Читаем без скачивания Тайна Испанского мыса - Эллери Квин

— Да.

— Тогда вы его получите. Стелла, успокойся, пожалуйста. Не надо терять голову. Эти люди знают о подобных вещах побольше нашего, и я уверен, что они будут действовать осторожно.

— Превосходно, — обрадовался Эллери. — Видите ли, некто завладел доказательствами связи миссис Годфри с покойным. И эта особа в любой момент может связаться с вами, миссис Годфри, и потребовать кругленькую сумму в обмен на документы. Если вы сделаете все так, как мы вам скажем, вполне возможно, что мы поймаем преступника и поставим все точки над «i» в этом запутанном деле.

— Очень хорошо, мистер Квин! Я постараюсь сделать все как надо.

— Так-то намного лучше, миссис Годфри. На нашей стороне сила и единство, о которых этот негодяй даже не подозревает...

— Вы хотите сказать, — жестко произнес Годфри, — что вымогатель и есть убийца Марко?

Эллери улыбнулся:

— Инспектор Молей считает... Ладно, не все сразу, мистер Годфри. А теперь, инспектор, если вы с вашим опытом возьметесь за дело...

К десяти часам следующего утра ожидаемый миссис Годфри звонок так и не прозвенел. Трое мужчин слонялись по дому, встревоженные и молчаливые. Особенно беспокоился Эллери. Шантажист не должен был заподозрить ловушку. Он звонил в десять тридцать утра накануне, попросив к телефону Мунна; и Мунн, явно не зная, что его подслушивают, послал шантажиста ко всем чертям. Детектив, подслушивавший по приказу Молея на коммутаторе, несмотря на предупреждение Эллери, не смог проследить звонок.

С доставкой утренних газет многое прояснилось. Заголовки страниц, посвященных местным событиям, кричали о скандальной связи Сесилии Болл Мунн с Джоном Марко. Обе газеты принадлежали одному и тому же издателю и напечатали одни и те же доказательства — письма и фотографии.

— Чего и следовало ожидать, — нахмурился Эллери, с отвращением отшвырнув газеты. — Разумеется, этот негодяй не станет повторять дважды один и тот же прием. На сей раз он отослал бумаги в газету. Меня это начинает бесить.

— И нет никакой надежды, — задумчиво произнес судья, — что все само собой утрясется. Несомненно, главный мотив вымогателя, из-за которого он отослал документы Констебль Молею, а документы Мунн — в газеты, не наказать этих дамочек, а напугать миссис Годфри. Можете не сомневаться, он скоро позвонит.

— Чем быстрее, тем лучше. Я начинаю беспокоиться. Бедный Молей! Ему не уйти живым от этих репортеров. Рош говорит, они насели на него все разом. Редакторские колонки обеих газет открыто рассуждают о вероятности того, что наконец-то «неповоротливая» полиция отыскала мотив убийства Марко. Самоубийство миссис Констебль представляется также как альтернативная теория — молчаливое признание убийцы. Инспектор явно перемудрил со своим «решением» дела. А когда Мунны оказались в центре внимания, он, не раздумывая, отдал их на растерзание прессы: женщину — на грани истерии и мужчину — взбешенного, молчаливого и опасного.

Усталый и вконец разгневанный инспектор вернулся в поместье. Не говоря ни слова, трое мужчин направились в альков с коммутатором. Не оставалось ничего другого, кроме как ждать. Все Годфри находились в будуаре хозяйки; детектив сидел с наушниками на голове, раскрытый блокнот с карандашом лежали перед ним. В главную линию связи были воткнуты добавочные штекеры, и у всех собравшихся на голове также красовались наушники.

Звонок раздался без четверти одиннадцать. При первом же звуке голоса Эллери одобрительно кивнул. Он не мог ошибиться: это был все тот же сдавленный, приглушенный голос. Он попросил к телефону миссис Годфри. Детектив спокойно соединил их, взял карандаш и приготовился писать. Эллери взмолился про себя, чтобы женщина справилась со своей ролью.

Но он мог не опасаться. Миссис Годфри сыграла роль глупой, покорной жертвы почти безупречно — в порыве энтузиазма, нахлынувшего на нее вместе с облегчением.

— Миссис Стелла Годфри? — с заметным нетерпением спросил голос.

— Да.

— Вы одна?

— Алло... Кто вы? Что вам нужно?

— Так вы одна?

— Да, кто...

— Не важно. У меня мало времени. Вы видели утреннюю «Маартенс дейли ньюс»?

— Да! Но...

— Вы прочли про Сесилию Мунн и Джона Марко?

Стелла Годфри ничего не ответила. Когда она заговорила, ее голос звучал хрипло и устало:

— Да, что вам надо?

Голос перечислил список улик, при каждой из которых Стелла Годфри жалобно стонала... Голос звонившего становился все более резким, настойчивым, почти истеричным. Это выглядело настолько странным, что судья Маклин и инспектор Молей обменялись удивленными взглядами.

