Так или иначе в этой энциклопедии Момонга нашёл и всю информацию о торпоре, которую Перерончино не просто собрал для общего ознакомления. Он досконально изучил каждое упоминание, даже приводил цитаты команды разработчиков из форума. Этим он занимался ещё до создания Шалтир и многим делился с самим Момонгой, дабы его творение было идеальным.
— Так… торпор вампиров… длительность торпора зависит от силы человеческой сути, что осталась внутри вампира. Она может достигать как одного дня, так и занять тысячелетия…
— Тысячелетия⁈ — воскликнула Лира, едва не выронив колбу, в которую пыталась добавлять новые питательные элементы, ведь грешила на то, что поток крови вымывает соли и минералы из организма Вильгельма.
— Но он вероятно и не в торпоре, потому что в моём мире ничего про пожирания такого количества крови во время сна нет. Есть ванны крови, багровая консервация в саркофаге, использовали подчинённых принцесс-вампиров для мелодичных сновидений, но не про это!
Прочитав кучу новой информации, теперь уже Момонга переживал не только за своего друга, но и за себя. В торпор порой впадала любая нежить. То есть и сам Момонга мог в теории вдруг взять и… уснуть на век-другой. А если в этом мире свои правила и законы, то ждать можно чего угодно. И не придумав ничего лучше Момонга решил поступить так как подобает настоящему Владыке — свалить все проблемы на подчинённых.
— Чем могу быть полезна, Владыка, — поклонившись тихо и с явным стыдом в голосе спросила Шалтир.
Она до сих пор не могла оправиться от своего поражения. Да, ничего плохого она не сделала, как и сам Момонга её не винил, но… так или иначе Шалтир была обращена против Назарика, во многом из-за своей глупости и излишней самоуверенности. И за это она испытывала невероятную вину, перестав даже стебать Альбедо и пытаясь найти утешение в молчаливом уединении в своих покоях.
— Вильгельм впал в некое подобие торпора, — пояснил Момонга. — Он поглощает кучу крови и кажется медленно умирает. Верне… быстро умирает.
— Тогда это не торпор.
— С ничем иным сравнить это я не могу. Ты истинный вампир, может ты что-то знаешь?
— Не думаю, что мне известно больше моего создателя, — покачала головой Шалтир, заметив энциклопедию Перерончино в руках Владыки. — Но… кажется он в норме.
В этот момент и Момонга, и Лира резко перевели взгляд на Вильгельма. Он действительно перестал поглощать кровь, как и в целом дыхание его стало размеренным, спокойным и выглядеть он тоже стал лучше.
* * *
— Подыхаешь? Я сейчас тебе покажу подыхать.
— Не трогай меня.
— Подняться, надо просто подняться! Давай поднимайся!
— Отпусти! Отпусти, дурак! Господи помоги!
— Просто подняться, как робот подняться!
И своего Момонга добился, после чего я всё же встал. Голова ещё раскалывалась, но в целом… я был вполне себе живым. Хотя судя по тому, что вырубился я в особняке Лиры, а очнулся в купальне, где всё покрывала кровь, а помимо перепуганный Лиры тут ещё был Момонга, который притащил даже Шалтир…
— Я делал нечто странное? — подозрительно спросил я.
— Ты поглощал по литру крови в минуту, содрогался в предсмертных судорогах и словно впал в кому, — ответил Момонга, внимательно изучая меня. — Как ты себя чувствуешь? Это вообще ты?
— Нормально. Да, я. Кто же ещё?
— Докажи.
— Ну для начала на мне никаких эффектов не висит.
— Не аргумент.
— Ладно, помнишь наш пир?
— Да.
— Ты мне ещё ту историю Тягаму рассказывал, когда она переместилась на девятый этаж, а там ты вместе с…
— Ладно, дальше не рассказывай, верю, — тут же остановил меня Момонга, которому было стыдно за то, что он таким поделился. — Так… что это было?
— Ну-у-у… как сказать… — пожал я плечами, пытаясь кратко сформулировать случившееся и при этом массируя дёргающееся веко. — Я чуть не сдох. И возможно потеряю контроль над своим телом, если не стану сильнее, чтобы противиться чужой воле.
— Какой воле? Какой контроль? Что это вообще значит?
