Ему. Этот стих — всего лишь один из многих, которые Иисус мог бы процитировать, чтобы более образно выразить ту же идею. Стоит еще раз прочитать отрывки из Ветхого Завета, задумавшись о том, какое влияние они могли оказывать на ценности и приоритеты Иисуса: Ис. 1:11–20; 58:1–7; Иер. 7:1—11; Ам. 5:21–24.
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫИлия, который стоял на горе Синай, защищая имя Яхве от идолопоклонства, столкнулся также с Ахавом из–за незаконного захвата виноградника. История Навуфея в 3 Цар. 21 представляет собой наглядную иллюстрацию второй основной области пророческого интереса — экономической.
Две вещи относительно земли Израиля выделяются довольно четко в иудейских Писаниях. С одной стороны, это был дар Бога Израилю. Бог пообещал ее Аврааму и затем исполнил Свое обещание через великие исторические события: исход и обретение обетованной земли. Но этот дар предназначался для всех израильтян. Поэтому были даны четкие указания о том, что она должна быть поделена справедливо среди как можно большего количества людей, чтобы каждая семья получила свою долю — наследство от Самого Бога. С другой стороны, земля была все еще Божьей. Бог был ее подлинным владельцем (см.: Лев. 25:23). И поэтому эта божественная собственность была основой экономической системы Израиля. Бог, как настоящий землевладелец, спрашивал с Израиля за все, что они делали на земле и с землей. Вот, что стоит за подробными законами Торы о земле. Здесь даны четкие указания об использовании земли, о том, что необходимо сохранять причитающуюся людям долю, справедливо распределять ее плоды, защищать работающих на ней, оказывать особую помощь тем, кто обеднел и собирается продавать свою часть земли. А также обо всех иных механизмах, способствующих поддержанию справедливого распределения и использования ресурсов, данных человеку Богом.
Еще со времен Соломона эта система стала меняться. Все больше земли скапливалось у небольшого числа зажиточных семей, в то время как бедные семьи лишались имущества и попадали в долговое рабство. Суды не защищали угнетенных, поскольку были коррумпированными. Цари, вместо того чтобы поступать по справедливости, проявляли своеволие, которое хорошо иллюстрируется историей о Навуфее. Как мы уже говорили в гл. 1, этот процесс вызывал гнев пророков. По сути, экономические проблемы в проповеди пророков были наиболее важными, за исключением, пожалуй, проблемы идолопоклонства. И, конечно же, обе эти проблемы были взаимосвязаны. Вера Яхве служила опорой для экономической системы и социальной справедливости. Ваал был богом общества расслоения, основанного на богатстве и власти. Отказ от Яхве в пользу Ваала был не просто духовным деянием; он еще открывал путь к вопиющей несправедливости в социально–экономической сфере, иллюстрацией чему служит все та же история о Навуфее, поскольку Иезавель активно пыталась заменить веру в Яхве на веру в Ваала. Идолопоклонство и несправедливость были друг от друга неотделимы. Впрочем, как и сегодня.
Возвращаясь к Новому Завету и Палестине времен Иисуса, следует понять, что страну раздирали те же экономические проблемы, только еще и усугубленные присутствием римской имперской администрации. Экономической ситуации Палестины в I в. н. э. посвящено множество научных трудов, и чтение это не очень приятное. Происходила активная эксплуатация крестьян, большинство из которых арендовали землю, поскольку она была сосредоточена в руках небольшого числа зажиточных семей. Крестьяне–арендаторы, чтобы заниматься производством, должны были выполнять разнообразные требования: вносить арендную плату, платить налоги, десятину, задолженности. И все это нужно было сделать прежде, чем подумать о собственном обеспечении (чтобы не умереть с голоду) и оставить что–то для посева на следующий год. Поскольку многие землевладельцы жили в Иерусалиме, существовал антагонизм между городом и селом. Сельские жители терпели много лишений и подвергались различного рода дискриминации, и недовольство росло. В Галилее и восточных областях страны происходили столкновения между крестьянами–евреями и поселенцами–язычниками, которые воспринимались как угроза экономике Израиля. Долговое рабство и обездоленность толкали некоторых в лагерь радикальных революционеров — зелотов, выступавших как против римской власти, так и против иудейских аристократов–коллаборационистов. В такой напряженной и накаленной атмосфере и рос Иисус.
