о спасении короля аннерийкой из Запретных земель гудела вся Санра.
Глава 30
Мать стремглав выбежала из комнаты к отцу, а Данте преградил Галу и Фрейе дорогу, останавливая порыв последовать ее примеру.
– Отец попросил к себе только маму, Гал.
Брат и его невеста непонимающе переглянулись между собой, но остались стоять на месте.
– Значит Айвен все-таки смогла разбудить отца!? Я знал, что она справится. Почему – то ни минуты не сомневался в ней. – Галариан облегченно выдохнул. – Фух… Как будто камень с души свалился!
Он присел на изящную софу с позолоченными, резными ножками и запустил обе пятерни в свою густую, каштановую копну волос.
– Только что теперь будет с Айвен? Как отец отреагировал на аннерийку возле своей постели, когда пришел в себя? – Спросил Гал брата.
– Не знаю. Я проспал этот момент, а когда открыл глаза, увидел, что наш отец вовсе не был расстроен этой неожиданностью. Они о чем-то увлеченно беседовали. И я не почувствовал в нем страха, злости или неприязни по отношению к ней. Напротив, он как будто был чем-то доволен и даже воодушевлен. – Данте сделал небольшую паузу и скрестил руки на груди. – Он сказал мне, что Айвен личная гостья в его доме и поручил разместить ее в замке, а также предоставить все, что она попросит.
От удивления Гал нервно сглотнул, а все это время молчавшая в стороне Фрейя, возмущенно подала голос:
– Король Вейн не рассмотрел эту знахарку?
Данте стрельнул в нее презрительным взглядом.
– Вряд ли. Ее внешность разительно отличается от нашей. Ты скоро сама в этом убедишься, Фрейя, – ответил за брата Гал. – Где она сейчас, Данте?
– Отец дал понять, что скрывать ее от посторонних глаз не намерен. Я отвел ее в Голубую башню. В ту, что по соседству с моей. Девушка не спала всю ночь и вымотана усталостью. Я оставил ее всего на пятнадцать минут, чтобы сбегать за ее вещами и принести с кухни еды, а когда вернулся, то она уже спала. Не слышала, когда я стучал… – Данте нежно улыбнулся чему-то. – Не удивлюсь, если она проспит до следующего утра. Не знаю, что сподвигло отца оставить ее при себе, но его желания мало. На это требуется единогласное решение всех членов совета старейшин. Спасение папы от недуга – веская причина, но не уверен, что этого будет достаточно, чтобы убедить старых маразматиков приютить аннерийку здесь. В лучшем случае ее отправят обратно в Запретные земли. А в худшем, боюсь даже представить.
Галариан резко подскочил со своего места и налил себе сладкого вина из графина, залпом выпив полный кубок.
– Только я виноват в том, наша семья попала в эту сложную ситуацию. Я принял решение привести Айвен сюда и подставил всех вас. Вы здесь ни при чем. Если совет примет решение избавиться от нее – я последую вместе с ней и таким образом искуплю свою вину перед жителями королевства. Я совершил преступление и должен ответить по закону.
Данте озадаченно вскинул брови.
– Откуда такое самопожертвование, Гал? Готов так смело променять сытую и праздную жизнь на забвение в Запретных землях? Или тобою движет что-то иное?
– Я несу за Айвен ответственность. Ведь я пригрозил и по сути заставил ее отправиться со мной. Не дал право выбора. Но я поклялся ей заботиться и беречь от опасности.
– Не думаю, что старейшины решатся выгнать и тебя поганой метлой. Ты все-таки принц как никак, – Данте хитро прищурился. – Не сдержать данное в минуту отчаяния обещание какой-то безродной оборванке, да еще в придачу нашему заклятому врагу, не такой уж большой проступок. О тебе никто не подумает плохо и тем более не посмеет судить. Или ты переживаешь, что упадешь в глазах аннерийки до уровня грязной лужи у нее под ногами, если не сдержишь данное ей слово?
Галариан исподлобья, зло посмотрел на брата.
– Данталиан говорит правду, Гал. Если на совете спросят, что побудило тебя притащить ее к нам, скажи, что не отдавал отчета своим действиям, так как переживал за отца. Не упоминай о данном ей обещании. Тебя простят и помилуют, – посоветовала Галариану Фрейя.
– Как ты можешь такое говорить, Фрейя? Это дело королевской чести! Моей чести!
Не дождавшись ответа на свой вопрос, Данте теперь молча наблюдал за препирательствами брата и своей невесты. Гал не клюнул на его уловку, сделав вид, что просто ее не заметил. Многие считали Галариана мягкотелым и слишком правильным, подверженным влиянию родителей и старшего брата, но Данте знал, что это неправда. Брат был не так прост. Он все еще помнил предательство, когда тот, не особо задумываясь о его чувствах, сдал матери с потрохами хитроумный план побега из замка. Гал был способен проявить твердость характера и настоять на своем, если этого требовали его принципы и убеждения. Если он сказал, что пойдет с аннерийкой, значит уже думал о таком развитии событий и поступит именно так. А вот из каких побуждений? Это был большой вопрос. Что-то подсказывало Данте, вовсе не потому, что так велит его честь.
Сейчас второй принц нещадно отчитывал Фрейю за неподобающие мысли, словно она нашкодившая маленькая безобразница, хотя ведь отлично знал, о ее влюбленности в него с самого ее приезда в замок. Не заметить этого мог только слепой. Он задевал ее за живое, заставлял ревновать в своем стремлении во что бы то ни стало оставить Айвен под своим покровительством и защитить ее перед праведным гневом старейшин.
Фрейя, не выдержав, со слезами на глазах воскликнула:
– Что это за честь такая, Гал, чтобы отдавать жизнь за нее!? Она даже не дуага! Ты обезумел! Аннерийка околдовала тебя? Что в ней такого, что ты готов бежать за ней на край земли?!
Гал ничего не ответил, только демонстративно отвернулся, старательно пряча от нее зеленый, горящий взгляд под опущенными ресницами.
– Айвен следует переселить в женское крыло. Молодой, незамужней девушке не пристало жить среди мужчин. – Твердо сказал второй принц.
– Уже примеряешь на себя роль заботливого опекуна? Мой ответ – нет, Галариан.
– Нет!? Она не должна жить с тобой по соседству, Данте. Ты можешь обидеть ее своей дерзостью и развязным поведением! И ты не имеешь права это решать!
– О, не переживай. Я буду тщательно следить за своими словами, находясь рядом с ней. И я
