Он привлек ее к себе для длинного опьяняющего поцелуя.
— Я вернусь завтра, даже если мне придется сутки не спать, я обещаю.
Глава 18
Десятки любопытных глаз уставились на Лорен, когда она вошла в офис в понедельник утром. Смущенная этим вниманием, она повесила пальто и направилась к своему столу. Там ее ждали Сьюзен Брук и еще несколько сотрудниц.
— Что случилось? — спросила Лорен. Она чувствовала себя необыкновенно счастливой: Ник дважды звонил ей из Оклахомы, и сегодня она увидит его.
— Разреши наш спор, — весело сказала Сьюзен. — Это ты? — Она положила на стол воскресную газету и раскрыла ее.
Глаза Лорен расширились от удивления. Целая страница была посвящена благотворительному балу. В центре красовалась огромная фотография — она вместе с Ником. Они танцевали, и Ник улыбался ей. Взгляд Лорен был обращен к партнеру. Под фотографией — подпись: «Детройтский промышленник Дж. Николае Синклер с подругой».
— Она похожа на меня, не правда ли? — уклончиво ответила Лорен, взглянув на окружавшие ее возбужденные лица. — Какое забавное совпадение!
Она не хотела, чтобы ее отношения с Ником стали достоянием общественности, пока не придет для этого время, и тем более, чтобы ее коллеги стали относиться к ней как-то по-другому.
— Ты хочешь сказать, что это не ты? — разочарованно протянула одна из женщин.
Никто из них не заметил внезапно наступившей тишины: прекратились разговоры, остановились печатные машинки.
— — Доброе утро, леди, — раздался голос Ника. Шесть женщин застыли в изумлении, наблюдая, как он подошел к Лорен сзади и положил руки на ее стол.
— Привет, — сказал он, наклонившись так близко, что Лорен не смела повернуть голову, боясь, что он поцелует ее у всех на глазах. Он взглянул на лежащую на ее столе газету:
— Ты выглядишь великолепно, но что это за страшила, с которым ты танцуешь?
Не дожидаясь ответа, он выпрямился, нежно взъерошил ее волосы и вошел в кабинет Джима, закрыв за собой дверь.
Лорен была готова от смущения провалиться сквозь землю. Сьюзен Брук, подняв брови, шутливо передразнила:
— «Какое забавное совпадение!» Через несколько минут Ник снова подошел к Лорен и попросил подняться с ним наверх. Как только они очутились в его кабинете, он схватил ее в охапку и они застыли в долгом поцелуе.
— Я скучал по тебе. — Вздохнув, он неохотно отпустил ее. — И придется еще поскучать — я вынужден через час лететь в Казано. Росси не мог связаться со мной, поэтому он позвонил Хорасу Морану в Нью-Йорк. Какие-то американцы снуют по деревне и баламутят местных жителей. Я послал туда своих людей для проверки. В рабочее время Росси находится в секретном убежище, но там нет телефона. Я хочу взять с собой Джима. Отец Эрики запаниковал и послал ее в Казано, чтобы успокоить Росси. Она немного говорит по-итальянски. Я вернусь в среду, в крайнем случае в четверг. — Он нахмурился:
— Лорен, я так и не объяснил тебе насчет Эрики…
— Мэри объяснила, — ответила Лорен, стараясь улыбаться, хотя была ужасно огорчена его отъездом.
Кроме того, что она будет скучать по нему, ей предстоят еще три дня тревог и волнений — она не успела рассказать ему о Филипе. Сделать это сейчас она тоже не может, ведь он собирается уезжать. Его гнев только усилится за эти дни. Она должна быть рядом, чтобы успокоить его.
— А зачем ты берешь Джима?
— Когда президент «Синко»в следующем месяце уволится, Джим займет его место. По дороге мы можем обсудить задачи и планы «Синко». Еще я очень благодарен Джиму за то, что он вмешался в наши отношения, и решил, в свою очередь, помочь ему, взяв в Италию, где сейчас находится Эрика… Я вижу, ты понимаешь меня, — сказал он, увидев ее улыбку.
Крепко обняв, он отпустил ее и, подойдя к столу, начал складывать бумаги в кейс.
— Если Росси снова позвонит, Мэри соединит его с тобой, где бы ты ни находилась. Скажи ему, что я в пути и что волноваться не о чем. Сейчас четыре лаборатории занимаются анализом образцов, присланных Росси. В течение двух недель мы должны узнать, гений он или мошенник. До тех пор мы должны убеждать его, что верим ему, и во всем угождать.
Лорен слушала его молниеносный монолог с внутренней улыбкой восхищения. Быть женой такого человека — значит жить на вулкане, и она собиралась добровольно отдаться этому вихрю.
— Кстати, — бросил он между прочим, — сегодня утром мне звонил репортер из одного журнала. Они знают, кто ты и что мы собираемся пожениться. Когда этот слух распространится, я боюсь, что пресса тебя замучает.
— Откуда они узнали? — изумленно выдохнула Лорен.
Он послал ей сияющую улыбку:
— Я им сказал.
Все происходило так быстро, что Лорен была просто ошеломлена.
— А ты, случайно, не сказал им, когда и где мы собираемся пожениться? — шутливо проворчала Лорен.
— Скоро скажу.
Он закрыл кейс и поднял ее из кресла, в которое она только что села.
— Хочешь большую свадебную церемонию с сотней гостей? Или обвенчаемся в какой-нибудь маленькой церквушке, где будут только твоя семья и несколько близких друзей? Когда вернемся из свадебного путешествия, можем устроить официальный вечер, таким образом выполнив свой общественный долг по отношению ко всем знакомым.
Лорен тут же представила, каким грузом будет пышная свадебная церемония для здоровья и жалкого бюджета ее отца. С другой стороны, такая привлекательная перспектива стать женой Ника без всяких промедлений.
— Ты и маленькая церквушка, — решила она.
— Согласен. А то я не могу дождаться, чтобы сделать тебя своей. Я ведь нетерпеливый.
— Правда? — Она поправила узел его галстука, чтобы лишний раз прикоснуться к нему. — Я никогда не замечала.
— Чертовка, — поддразнил он нежно, затем добавил:
— Я подписал чек и отдал его Мэри. Положи его на свой счет, возьми пару выходных и займись покупкой приданого, пока меня не будет. Это довольно крупная сумма. Ты не сможешь потратить все на одежду. Купи что-нибудь особенное в память о нашей помолвке. Драгоценности или меха.
Когда он ушел, Лорен облокотилась на стол, ее улыбка стала задумчивой и печальной. Она вспомнила слова Мэри: «Он дает им деньги и говорит, чтобы они сами купили себе то, что понравится… ему все равно что».
Она решительно отбросила эти мрачные мысли. Возможно, когда-нибудь Ник изменится. Сейчас она счастлива тем, что есть. Она взглянула на часы. Было уже пятнадцать минут одиннадцатого, а она еще не приступала к работе.
Джек Коллинз тупо смотрел на большие круглые часы, висевшие напротив его больничной койки, стараясь побороть слабость, которую он всегда чувствовал после уколов, необходимых перед обследованием. Часы показывали десять тридцать. Был понедельник. Руди собирался позвонить ему, чтобы сообщить о результатах расследования по поводу секретарши с итальянским, работающей у Ника Синклера.
