Странные сомнения пробрались в мою подкорку. Возможно, Димка снова хочет денег? Ведь был же за ним такой грешок. Неужели, эта встреча — инсценировка? Он собирается меня скомпрометировать, чтобы шантажировать, так, что ли?
— Кофе, — Димка поравнялся напротив меня, держа в руках чашки с дымящимся напитком.
— Дима, не тяни резину! Говори, иначе я ухожу.
— Подожди, — парень поставил на стол чашки и, усевшись на стул, поддался вперёд, чтобы прикоснуться к моей руке.
— Не трогай меня. Опасно!
— Прости. Не удержался, — виновато пожал плечами.
— Говори, что тебе известно. Пожалуйста. У меня нет времени ждать.
— Люб, я всё тебе скажу. Просто позволь немного насладиться твоим обществом.
— Зачем? Хочешь, чтобы мой муж снова прописал тебя в больницу? Ты дурак или прикидываешься?
— Дурак, — согласился парень, криво ухмыляясь. — Влюбленный дурак. До сих пор.
— Ты — дебил, Дима, а не влюбленный дурак. Нет у тебя никакой информации. Ты всё придумал, чтобы встретиться со мной. Только зачем? Снова хочешь денег?
— Нет. Какие деньги? Что ты несёшь? — возразил парень на повышенной ноте. — Мне ничего не нужно. Я просто хочу помочь.
— Чем ты можешь помочь?
— Я знаю, что твой брат не убивал человека и могу дать показания.
— Говори. Я слушаю.
— Хорошо, — улыбнулся парень, поднося к губам чашку. — Выпьем кофе, и я тебе всё расскажу.
***
Карим засиделся на работе позже обычного. Увяз в документах, не считая времени. Просматривал отчёты по основной деятельности предприятия, пытаясь найти хоть одну маленькую зацепку, ведущую к Вагифу. За последний год валовые доходы фармацевтической фабрики увеличились в несколько раз. Это было ожидаемо и прогнозировано, но не настолько же! Возможно, Карим и не зациклился на этом моменте, если бы фабрикой не заинтересовались правоохранительные органы. Речь шла о запрещённых препаратах, а потому Карим просматривал каждую налоговую накладную, не теряя надежды во всём разобраться.
Глаза безумно болели, а шея безжалостно затекла. Карим решил отвлечься и позвонить любимой девочке, чтобы сказать, что он задержится до самой ночи, но не смог найти свой мобильник. Осмотрел весь рабочий стол, открыл каждый ящик. Тщетно. Нигде не было телефона. Неужели потерял? Нет. За всю жизнь ни разу не терял. Значит, выпал в машине, скорее всего. Уверенный в своих предположениях, Карим вышел из офиса. Спустился по служебной лестнице на цокольный этаж, где находился подземный паркинг, и, подойдя к своей машине, открыл дверь с водительской стороны. Глаза сразу же отыскали знакомый пластик обтекаемой формы. Ну, конечно же, телефон всё-таки выпал и кармана, как он и предполагал. Нагнувшись, Карим поднял с ковролина мобильник и, разблокировав экран, немало удивился, обнаружив целый десяток пропущенных звонков от Любы. Немедля и секунды, он набрал номер супруги. В сердце странно защемило, а к горлу подкатил противный ком. Абонент недоступен? С чего бы вдруг?!
Раздумывать, что да как, — не было времени. Прыгнул за руль и, ударив по газам, выскочил на улицу, съедаемый тревожными мыслями. Пока ехал, постоянно звонил супруге на мобильный. Десять. Двадцать раз. Просто до бесконечности. Голос оператора, как страшный приговор. Он пугал и заставлял нажимать на педаль газа еще сильнее. На горизонте показался коттедж. Остановив машину напротив ворот, Карим не стал заезжать во двор, а сразу выскочил на улицу, чтобы не терять лишние секунды. Он же с ума сойдёт, пока не убедится, что всё хорошо. К дому не шёл, а бежал. Рванул нараспашку входную дверь и, не снимая обуви, принялся миновать лестничные ступеньки. Каждый шаг отзывался в голове протяжным эхом. Что-то случилось, иначе быть не могло — в этом Карим не сомневался. Он ожидал увидеть, что угодно. Готовился к худшему, но испугался пустоты, которая встретила его леденящим душу одиночеством в супружеской спальне.
— Люба! — громко крикнул, но в ответ тишина.
