Читаем без скачивания Могучая крепость (ЛП) - Вебер Дэвид Марк

В сложившихся обстоятельствах, численное преимущество Церкви было значительно менее подавляющим, чем могло показаться. Однако, в противовес этому, Черисийская Империя была очень большой и очень уязвимой мишенью. Черис и Чизхольм, в частности, находились на расстоянии шести тысяч миль друг от друга, если летела виверна, и, кроме того, от Королевского Порта в Чизхольме до мыса Тарган в Корисанде было ещё более чем две тысячи миль. Корабль, дислоцированный для защиты Черис, находился как минимум в месяце пути от Чизхольма, даже при самых благоприятных условиях ветра и погоды, а кораблю, дислоцированному в Чизхольме, потребовалось бы почти столько же времени, чтобы добраться до Менчира, в Корисанде.

Такие расстояния и время в пути не позволяли верховному адмиралу Острову Замка́ сосредоточить свои собственные силы на центральной позиции. Фактически, он был вынужден разместить двадцать галеонов в Чизхольме под командованием адмирала Шарпфилда и при поддержке уцелевших галер Чизхольмского Флота. Ещё десять галеонов и двадцать пять галер были размещены в корисандийских водах под командованием графа Мандира, а Остров Замка́ сохранил двадцать галеонов под своим командованием, прикрывая Бухту Каменной Банки и подходы к заливу Хауэлл и Черисийскому Морю.

Это оставляло едва сорок галеонов для других направлений, и высвободить даже такое количество было возможно только потому, что военный флот Церкви был так широко разбросан… и по-прежнему так далёк от завершения. По мере того как всё больше галеонов Церкви становилось доступным для вступления в строй, различные черисийские оборонительные флоты должны были быть усилены, что ещё больше уменьшило бы количество сил, доступных для других задач.

Если только за это время не удастся что-то сделать, чтобы сократить число противников.

Это должно было быть заданием Мензира и Каменного Пика. Мензир с восемнадцатью галеонами и шестью тысячами морпехов направлялся в Харчонгское Море. Более конкретно, он направлялся в Бухту Невзгод, на практически необитаемый Остров Когтя. Были причины, по которым на Острове Когтя жило очень мало людей. Он был не очень большим — едва ли сто двенадцать миль в самом длинном измерении. Кроме того, он находился чуть более чем в двухстах милях к югу от экватора, а его бесплодные, в основном безлесные пространства скал и песка были примерно такими же гостеприимными, как печь такого же размера. С другой стороны, Бухта Невзгод предлагала хорошую глубоководную якорную стоянку, а небольшой город Крепость Когтя мог предложить его эскадре порт базирования… в некотором роде, во всяком случае. Но что ещё более важно, он находился примерно в двадцати одной тысяче морских миль от Теллесберга, что означало «едва» пять тысяч морских миль от залива Горат. Однако он также располагался у западного побережья Южного Харчонга, где строилась четверть галеонов Харчонгской Империи, и находился менее чем в полутора тысячах миль от устья Доларского Залива.

Путешествие на Остров Когтя на самом деле было бы немного короче, если бы он плыл на восток, через Чизхольм, а не на запад, мимо Армагеддонского Рифа и вокруг южной оконечности континента Ховард, но у него были бы как благоприятные ветры, так и течения, идущие на запад, особенно в это время года. Вероятно, он будет проходить в среднем по меньшей мере на пятьдесят или шестьдесят миль больше в день по своему предполагаемому курсу… и всё равно ему потребуется больше трёх месяцев, чтобы завершить путешествие.

Как только он доберётся туда, его морских пехотинцев должно быть более чем достаточно, чтобы захватить Крепость Когтя и разместить гарнизон на острове, тем более что единственным надёжным источником воды на всей выжженной солнцем косе были артезианские колодцы, которые саму Крепость Когтя и обслуживали. Это должно было обеспечить ему надёжный тыл, с которым он мог бы действовать как против Долара, так и против Харчонга. Он был бы далеко от дома, хотя и находился бы в пределах девяти тысяч миль от Чизхольма, но у него были бы хорошие возможности блокировать Доларский Залив и перехватить любые попытки объединить галеоны Тирска с харчонгским контингентом, строящимся дальше на юг рядом с Бухтой Кораблекрушения, в провинциях Кейроз, Казнецов и Селкар. Даже если бы он ничего не делал, кроме как сидел там (а Мерлин был уверен, что офицер со способностями и характером Мензира должен был найти всевозможные способы сделать себя раздражающим вредителем), маловероятно, что Церковь — или король Ранилд, или император Вайсу, если на то пошло — будут готовы терпеть присутствие черисийцев так близко к ним.