— Тяжело… тяжело… — вздохнув сел я у края, всё ещё отходя от пережитого. — Это началось из-за той короны мудрости. Она по всей видимости принадлежала одному из Тринадцати Героев, которые сражались со злыми богами. И среди тех, и среди последней скорее всего были игроки, если я правильно понял видения.
— Твой разум хочет забрать другой игрок? — наложив защитные чары спросил Момонга.
— Я не знаю игрок это или нет. Но мой разум он ломает знатно. Впрочем, в этот раз победа была за мной. Хрен он меня сломает. Правда не думаю, что мне стоит качать класс Алый Мудрец. Есть подозрение, что из-за этого он станет сильнее.
— Корона Мудрости принадлежала Теократии. И она же напала на Шалтир. Согласен ли ты, что они являются нашим общим врагом.
— У меня нет врагов. Как и случившееся я всё ещё считаю некоторым недопониманием.
— Они нацисты, друг. И ксенофобы. Человеческая раса прежде всего и всякое такое, ты бы видел во что они превращают рабынь…
— Представляю и если будет нужно, то я помогу тебе. Правда… у меня сейчас своих забот хватает, — произнёс я и глубоко вздохнул, после чего сделал длительный выдох. — Всё, посидели, можно и поработать. А то никогда тебя не догоню.
— Мы не соревнуемся, — напомнил Момонга.
— Да, потому что ты в слишком большом отрыве и претендовать на звание соперника у меня права нет. Всё, мне нужно работать и прокачиваться.
— Хорошо. Оставлю при тебе Шалтир, чтобы она…
— Убила меня в случае, если я потеряю рассудок. Да, это разумно.
— Чтобы она помогла тебе решить эту проблему. Она истинный вампир и творение Перерончино. Ей будет легче понять тебя, — ответил Момонга, после чего снял чары и повернулся к Шалтир. — Ты испытываешь вину, если хочешь её загладить, то помоги Вильгельму обуздать его кровавый дар. В этом тебе поможет энциклопедия. Перерончино оставил её мне, после того как сделал лучшее, что было в его силах. Но думаю, тебе ещё есть куда расти. Если ты обуздаешь свои эмоции, то возможно даже станешь сильнейшим стражем Назарика.
Глаза Шалтир тут же засияли, а сама она дрожащими руками приняла бесценный дар. После чего даже забыла о своих манерах и даже не поблагодарила Момонгу, который покинул замок, использовав телепортацию. Впереди у него была война с Теократией, когда ещё не закончилось покорение королевства Ре-Эстиз. Нет, Назарик мог сравнять всё с землёй за считанные дни, но Момонгу интересовал захват и подчинение.
А при таком подходе крайне важно не захапать кусок, который не сможешь переварить. Чем больше государство, тем выше административная нагрузка, тем больше кадров нужно, а самим обитателям Назарика, даже Демиургу, ещё очень многому нужно научиться, иначе они сломают мир, что уже фактически лежит у их ног. Спешить в таком деле просто нельзя.
Я же первым делом изучил лист своего персонажа. В частности повысились некоторые статы, а именно стойкость на три поинта и выносливость на один. Да уж, моему организму пришлось явно несладко, но что нас не убивает, делает нас сильнее. Если конечно речь не о психике, потому что если подобное будет происходить при каждом погружении в сон… да я просто сойду с ума. Через месяц или год, но сойду.
— Ты как? — тем временем спросил я Лиру, которая была уж слишком бледной. — Ты кажется потратила слишком много крови.
— Думала не хватит и…
— Ты слишком много работаешь. Как насчёт съездить в Назарик и повидаться с Аурой и Маре? Аура же дрессировщица, наверняка даст несколько советов по поводу гоблинских ферм. И отдохнёшь заодно, развеешься.
— Но…
— Без тебя ничего дурного не случится. И не забывай, что прежде чем помогать другим, нужно помочь себе. Неужели твоя наставница тебе об этом не говорила.
— Говорила.
— Вот и славно. Через неделю расскажешь, как всё прошло. Что же касается вас… — оглядел я гоблинов, которые после моего пробуждения уткнулись лбами в пол, не смея поднять взгляда. — Людей не ели? Другим жить не мешали?