В ванной, в кухне, в спортзале, в гостиной — везде тишина. Заглянул в каждую комнату, каждый угол. Выбежал на улицу. Обошёл весь двор вдоль и поперек. Ничего. Даже разбудил домработницу, но та ответила, что не видела Любу после обеда.
— Как это? Не видела? Почему не видела? — орал на бедную женщину, пугая своим криком едва не до полусмерти. — Позови охранников. Живо!
— Простите… — начало было говорить женщина, но Карим её перебил, рявкнув короткое: «Молчать».
Охрана, как оказалось, тоже ничего не видела. Сговорились, что ли? Что ж за люди такие? Не видят дальше своего носа. И за что Карим им платит деньги?
— Уволю. Всех, на хрен, до единого! — Карим грозил пальцем перед работниками, когда те, выстроившись в шеренгу, дружно молчали, потупив виноватый взор до самого асфальта.
Он сходил с ума, не зная, что делать дальше. Дома Любы нет, телефон отключен, но вещи и одежда на месте. Всё на месте, кроме самой супруги. Что за фокусы? Почему? Карим расхаживал вперёд-назад перед шеренгой работников, сжимая кулаки, как неожиданно в кармане его брюк раздалась короткая трель мобильного телефона. Немедля он достал мобильник и, разблокировав экран, обнаружил входящее сообщение от его девочки. Уже собирался выдохнуть и даже представил, какой урок преподнесет супруге за подобную выходку, но всё пошло не так, когда глаза наткнулись на текст смс: «Прости, если сможешь, но я больше так не могу. Жизнь с тобой — это пытка. Не ищи меня, Карим. Позволь стать счастливой без тебя».
Глава 53
Стать счастливой? Без него? Что за бред? Карим, запрокинув голову вверх, громко вскрикнул, выплескивая наружу всю боль. Да только легче не стало. Не отпустило ни на грамм. За грудиной безжалостно сдавило. Внутри затянулся плотный узел, а по спине побежал такой леденящий холодок, что искупайся он в прорубе в крещенские морозы, — не было так холодно, как сейчас. Не помня себя, Карим покинул двор, чтобы прыгнуть за руль. Завёл мотор своего ауди и под гулкий рёв резво тронулся с места, нарушая все правила дорожного движения. Гнал по городу, как сумасшедший. Перед глазами стелилась пелена, а в подкорке звучала одна и та же фраза, будто на репите: «Извини, племянник, но ты вынуждаешь меня вмешаться».
Уже через полчаса Карим стоял напротив высоких ворот и тарабанил кулаком по гладкому металлу, не на шутку дразня собак по всей улице. Сонный охранник открыл калитку. Оттолкнув в сторону заспавшего мужчину, Карим ворвался во двор и, немедля и секунды, взял курс к особняку. В доме всё повторилось. Выскочившая на встречу домработница, была благополучно отпихнута, как и последующие две. Карим не шёл. Нет. Он тяжело ступал, сжимая костяшки пальцев до беления. Рваное дыхание вторило ударам сердца. Всё через раз и на надрыв.
Остановился напротив спальни. Распахнул настежь дверь и, миновав половину комнаты, устрашающе навис сверху мирно спящего дяди. Не раздумывая, одёрнул в сторону одеяло и, поддавшись порывам гнева, схватил мужчину за ворот пижамы, отрывая тело от горизонтальной плоскости. Вагиф опешил. Спросонья ничего не мог понять. Смотрел на племянника отрешенным взглядом, пытаясь что-либо сообразить.
— Где она? — лязгнул голос Карима.
— Карим? — удивился мужчина, а затем громко закашлялся, когда на его шее сжались крепкие пальцы. — Что ты творишь? Обезумел?
— Я тебя спрашиваю. Где она? Говори, иначе сверну шею.
— Кто «она»? — переспросил Вагиф.
— Дядя, не тяни резину. Говори, куда ты дел мою жену?
— Твою жену? А я здесь при чём? А она, разве, пропала? Что ты хочешь от меня, Карим? Я не понимаю…
Карим не дал договорить. Трухнул родственника, что есть силы и толкнул обратно, на постель. Да только старику и этого хватило, чтобы испытать боль. Ударился затылком о спинку кровати, когда падал.
— Карим, что происходит? Что ты себе позволяешь? Посреди ночи врываешься в мой дом, поднимаешь с кровати…
— Молчать! — рявкнул Карим. — Я предупреждал тебя, чтобы не трогал мою жену даже пальцем?