Его галеоны будут значительно уступать численностью — почти вчетверо по сравнению с одним только Доларом, если предположить, что доларцы достроили и укомплектовали все свои собственные боевые корабли — но больший опыт его экипажей и капитанов компенсировал бы большую часть этого недостатка. И тот простой факт, что Черис снова проявила инициативу, несмотря на численный перевес, будет иметь глубокие последствия для уверенности и морального духа его противников.

А если случится худшее, он всегда сможет погрузить своих морских пехотинцев обратно на борт своих транспортов и отступить.

«По крайней мере, такова идея, — подумал Мерлин. — И как способ внести помехи в планы Церкви, есть много причин рекомендовать его. Но я всё равно чувствовал бы себя лучше, если бы командовал Доминик. Или если бы мы могли хотя бы дать Гвилиму коммуникатор! Ненавижу, когда такой большой кусок Флота так долго торчит на конце ветки, а мы даже не можем поговорить с его командиром».

К сожалению, как он сам только что отметил, Каменный Пик был нужен им поближе к дому. Он и оставшиеся двадцать галеонов, которыми в настоящее время располагала Черис, перенесут свою операционную базу в городишко Хант в Бухте Маргарет, что приведёт его через Транжирский Пролив из Королевства Таро. Его новая база будет удобно расположена, чтобы помочь Острову Замка́ противостоять любой угрозе Старой Черис из Восточного Хевена или Деснейра. Однако, что ещё более важно, он был бы в состоянии действовать непосредственно против Таро.

«И в этом Шарлиен тоже была права, — подумал Мерлин. — Сейчас как никогда важно… убедить Горжу подумать о добровольном присоединении к Империи. Или, в противном случае, представить ему несколько более веский аргумент. Нейтрализация Таро была бы полезна сама по себе. Приобретение Таро в качестве передовой базы прямо у побережья Восточного Хевена было бы ещё более полезным. Да и получение в наши руки галеонов, которые Горжа строит для Церкви, тоже чертовски не повредит!»

— Я хотел бы иметь возможность сделать многое из того, что мы не можем сделать прямо сейчас, — сказал он вслух. — Во-первых, Деснейр начинает меня беспокоить, и я действительно хотел бы, чтобы мы могли добраться до верфей Харчонга и Храмовых Земель! Но мы не можем себе позволить оставить Старую Черис и Чизхольм без прикрытия, и так оно и есть. Если Гвилим сможет занять Долар достаточно долго, чтобы ты и Серая Гавань убедили Горжу увидеть свет, это очень поможет.

— Тогда нам просто нужно подумать, что мы можем с этим сделать, не так ли, сейджин Мерлин? — с улыбкой сказал Каменный Пик. — Нам просто нужно подумать, что мы можем сделать.

V. Город Фейрсток, Провинция Меленсат, Запад Империи Харчонг

.V.

Город Фейрсток, Провинция Меленсат, Запад Империи Харчонг

Падающий снег был таким густым, что никто не мог видеть дальше, чем на одну или две длины корабля в любом направлении.

Граф Корис счёл не особо обнадёживающим, когда «Снежная Ящерица» осторожно прокралась на рейд Фейрстока. Капитан Юйтайн свернул парус и пошёл на вёслах, как только рулевой на носу обнаружил дно на глубине десяти саженей. Шестьдесят футов представляли собой значительно большую глубину воды, чем требовалось «Снежной Ящерице», но только дурак (которым, как Юйтайн убедительно продемонстрировал, он не был) мог позволить себе вольности в Канале Фейрстока. Он насчитывал примерно двести пятьдесят миль с севера на юг, и если большая его часть была лёгкой для навигации, то были и такие участки, где всё было совсем по-другому. А свободного места было не так уж много. В самом узком месте, где также были одни из самых отвратительных, зыбучих песчаных отмелей, было всего четырнадцать миль в ширину… во время прилива. Бухта Фейрсток сама по себе была великолепно защищённой якорной стоянкой шириной более двухсот миль, но попасть в неё иногда бывало непросто.