— Лорен, — прервал он угрожающим тоном, — ты еще будешь любить меня через пять лет, когда ты и твой любовник выйдете из тюрьмы?
— Ник, пожалуйста, выслушай меня, — умоляла Лорен. — Филип — не мой любовник. Он мой родственник. Он послал меня в» Синко» шпионить, это так, но я клянусь, что никогда ничего не говорила ему. — Ярость, написанная на лице Ника, сменилась презрением, и Лорен продолжила свою бессвязную, полную отчаяния речь:
— Он не трогал меня до тех пор… до тех пор, пока не увидел на балу. Теперь он пытается шантажировать меня. Он угрожал, что скажет тебе, будто я его любовница, если я не…
— Твой родственник, — повторил Ник с ледяным сарказмом, — твой родственник пытается шантажировать тебя.
— Да! — Лорен лихорадочно пыталась объяснить. — Филип думал, что ты платишь кому-то, чтобы тот шпионил на тебя, поэтому он послал меня выяснить, кто это, и…
— Витворт — единственный, кто платит шпионам, — презрительно прервал ее Ник. — И этот шпион, точнее шпионка, — это ты!
Он попытался оттолкнуть ее от себя, но Лорен опять прильнула к нему.
— Пожалуйста, послушай меня, — кричала она. — Не делай этого с нами!
Наконец он отшвырнул ее, и она рухнула на пол, ее плечи затряслись от безудержных рыданий.
— Я так люблю тебя, — истерически рыдала Лорен. — Почему ты не хочешь выслушать меня? Почему? Я умоляю тебя, выслушай меня!
— Встань! — рявкнул Ник. — И застегни свою блузку.
Он подошел к двери. Вздрагивая от рыданий, Лорен поправила одежду и, опершись на журнальный столик, медленно поднялась на ноги.
Ник распахнул дверь, и в кабинете появились охранники.
— Уберите ее отсюда, — холодно приказал он.
Лорен, застыв от ужаса, смотрела на подходящих к ней мужчин. Они поведут ее в тюрьму. Она еще раз обернулась к Нику, молча умоляя выслушать ее, поверить, остановить все это.
Он ответил ей ледяным взглядом, его лицо превратилось в каменную маску, на котором не дрогнул ни один мускул. Три охранника окружили Лорен, и один взял ее за локоть. Она рывком освободила руку, в глазах застыла немая боль.
— Не трогайте меня.
Не оглядываясь, она вышла из кабинета, окруженная кольцом мужчин.
Когда дверь за ними закрылась, Ник сел на диван. Подперев голову руками, он посмотрел на черно-белую фотографию Лорен, передающую Витворту украденные копии.
«Она очень фотогенична», — с болью подумал он. День был ветреный, а она даже не надела пальто. Она была заснята в профиль с развевающимися на ветру волосами. Как красиво она предавала его! Черты его лица дрогнули, исказились. Фотографию нужно сделать цветной, решил он. На черно-белой нельзя увидеть ее мерцающую кожу, золотые отблески в волосах, сияние живых бирюзовых глаз.
Нагнув голову, он закрыл лицо руками.
Молчаливый эскорт провел Лорен через мраморный вестибюль, переполненный припозднившимися служащими. Но все спешили домой, каждый был занят своими мыслями. Лорен не грозило быть проведенной через толпу любопытных наблюдателей. На самом деле ее совсем и не интересовало, кто будет свидетелем ее позора; в этот момент ее не интересовало ничто.
На улице было темно, лил проливной дождь, но Лорен не замечала этого. Она рассеянно посмотрела по сторонам в поисках полицейской машины. Ее не было. Два охранника отступили назад. Третий, стоявший справа от нее, тоже собирался уходить, но остановился и сочувственно спросил:
— У вас есть пальто, мисс?
Лорен подняла на него измученный взгляд.
— Да, — автоматически ответила она. У нее было пальто, вместе с сумкой оно осталось в кабинете Джима.
Охранник неуверенно взглянул на шоссе, как будто ожидая, что кто-то остановится и предложит ей машину.
— Я принесу его вам, — сказал он и скрылся вместе с двумя другими охранниками в глубине здания.
Лорен стояла на тротуаре, и капли дождя стекали по ее волосам и лицу. Очевидно, ее не собирались сажать в тюрьму. Она не знала, куда идти: у нее не было ни ключей, ни денег. Тут она заметила около здания знакомый силуэт. На какой-то момент в ней вспыхнула надежда.
— Джим, — позвала она, когда он и Эрика приблизились к ней.
Джим повернулся, и Лорен вся сжалась от его резкого взгляда.
— Мне нечего тебе сказать, — коротко бросил он.
Надежда умерла, и вместе с ее смертью пришла блаженная бесчувственность, состояние полного оцепенения. Она спрятала замерзшие руки в карманы твидовой юбки и пошла вниз по улице. Через несколько шагов ее остановил Джим, взяв за руку и развернув к себе.
— Подожди, — тихо проговорил он, выражение его лица было все таким же враждебным. — Возьми мой пиджак.
Лорен осторожно освободила руку.
— Не трогайте меня, — сказала она спокойно. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь до меня дотрагивался.
В его взгляде проскользнула тревога, которую он тут же подавил. Он не собирался ее жалеть, но…
— Возьми, — повторил он, начиная снимать пиджак. — Ты замерзнешь до смерти.
Лорен не видела ничего плохого в перспективе замерзнуть до смерти. Не обращая внимания на протянутый пиджак, она вопросительно посмотрела на Джима:
— Вы верите тому, чему поверил Ник?
— Каждому слову.
Лорен с достоинством подняла залитое дождем лицо:
— В таком случае мне не нужен ваш пиджак. Повернувшись, она на секунду остановилась.
— Но ты можешь передать кое-что Нику, когда он узнает правду. — Стуча зубами от холода, она продолжила:
— С-скажи ему, чтобы он никогда не смел приближаться ко мне. С-скажи ему, чтобы он держался от меня подальше!
Не задумываясь над тем, куда идет, Лорен автоматически шла вперед и, пройдя восемь кварталов, пришла к единственным людям, которые могли принять ее, не попросив ни цента. Она пришла к ресторану Тони. Замерзшим кулачком она постучала в заднюю дверь. Ей открыли, на пороге появился Тони в черном смокинге, странно контрастировавшем с шумом и чадом кухни за его спиной.
— Лори? — изумленно спросил он. — Лори! Dio mio! Доминик, Джоу, — закричал он, — идите скорее!
Лорен проснулась в теплой, уютной постели и, открыв глаза, увидела незнакомую, но очаровательную комнату. Оглядевшись, она поняла, что находится в квартире над рестораном. Жена Джоу уложила ее вчера спать после теплой ванны и горячего ужина. Она не умерла от случившегося. «Жаль», — мрачно подумала Лорен.
Интересно, когда Ник обнаружит, что она изменила цифры на копиях. Если хотя бы один контракт достанется «Синко», Ник обязательно поинтересуется, как это произошло. Он удивит ся, почему Витворт не назначил меньшую, чем «Синко», цену, и, возможно, сравнит копии, которые сделала Лорен, с оригиналами.
