в ее плодородии, то подобный налог оказался бы крайне неравномерным в своем действии, так как им доставлялась бы прибыль владельцу наиболее плодородных участков земли. Подобный налог возвысил бы цену хлеба пропорционально издержкам фермера, арендующего наименее плодородный участок земли, но эта надбавка в цене, получаемая за большее количество продукта, приносимого землею лучшего качества, составила бы барыш фермеров, занимающихся разработкой этой последней, но во все продолжение срока их аренды, по истечении же этого срока этот барыш перешел бы к землевладельцу в виде возвышения ренты.
Действие равномерного налога, облагающего прибыль фермера, совершенно такое же. Подобный налог увеличивает денежную ренту землевладельца, если деньги сохраняют свою прежнюю ценность; но так как прибыль всех остальных отраслей промышленности на столько же обременена налогом, как и прибыль фермера, и так как вследствие этого цены всех товаров поднимутся, подобно цене хлеба, то землевладелец теряет столько же благодаря увеличению цены товаров и хлеба, на которые расходуется его рента, сколько выигрывает от повышения последней. Если бы ценность денег возросла и если бы все остальные предметы, по обложении налогом прибыли, понизились до своей прежней цены, то и рента стала бы прежнею. Землевладелец в таком случае получал бы прежнюю денежную ренту и приобретал бы все предметы, на которые она расходовалась, по прежней их цене: словом, при всевозможных условиях он продолжал бы оставаться свободным от налога[21].
Факт этот весьма интересен. При обложении налогом прибыли фермера этот последний не несет большей тягости, чем в том случае, когда его прибыль была бы освобождена от налога. Что же касается до землевладельца, то обложение налогом прибыли его фермеров для него весьма выгодно, так как только при этом условии он сам продолжает в действительности оставаться свободным от налога.
Налог на прибыль с капитала коснулся бы также и ростовщика в том случае, если бы все товары возвысились пропорционально налогу, хотя бы принадлежащий ему дивиденд и продолжал оставаться без обложения; но если бы вследствие изменения ценности денег цены на все товары упали до прежнего размера, то ростовщик вовсе не уплачивал бы налога: он продолжал бы покупать все предметы для собственного потребления по прежней цене, хотя получал бы прежний денежный дивиденд.
Если согласиться, что при обложении исключительным налогом прибыли одного мануфактуриста цена его товаров должна возрасти, чтобы поставить его на равную ногу со всеми другими мануфактуристами, и что при обложении налогом прибыли двух мануфактуристов должны возрасти цены товаров двух сортов, то я не вижу, как можно оспаривать то, что при обложении налогом прибыли всех мануфактуристов должны подняться цены всех товаров, если только рудник, снабжающий нас деньгами, находится в нашей стране и продолжает оставаться без обложения. Но если деньги или денежная единица представляют товар привозной, то цены всех товаров не станут возвышаться, ибо подобное явление не может иметь места без увеличения количества денег[22], которых нельзя было бы получить в обмен за дорогие товары, как было показано выше. Но если бы подобное повышение произошло, то оно не могло бы быть постоянным, потому что оно имело бы существенное влияние на иностранную торговлю. Взамен ввозимых из-за границы товаров мы не могли бы вывозить за границу подобных дорогих товаров, и, след., мы продолжали бы в течение известного времени покупать, хотя и перестали бы продавать, и вывозили бы за границу монету или слитки до тех пор, пока мало-помалу относительные цены товаров не стали приблизительно прежними. Для меня несомненно, что правильно организованный налог, взимаемый с доходов, должен в конечном результате привести как местные, так и заграничные товары к той же денежной цене, какую они имели до установления его.
Так как налоги на земледельческие продукты, десятина, налоги на заработную плату и на предметы первой необходимости возвышают заработную плату и понижают прибыль, то все они будут вызывать одни и те же явления, как и в различной степени.
Изобретение машин, в значительной степени улучшающих национальные производства, всегда стремится к возвышению относительной ценности денег и тем содействует их ввозу. Напротив того, всякий налог, всякое новое препятствие, которое испытывает фабрикант или земледелец, стремится к понижению относительной ценности денег и содействует их вывозу.
Глава XVI. О налоге на задельную плату
Налог на задельную плату возвышает ее, а следовательно, и уменьшает прибыль с капитала. Мы уже видели, что налог на предметы первой необходимости возвышает их цену и сопровождается повышением также и задельной платы. Все различие между налогом на предметы первой необходимости и налогом на задельную плату заключается в том, что первый сопровождается всегда повышением цен на предметы первой необходимости, второй же такого влияния не оказывает. Налог на задельную плату не падает, следовательно, ни на капиталиста, ни на землевладельца, ни на какой-либо другой класс, а исключительно на тех, кто пользуется рабочими. Налог на задельную плату есть не что иное, как налог на прибыль, между тем как налог на предметы первой необходимости есть отчасти налог на прибыль, а отчасти налог на богатых потребителей.
Итак, явления, обусловливаемые в конечном результате этими налогами, совершенно те же, что и при прямом налоге на доход.
«Задельная плата низшего класса рабочих, – говорит Ад. Смит, – как я старался показать в первой книге, повсюду и необходимо управляется двумя различными обстоятельствами: спросом на труд и среднею или обыкновенною ценою продовольствия. Требование на труд, возрастающее, неизменное или понижающееся, обусловливающее возрастающее, неизменное или понижающееся народонаселение, определяет содержание рабочего и обусловливает степень изобилия, умеренности и скудости этого содержания. Средняя, или обыкновенная, цена продовольствия определяет количество денег, какое должен получить рабочий, чтобы иметь из года в год возможность покупать это обильное, умеренное или скудное продовольствие. Поэтому если спрос на труд и цена продовольствия остаются неизменными, то прямой налог на задельную плату не может иметь другого действия, кроме несколько большего повышения ее сравнительно с налогом».
Г. Буханан делает два возражения против этого предположения доктора Смита. Во-первых, он отрицает, что денежная задельная плата регулируется ценою съестных припасов, а во-вторых, он отрицает еще и то, что налог на задельную плату может возвысить цену труда. Вот доказательство, выставляемое Бухананом, в подтверждение первого положения (стр. 53).
«Плата за труд, как это было уже замечено, вовсе не заключается в деньгах, но в том, что можно купить на полученные деньги, т. е. в съестных припасах и других необходимых предметах, и часть, достающаяся на долю рабочего из общей массы продуктов, всегда будет пропорциональна положению. Там, где
