тени продолжали играть на стенах, а тиканье часов вновь стало слышно, отсчитывая мгновения до грядущих событий.
В дальнем углу зала, у камина с потухшими углями, остался сидеть мужчина. Коротко кивнув собственным мыслям, он медленно поднялся, подошёл к окну и отодвинул тяжёлую портьеру. Следом, отметив лёгкий ветерок, колыхнувший занавесь, и услышав знакомый звук, аристократ, не поворачиваясь, произнёс:
— Какие новости?
— Хреновые, — фыркнул окончательно материализовавшийся сбоку демон. — В Петербурге произошли масштабные чистки. Судя по всему, Черногвардейцев лично приезжал в этом участвовать.
— Вот как?
— Штаб-квартиру имперских безопасников, подмять которую у нас заняло более двух лет, вычистили под ноль, — злобно буравя пустоту перед собой, делился данными Ваал. — Ни одному демону сбежать не удалось. Мы просто потеряли с ними связь.
— Это было ожидаемо, — не отводя взгляда от окна, коротко кивнул аристократ, слегка улыбнувшись.
За стеклом простирался ночной город, утопающий в огнях. Высокие шпили зданий и купола церквей терялись в звёздном небе. Мужчина долго смотрел вдаль, словно пытаясь разглядеть что-то за горизонтом.
— Не вижу повода для радости, — нахмурился демон, поворачиваясь к собеседнику.
— Почему же?
— «Почему же»⁈ — раздраженно переспросил Ваал. — Я теряю демонов, теряю власть в регионе. Не ты ли мне рассказывал о важности этого ресурса для нашей победы?
— Я, — коротко кивнул мужчина, не переставая излучать улыбку и спокойствие. — И этот ресурс свою задачу выполнил — маховик запущен, процесс не остановить. А что касается позитива, то если бы ты подумал — додумался бы сам, — произнёс он и, не дожидаясь пока до беса что-то дойдёт, продолжил. — Эта ситуация показывает нам, что в случае нужды, мы сможем вытащить Черногвардейцева в любую нужную нам точку, раз уж император подрядил его решать эти вопросы.
— Хм… А может…
— Не может, — качнул головой аристократ, моментально посерьёзнев. — Давай на этот раз сделаем по-моему. Прояви терпение.
Ваал недовольно нахмурился, безмолвно уставившись на своего «напарника». Собственный ресурс и возможности демона таяли на глазах, и он ничего не мог с этим поделать. Понимал он ещё и то, что при такой тенденции, его полезность и вес в их отношениях с партнёром тоже снижаются. Впрочем, уничтожение тёмного князя очень быстро вернёт всё на круги своя — осталось только этого дождаться.
— Я помню наш договор, — коротко кивнул бес и следом растаял в воздухе.
Оставшийся наедине, мужчина на последние слова демона и его последующее исчезновение никак не отреагировал. Он ещё минут пять смотрел в окно, после чего опустил портьеру, бросив последний взгляд на город, и направился к выходу.
* * *
Занятия в университете тянулись медленно, будто время замедлило свой ход. Контрольные работы, экзамены, бесконечные вопросы преподавателей — всё это создавало видимость привычного ритма, скрывая напряжение последних дней. Сегодняшняя лекция завершилась быстрее, чем обычно, и, сдав работу, я вышел из аудитории вместе с Викой и Настей.
Коридор встретил нас тихим шёпотом шагов и шелестом переворачиваемых страниц. Свет ламп отражался на полированных полах, придавая всему вокруг приглушённый блеск. Однако моё внимание сразу привлекла знакомая фигура, стоящая неподалёку от выхода — графиня де Лавальер.
На первый взгляд её образ казался безупречным: идеально уложенные тёмные волосы, тонкий аромат дорогих духов и изящный костюм, подчёркивающий статную фигуру. Но под этой тщательно созданной маской проступали и иные детали: макияж скрывал следы усталости, под глазами виднелись мешки, а сжатые губы выдавали скрытое напряжение и тревогу.
— Алексей Михайлович, можно вас на минутку? — её голос, обычно звучавший твёрдо и уверенно, сейчас был слегка натянутым.
Я едва заметно кивнул, приветствуя преподавателя.
— Чем могу быть полезен, Анна Викторовна? — ответил я, параллельно отмечая удивлённые взгляды Вики и Насти.
В отличие от меня, девушки к такой встрече были явно не готовы. Виктория приподняла бровь, а Настя одними губами прошептала:
— Что ей нужно?
Я лишь слегка пожал плечами и последовал за графиней, которая уже направлялась в сторону от основного потока студентов. Мы отошли немного по коридору и остановились возле большого окна, из которого открывался вид на университетский двор, залитый зимним солнцем.
Нарушать молчание первым я не собирался, ожидая, когда графиня заговорит сама. Женщина немного переминалась с ноги на ногу, явно собираясь с мыслями. Руки её слегка дрожали, а сама она избегала встречаться со мной взглядом.
— Я пересмотрела вашу работу, — наконец начала де Лавальер, стараясь придать голосу привычную строгость. — И решила допустить вас к экзамену на общих основаниях вместе с группой.
Её слова прозвучали неуверенно, словно она до конца не верила в то, что говорит. Я заметил, как Анна Викторовна сжала пальцы, пытаясь скрыть внутреннее напряжение.
Выслушав её, не выражая при этом никаких эмоций, я выдержал паузу и затем ответил ровным, невозмутимым голосом:
— Мой экзамен по вашему предмету уже написан. У вас была отличная возможность оценить мои знания. Единственное, что я жду сейчас — это ваша оценка в зачётку.
Графиня вздрогнула, её лицо изменилось мгновенно. Губы дёрнулись, глаза вспыхнули гневом, а щёки покрылись лёгким румянцем. Женщина резко подняла на меня взгляд, в котором читалась смесь злобы и возмущения.
— Вы таким образом по всем предметам отметок добиваетесь⁈ — выпалила она, и голос её прозвучал резче, чем она, вероятно, планировала.
Я слегка приподнял бровь, выражая искреннее недоумение.
— Каким «таким»? — уточнил я, продолжая смотреть ей прямо в глаза.
— Вы отлично понимаете, о чём я говорю! — прошипела женщина, с трудом сдерживая накатившие эмоции.
— Нет, не понимаю, — хладнокровно ответил я, уставившись ей прямо в глаза. А затем безэмоционально добавил: — Когда вам будет удобно поставить отметку?
Графиня побагровела, её взгляд метался, словно она искала слова, чтобы выплеснуть гнев. Но, видимо, самообладание или, возможно, даже инстинкт самосохранения, её всё же не покинули, ввиду чего женщина лишь сжала губы до тонкой линии. Казалось, её распирала ненависть, но она явно не могла позволить себе открыто выразить свои чувства.
Я коротко кивнул, понимая, что разговор окончен.
— До встречи, Анна Викторовна, — произнёс ровным тоном.
Развернувшись, уверенным шагом направился обратно по коридору, оставляя графиню стоять в растерянности. Её яростный взгляд буквально прожигал мне спину, но на чувства конкретно этого человека мне сегодня было глубоко плевать.
У выхода помимо охраны меня дожидались мои уже постоянные спутницы. Девушки выглядели озадаченными и, кажется, с трудом
