теперь идти, Леандр. Родителям я нужна только для выплат, ведь с меня больше ничего не возьмешь. Да и недолго они, судя по всему, будут их получать. Замуж я не пойду ни под каким предлогом. Мне там делать нечего, я не для этого создана…
— А для чего ты создана, Кира? — я улыбнулся и поощрил ее к продолжению.
— Я? Я не знаю… я никому не нужна, никому не нравлюсь…
— Мне ты нравишься. С тобой легко говорить, не надо искать темы для разговора и увиливать от непростых вопросов. Не надо скрываться и делать вид.
— Интересно, так еще никто не говорил. — Она встала передо мной на одно колено и склонила голову. Положила руку, сжатую в кулак на грудь. — Я, Кира, рожденная под луной железной ладони, преклоняю перед тобой колено…
— Остановить, Кира, что ты делаешь? — я даже отступил на пару шагов, дернулся в попытке поднять ее, но она зыркнула на меня, и я остановился. — Ты свободная, ты ничего мне не должна…
— Заткнись, король, тебе со мной просто, а мне сейчас очень тяжело подбирать слова, чтобы доказать тебе верность. Поэтому я отдам жизнь за тебя, не в долг своей чести, потому что ты спас меня, а потому, что считаю долгом помочь тебе обрести свое счастье, если только ты не оставишь меня и примешь такую, какая есть, вернешь свое королевство и не оттолкнешь меня, когда я стану не нужна.
— Что ты говоришь такое? Неужели я дал повод так думать?
— Ты не предашь мою веру в тебя и не оставишь, я знаю… я продолжу, можно? — Кира подняла глаза на меня. После моего неуверенного кивка вздохнула и заговорила дальше: — Преклоняю перед тобой колено, о, Великий проклятый король измерения Гандиары, Леандр Великий. Вверяю тебе свою жизнь, клянусь служить тебе до самой моей смерти, пока сам ты не отречешься от меня. Клянусь оберегать тебя и семью твою во что бы то ни стало, быть даром, дающим силу.
Она протянула мне свою руку, прижатую ранее в груди. Не поднимая головы, она расправила пальцы, раскрыла кулак и ждала моих действий. Я достал кинжал и надрезал ее ладонь, то же самое проделал со своей рукой и опустился перед ней на колени. Я протянул к ней свою ладонь, и она прижалась к ней губами, слизывая мою кровь, я повторил за ней. Так мы стали стаей.
Обычно такой ритуал проводится в кругу сильных волков, лисы туда не допускаются. Но мы необычная стая, правда? Да и жертвенных кинжалов и ритуальных чаш у нас не было. А значит, все началось здесь и сейчас.
Неловкая пауза затянулась, и я, откашлявшись, отдернул свою руку от ее рта.
Она все так же стояла передо мной на коленях, не поднимая головы.
— Скажи же уже, что принимаешь мой дар и готов идти со мной плечо к плечу. У меня ноги затекли.
Я рассмеялся. Такая дерзкая!
— Я готов принять и принимаю твою силу и твою помощь, твой бесценный дар и твою кровь внутри меня, я буду стоять с тобой плечо к плечу и спина к спине, поддерживать и дарить свою силу взамен, когда тебе нужно будет мое плечо.
Она встала передо мной и кинулась обниматься, слезы текли по ее щекам.
— Спасибо, спасибо, — шептала она в мою промокшую от ее слез рубаху.
— Ты чего! А ну, прекратить разводить сырость, костер почти потух, смущаешь меня своей слабостью.
— Я сильная, — прорыдала она… и засмеялась в голос.
Мы хохотали. После долгих дней и ночей в одиночестве я так устал от унылости. А тут рыжее пятно, которое ворвалось в мою серую жизнь.
Глава 5
Арус. Первое упоминание и первая встреча врагов. Леандр
Мы сели на сложенные ветки около костра рядом друг с другом.
— Замерзла? — я притянул ее в себе и начал растирать плечо.
— Да, немного. — Лиса сложила руки между колен и прижалась сильнее.
— О, какая милая сцена, хотел досмотреть до конца, поэтому не потревожил вас, голубки, — произнес тот самый белобрысый тощий мужик.
Он вышел из-за дерева и встал прямо перед костром, широко расставив ноги в кожаных ботфортах.
— Крошка, иди ко мне, я заберу тебя с собой, — прошептал он, уставившись на лису.
Кира, как завороженная, поднялась на ноги и поплелась в его сторону, не отводя от него глаз, восхищенно моргая своими рыжими глазищами. Он протянул ей руку, и она готова была вложить свою ладонь в его. Я озверел от такой наглости, подскочил и ударил по ее руке, она тут же отпрянула от бледного и встала за мою спину.
— Это ты чего такое удумал, бледный? — прохрипел я. Что-то внутри меня переворачивалось от его вида. Мне хотелось растерзать его за щегольской вид и плавные движения. Разве мужик может быть таким гибким и в то же время ладным? Жеманство и взгляд из-под полуопущенных ресниц, изящные движения и сладкие ужимки, тьфу, гадость какая.
— Ты оборотень? — он опустил разочарованно глаза и поправил лацкан сюртука.
— Угу, а ты…
— Я вампир, разве ты не почувствовал? Наши расы давно враждуют, но нам с тобой это делать не стоит, мы можем договориться мирно.
Оборотни и вампиры всегда враждовали из-за земель. Обе расы почти бессмертны, долгожители, которые никогда не могли решить вопросы миром. Существовали города вампиров, где все бледные, аморфные, вылезают из своих подземелий только ночью. Охотятся за живыми и питаются кровью. Так было раньше. Люди боялись вампиров, жили близ деревень и городов оборотней. Со временем, защищая человеческий народ, оборотни (к слову, люди просили помощи и защиты, за это служили волкам) практически истребили вампов. Остались единицы, рассредоточились по миру и не отсвечивали. За редким исключением встречались, как диковинный зверь.
— И о чем же я должен договариваться с кровососом?
— Хм. Ну, давай начнем с того, что ты отдашь мне эту красотку. — Он кинул взгляд за мою спину и азартно облизнулся. Глаза загорелись, он прикусил губу в предвкушении. — Она для тебя балласт и только удерживает от достижения цели. А мне пригодится, я уйду, и больше ты не вспомнишь обо мне, — простодушно пожал он плечами, возвращая взгляд на меня.
— Ты, верно, шутишь? Она моя, — прорычал я. Даже подался корпусом вперед, чтобы донести до него свою мысль. — И с ней веселее идти, хоть, может, и дольше, но я не спешу, — уже наигранно и расслабленно произнес я, когда лиса выглянула из-за моей руки, цепляясь за мою
