полякова, Устинова, Роулинг. Бабы валяются в ногах. Мечта любого мужика.
— Черный нал обычно прячут в книгах, — не дожидаясь вопроса, пояснил мистер Фейк.
— Деньги бабам нельзя доверять. Черный нал прячут в офшорах. Нашел что-нибудь?
— Маловато, — Степа кивнул на свою пухлую сумку, из которой торчала голова греческой богини.
Со стороны улицы донеслись звуки сирены. Пятнадцать минут, как в аптеке.
— Знаешь, Степан, чем мне нравится наша охрана? Она всегда предупреждает о своем приезде. Валим!
Обратный путь оказался не прост. Пришлось перетащить к забору мангал и с его помощью преодолеть препятствие. Ватсон хотел подобрать стремянку, но Холмс одернул.
— Брось! В ней аккаунта нет!
— При чем здесь аккаунт? Такая на Авито десятку стоит!
«Солярис» не срывался с места. Наоборот. Удалился тихонько, не привлекая внимания общественности. Собаченция поскуливала, пытаясь освободиться от скотча.
— Зачем она тебе? — спросил Степа, ковыряясь в трофеях.
— Захват заложника. До пожизненного. Шутка. Такая сотку минимум стоит. Породистая.
— А-а-а… Правильно.
— Ты барахло не вздумай на Авито выкладывать. Спалимся сразу.
— А куда? — испуганно снял темные очки человек-невидимка.
— Никуда. Пока пусть у меня полежат. Когда все уляжется, продашь с рук на барахолке.
— Мне сейчас деньги нужны! Дай хоть колье!
— Ладно, бери, но продавать сразу не вздумай. Я в отдел, тебя в центре выкину. Только бинты размотай.
Выкинув подельника, Матвей рванул домой, по пути купив собачьего и кошачьего корма у знакомого продавца-садиста. Везти вещдоки в отдел — верх безумия.
Котенок встретил незваного гостя хуже татарина. Словно спартанцы персов. Для начала загнал вконец очумевшего Роки под ванну, затем сожрал его корм и наконец нагло отобрал красный бантик, цинично разорвав его на куски. Чтоб знало собачье отродье, кто в доме хозяин. Роки вяло протестовал, но в честный поединок вступить не решался.
Матвей не встревал в бандитские разборки, увлеченный разбором незаконно полученной информации.
Для начала флешки. Одна оказалась целиком заполнена фотками бедного Роки. Да, Сережа точно с протечками в крыше. Другие детей снимают, жен, любовниц, а этот собаку. Ми-ми-ми хренов… Или зоофил.
На другой — фотокопии документов. Это интересней собаки, но, чтобы разобраться в них, нужно время. А его не было.
Но на внешнем диске ждал сюрприз. Папка с надписью «Менты». Видеофайлы. Матвей нажал первый, датированный 10 ноября прошлого года. Привлекла дата — День полиции.
Ресторан, праздник. Многие в пограничном состоянии. Во главе стола руководство. И Лопырев здесь же. Кемарит, опустив буйну голову на грудь. А на самом столе начальник дознания района. Вернее, начальница. Рябова Ирина Петровна. Под бурные аплодисменты исполняет стриптиз. И бельишко подобрала патриотическое, под цвета флага. Но танцует не очень. Под крики начальника полиции общественной безопасности: «Давай, Ирка! За высокую раздеваемость!» Какой позор! Не старая еще барышня, а сплошной целлюлит! Надо ж следить за собой!
На следующем видео банька. С тем же руководством. Травят под пивко анекдоты политически непристойные. Про гаранта… Тут же девицы в простынках. После анекдотов вместе запевают песню про службу, которая опасна и трудна. А некоторые танцуют.
На дальнейших файлах примерно то же самое. Страшные сцены морального разложения. Писал кто-то из своих. На замаскированный смартфон. И затем отдавший или продавший ментовскую хронику Брагину. Да, попади такое в Сеть, головы полетят тут же без суда и следствия.
Кто подлый предатель, становилось известно из аудиозаписей, сделанных уже самим Сережей.
«Сережа, это Никита. У меня для вас плохая новость. Передай Илье Андреевичу, что его лицо завтра может превратиться в жопу.
— Ты чо, обкурился? — Не его лично. Доверенное лицо. Бердяев».
Кому принадлежал голосок, помянувший Мотю всуе, он узнал сразу. Пузырев, зам по тылу.
А дальше самое главное, ради чего они и забрались в брагинский домик.
«У меня только что была сестра убиенного Китаева. Давайте встретимся. Где всегда. Через час».
Отбой.
Что ж получается? Татьяна пошла в Управу, там нарвалась на суку Пузырева, который на прикорме у Алмазова. И тыловик тут же отзвонился Брагину. Что она могла рассказать Пузыреву? Что подлый мент Бердяев смухлевал и что Китаева убил кто-то другой, а не Трефилов. И что она молчать не будет. И Брагин, уже угрожавший ей, решил действовать решительно. Татьяна пропадает… А это означает только одно. Черт! Самого Китаева тоже заказал Алмазов.
Матвей лихорадочно вывалил на тахту трофеи из Степиной сумки. «Плейстейшн» пятый — детство в жопе, статуэтка греческой богини, набор лезвий для бритв, блютуз-колонка, пара наручных часов, пара собачьих медалей. Да, у напарника есть вкус. Украл так украл.
И что делать?
Запел тревожно смартфон. Номер неизвестен. Значок спама не высветился.
— Слушаю.
— Привет, — раздался женский голос, — это Алиса.
Участился пульс, зазвучала в голове мрачная музыка. Последняя встреча с подругой Миронова принесла серьезные имиджевые потери.
— Привет.
— У меня для вас серьезная информация. Она касается одной вашей знакомой. Татьяны.
Черт! Он подозревал Брагина, совершенно забыв про главную угрозу. Миронов. Ну конечно!
— Да-да… — Матвей швырнул греческую богиню. — Слушаю!
— Это не телефонный разговор. Встретимся в семь вечера на пятом километре Павловского шоссе.
— Конечно! Давай!
— С условием, что вы приедете один. Совершенно один. И без наблюдения.
— Да, хорошо…
— Я узнаю, если обманете.
И она отключила связь.
Глава седьмая
— Охрана приехала якобы через три минуты. Нашли стремянку. В доме бардак, зачем-то шкаф книжный уронили. Комп забрали, флешки, но главное — Роки… С-суки.
Брагин походил на боевого петуха, проигравшего титульный поединок.
— Полицию вызывал? — спросил Алмазов, прожевав кусок котлетки из