Иисус был плотником. Ремесло, которым Он занимался, не ограничивалось только плотническими работами. Слово, характеризующее Его ремесло — tekton, обозначает человека, который выполняет мелкие строительные работы, используя для этого дерево, но нередко также камень и другие строительные материалы. Плотник был универсальным работником, изготавливавшим или чинившим сельскохозяйственные орудия, домашнюю мебель, лодки и другие предметы. Его нередко приглашали на подрядные строительные работы. Обычно у плотников была мастерская в своей деревне, но нередко они могли и путешествовать со своими инструментами в поисках частных и государственных заказов: в крестьянских и рыболовецких хозяйствах, на новостройках в городах и т. п.
Весьма вероятно, что Иисус, когда Ему было от двадцати до тридцати лет, путешествовал по Палестине, занимаясь Своим ремеслом, прежде чем не бросил это занятие, встав на путь общественного служения. Некоторые ученые делают такой вывод на основании свидетельств о широких социальных связях, которые были у Иисуса как в Галилее, так и в Иерусалиме, а также на основании многочисленных деталей обыденной жизни, которые всплывают в Его притчах. Он знал, о чем говорил. Он видел жизнь на всех уровнях, как это обычно бывает у странствующих работников. Он был, по–видимому, известным человеком, предлагавшим Свои услуги рыболовецким хозяйствам на берегах Галилейского моря задолго до того, как призвал некоторых друзей стать Его последователями на новом поприще. Весьма вероятно, что именно Он в свое время помогал строить лодку, с которой потом проповедовал.
Поэтому, как и пророки до Него, Иисус говорил с позиции человека, хорошо знавшего ситуацию, в которой Он жил. Он выслушал бессчетное количество рассказов Своих товарищей по работе. Он видел тяжелую жизнь в крестьянских хозяйствах и на виноградниках. Он слышал жалобы тех, кто попадал в долговую яму, и тех, кто страдал от землевладельцев и сборщиков налогов. Он был свидетелем страшных инцидентов на дорогах, случаев со смертельным исходом на строительных объектах, казней с распятием преступников.
Итак, в одну из суббот, Он посетил синагогу, находившуюся рядом с Его плотницкой мастерской в Назарете, прочитал отрывок из Ис. 61 и, основываясь на этом, начал Свое новое служение. «Сегодня, — сказал Он, — исполняется это писание». В виду социальной обстановки, в которой Он жил и работал, едва ли можно было найти текст важнее:
Дух Господень на Мне; ибо Он помазал Меня благовествовать нищим
(Лк. 4:18).
Его миссия, как провозгласил Он, заключалась в том, чтобы быть среди бедных и служить бедным, и те места, где преимущественно происходили Его контакты с обществом, подтверждают Его «программное заявление».
Пророчество в Ис. 61 основано на идеях, связанных с Юбилейным годом в Древнем Израиле. Почти наверняка именно это подразумевается под «летом Господним благоприятным» (Ис. 61:2). Изначальный закон о юбилее содержится в Лев. 25. Это был год, когда израильтянам, вынужденным продать землю или иждивенцев из своей семьи в рабство, прощались долги, им возвращалось полное право на землю, доставшуюся им от предков. Это событие должно было происходить каждые пятьдесят лет, с целью смягчить наиболее тяжелые последствия задолженности. Тяжелые времена, выпавшие на долю одного поколения, не должны были обрекать все последующие поколения на жизнь в рабстве. Юбилей происходил примерно через одно поколение и давал возможность начать все сначала. Он зиждился на двух столпах: освобождение от уплаты долга и восстановление в правах наследования.
Некоторые ученые высказывали предположение, что Иисус пришел с призывом объявить настоящий Юбилейный год, то есть с радикальной программой отмены долгов и перераспределения земли. В обстоятельствах Палестины, подвластной Риму, это было, по сути, призывом к революции. Большинство ученых, однако, утверждают, что Иисус не призывал к буквальному применению Левитского закона, Он заимствовал связанные с Юбилейный годом пророческие идеи, чтобы охарактеризовать Свое собственное служение. Иными словами, Иисус был глубоко озабочен экономическими проблемами, разрешить которые мог Юбилейный год, но Его ответ не предполагал буквального возращения к древнему закону. Иисус не провозглашал Юбилей и надежду на то, что это станет началом Царства Божьего. Скорее, Он провозглашал пришествие Царства Божьего, а затем уже использовал образы Юбилейного года для характеристики требований этого Царства. Освобождение от всевозможного рабства и восстановление полноты жизни и гармонии в отношениях с Богом и людьми были частью пророческого понимания грядущего века и частью Его понимания наступающего Царства Божьего.