— Вы хотите, чтобы я отослал эти документы в газеты?

— Нет, о нет!

— Или вашему мужу?

— Я сделаю все, если вы не...

— Так-то лучше. Теперь вы мыслите здраво. Я хочу двадцать пять тысяч долларов, миссис Годфри. Вы же богатая женщина. Вы можете заплатить эти деньги из собственного кармана. И никто не узнает.

— Но ведь я уже платила... и много раз...

— Это будет в последний раз, — пообещал голос. — Я не такой глупец, как Марко. Я веду честную игру. Вы платите деньги и с первой же почтой получаете все документы, фотографии, я не шучу.

— Я сделаю все, чтобы получить их обратно, — прорыдала миссис Годфри. — Из-за них моя жизнь... превратилась в сплошной кошмар!

— Я вам сочувствую. — Голос звучал теперь громче, увереннее. — Марко оказался мерзким подлецом, который получил по заслугам. Но я не такой, просто мне нужны деньги... Как скоро вы можете достать двадцать пять тысяч долларов?

— Сегодня! — выкрикнула она. — Я не могу заплатить вам наличными, но у меня в сейфе есть...

— О, — недовольно протянул голос. — Это плохо, миссис Годфри. Мне нужны наличные, мелкими купюрами. Я не хочу, чтобы...

— Но это почти то же самое! — Миссис Годфри заранее получила необходимые инструкции. — Это оборотное долговое обязательство. Кроме того, откуда мне взять столько денег мелкими купюрами? Это вызовет подозрение. У меня в доме полно полицейских. Я не могу даже выйти за пределы мыса.

— Тут вы, пожалуй, правы, — пробормотал голос. — Но если вы задумали подставить меня...

— И позволить полиции все узнать? Вы думаете, я сумасшедшая? Меньше всего я хочу предать это гласности. К тому же вы можете не возвращать мне документы до тех пор, пока не обналичите бумаги. О, пожалуйста... дайте мне шанс!

Звонивший замолчал, видимо взвешивая риск. Потом с нотой отчаяния произнес:

— Ладно. Пусть будет так. В любом случае я не хочу, чтобы вы приходили сами. И я не могу прийти к вам... когда у вас полно полиции. Не могли бы вы выслать мне бумаги? Вы можете это сделать так, чтобы полиция ничего не узнала?

— Уверена, что смогу. О, конечно смогу... Куда?

— Только не записывайте. Вы же не хотите, чтобы кто-то нашел вашу записку. Запомните адрес. — Голос смолк, и на какое-то мгновение дом Годфри превратился в гробницу. — Дж.П. Маркус, отдел главной доставки, центральное почтовое отделение, Маартенс. Повторите.

Миссис Годфри дрожащим голосом повиновалась.

— Правильно. Пришлите долговое обязательство по этому адресу. Возьмите простой коричневый конверт, запечатанный. Пошлите срочной почтой. Немедленно. Если вы сделаете это сразу же, то письмо должно прийти на почту Маартенса перед самым закрытием сегодня.

— Да! Да!

— И помните, если вы попробуете сыграть со мной шутку, эти бумаги окажутся у редактора «Маартенс ньюс» и вы уже не сможете помешать напечатать вашу скандальную историю на первой странице.

— Нет, я не обману...

— То-то же. Если вы сделаете, как мы договорились, то через несколько дней получите все ваши документы, как только я обналичу долговое обязательство.

Послышался щелчок, и линия смолкла. Наверху миссис Годфри бросилась в объятия мужа, чье лицо выражало несвойственную ему нежность. У коммутатора все четверо мужчин сняли наушники и переглянулись.

— Ну что ж, — хрипло произнес Молей, — кажется, все сработало, мистер Квин.

Квин какое-то время молчал, хмуря брови и похлопывая по губам дужкой пенсне. Потом сказал:

— Полагаю, нам следует привлечь на свою сторону Тиллера.

— Тиллера?

— О, это почти необходимо, если все обернется так, я ожидаю. Если же нет, то не страшно. Нам не обязательно посвящать его во все детали. Тиллер — одна из тех редких пташек, которой довольно и мелкой крошки информации.

Молей погладил подбородок.

— Ладно, балом здесь правите вы, и я лишь надеюсь, что вы знаете, что делаете. — Он отрывисто отдал приказание и поднялся наверх проконтролировать отсылку пакета.

— Меня беспокоит только одно, — признался инспектор Молей, когда они сидели на заднем сиденье большой полицейской машины, направлявшейся после полудня в Маартенс. Он глянул на аккуратную голову Тиллера в шляпе, сидевшего рядом с водителем, и инстинктивно понизил голос: — Эти фотографии, пленка, письма и что там, черт возьми, у него еще есть на миссис Г. Откуда мы знаем, что он не прячет их где-нибудь в тайнике? Мы можем схватить его, но все доказательства ускользнут между нашими пальцами.