редчайшего природного явления. 27 августа 1883 года на индонезийском острове Кракатау произошло извержение одноимённого вулкана, после чего на протяжении нескольких месяцев жители разных уголков планеты наблюдали никогда прежде не виданное яркое зарево. В ноябре 1883 года в норвежских газетах писали, что на западе Кристиании пылали закаты таких нестерпимо красных оттенков, что их по ошибке принимали за пожар.
На момент создания картины «Крик» (кстати, сначала она должна была называться «Крик природы») Мунк уже отказался от прежней манеры письма, он сознательно игнорировал перспективу, экспериментировал с палитрой, а лица его персонажей нередко напоминали маски, вдохновлённые, как полагают некоторые исследователи, то ли увиданной на выставке мумией, то ли работами Джеймса Энсора. Мунка часто называют представителем экспрессионизма в живописи, но он был, скорее, предтечей этого стиля, художником такого масштаба, что его трудно отнести к какому-либо направлению, загнать в рамки и припечатать определением. Стиль Мунка – сам Мунк.
В 1889–1892 годах, когда он снова оказался во Франции благодаря полученной государственной стипендии и безуспешно пытался учиться у Леона Бонна (безуспешно, потому что счёл эти занятия бессмысленными), в дневнике его была сделана такая запись:
«Больше не появятся интерьеры с читающими мужчинами или вяжущими женщинами. Должны быть живые существа, которые дышат, чувствуют, страдают и любят. Я буду писать такие картины. Люди осознают свою святость; как в церкви, в них обнажится главное».
В колоссальном[79] наследии Мунка, по молодости вынужденного считать каждую крону, – множество написанных на заказ портретов; кроме того, он не раз делал вариации своей самой привлекательной с декоративной точки зрения работы «Девушки на мосту» (один из первых вариантов («Белая ночь. Осгардстран», 1902–1903) был приобретён русским коллекционером Михаилом Морозовым и сейчас находится в собрании ГМИИ им. А.С. Пушкина). Внимательный взгляд заметит, что композиция «Девушек» напоминает «Крик» и «Отчаяние», героини стоят на тех же мостках в Осгардстране, где часто происходит действие картин Мунка, но палитра здесь куда более спокойная, а пейзаж – мирный. В «Крике», как считается, запечатлен вид Осло-фьорда, открывающийся с холма Экеберг. Почти схематично изображенное лицо человека – фокальная точка картины. Мы сразу же встречаемся взглядом с этим странным существом, в котором многие зрители угадывают скелет или даже сперматозоид (аналогия неслучайная, мы вернёмся к ней). В любом случае, это живое существо, потому что оно зажимает уши руками и то ли кричит само, то ли пытается защититься от громогласного крика природы. И всё это – на фоне багрового неба, зловещей воды и равнодушных прохожих.
Всего Мунк сделал четыре версии «Крика», одну из них – ту, что на картоне, со следами воска, капнувшего во время работы со свечи, и нацарапанной карандашом рецензией «Такое мог нарисовать только сумасшедший»[80] – спустя сто лет похитят из Национальной галереи Норвегии. А найдут, благодаря усердной совместной работе с сыщиками Скотленд-Ярда, в одном из домов того самого Осгардстрана, где Мунк проводил летние месяцы. Именно там, по случайному (а возможно и нет) совпадению преступники хранили украденную картину, оценённую на тот момент в 72 миллиона долларов и считающуюся одним из бесценных шедевров. Грабителей, конечно же, в первую очередь интересовало первое обстоятельство.
Работам Мунка вообще чрезвычайно «везло» на похищения: «Крик» похищали дважды, в 1992-м и 2004 году, второй раз – вместе с «Мадонной»[81], одной из самых загадочных работ норвежского мастера.
Любящая женщина
Четвёртую, самую мрачную часть «Фриза жизни» Мунка, составляют картины «Больная девочка», «Смерть в комнате больного» (1893, Национальная галерея Норвегии, Осло), «Мёртвая мать» (1900, Бременская картинная галерея), «Жизнь и смерть (Обмен веществ)» (1902, Музей Мунка), «Автопортрет в аду» (1903, Музей Мунка). Сложно представить себе норвежского или немецкого обывателя, который пожелал украсить бы свой дом хотя бы одной из этих работ, не говоря уж о целой серии! Да и «Мадонна», скорее всего, отвратила бы добропорядочных граждан. Обнажённая женщина, глаза которой полузакрыты в экстазе, тело призывно изогнуто, длинные чёрные волосы распущены, правая рука спрятана за голову, левая согнута и уходит куда-то за спину, сливаясь с тенью. От канонического изображения богоматери здесь остался разве что нимб непривычно красного цвета. Мадонна Мунка как будто выходит из тумана, проявляясь и снова пропадая в текущих мазках.
Губы твои – словно рубиново-красные змеи
Налиты кровью, как лилово-алый плод —
Раскрываются, будто от боли
Улыбка мертвеца —
Ибо в этот мир смыкается цепь
связывающая поколение с поколением.
Эти строки, озаглавленные «Мадонна», появились в записной книжке Мунка в 1930-х, но картина и литографии были созданы намного раньше, в 1895–1902 годах. Всего существует пять вариантов «Мадонны», две картины принадлежат частным коллекционерам, по одной выставлено в Музее Мунка, Национальном музее искусства, архитектуры и дизайна в Осло и в гамбургском Кунстхалле. Литография отличается от картины прежде всего рамой, украшенной изображением… сперматозоидов и притаившимся в левом нижнем углу эмбрионом. Приглядитесь к нему внимательнее – ничего не напоминает? Это же наш старый знакомый, страдающий от крика… Может быть, Мунк пытался воплотить в своём самом главном произведении крик только что рождённого человека, уже сообразившего, куда он попал и что ему предстоит?.. Не зря спустя годы «Крик» станут считать гениальным прозрением художника, предвидящего XX век с его войнами и революциями.
А вот «Мадонну» сам Эдвард Мунк называл «Любящей женщиной», известна она и под псевдонимом «Зачатие» или «Идеальное изображение момента зачатия»[82]. Здесь, как думается, художник запечатлел тот самый миг любви, который его сразу и привлекал, и пугал, – Мунк боялся женщин, но его мучительно тянуло к ним, и эта двойственность отражена во всех его работах, где женщины одновременно и привлекательны, и отталкивающи.
В «Мадонне» легко угадываются черты давней подруги Мунка – Дагни Юль. Он, кстати, умел дружить с женщинами – поддерживал долгие отношения с норвежской художницей Осе (Остой) Нёррегор (в девичестве Карлсен), переписывался с ней, делал её портреты. Но с Дагни была совсем другая история.
Мунк познакомился с сёстрами Дагни и Рагнхильд Юль летом 1892 года[83]. Красивые и разнообразно одарённые девушки были дочерьми врача из Конгсвингера, выросли в приличной семье, по линии матери состояли в родстве с будущим троекратным премьер-министром Норвегии Отто Блером. 25-летняя Дагни рано освободилась от семейной опеки, она училась игре на фортепиано, Рагнхиль – пению. Мунк даже написал тем летом их совместный портрет – «Музицирующие сёстры». Конечно, он был под сильным впечатлением от красивой, умной и незаурядной фрёкен Юль. После травмирующего романа с Милли он пережил немало увлечений, но как правило, это были краткие связи.
Дагни нравилась мужчинам ничуть
