не собираюсь терпеть, когда из меня кто-то пытается сделать дуру.
— Потерпи немного. Игра не будет долгой, — ответил я, глядя как делают ставки люди Юрлака, перешептываясь между собой.
Очередь перешла к Салгору. Он аккуратно положил на стол пять кругляшей. Последним ставку делал я, попутно сунув своему ученику 5 гинар.
— У меня здесь все, последнее, — Салгор сдал в кулаке почти пустой кошель из затертого сукна. — Потом жить не на что будет.
— Не дрейфь, — сказал я и тут же Иона бросила на стол кубики.
Они скатились в небольшое углубление в центре стола. Выпало 2 — 4 — 1.
Кости перешли к команде Юрлака, затем к Салгору, тот старался особо, тряс их, наконец бросил. Выпало в общем сумме 11.
Я выбросил 8, не слишком заботясь о результате, и понимая, что настоящая игра начнется лишь тогда, когда в самых тощих кошельках начнут заканчиваться деньги. Вот тогда стоит быть внимательным и следить за руками противника. При чем не только Юрлака: его парни по договоренности тоже могут проявить ловкость пальчиков. Или даже без всякой ловкости с наглым взглядом установить кости тремя «шестерками» вверх. Был еще вариант: кубики могли лечь тремя «шестерками» случайно. Шанс невелик, но он есть. Что будет в этом случае, я не знал. Наверное, игра продолжится, а может обернется скандалом.
— Уже сто двадцать гинар, господа, — полный удовольствия главный отжимала, повернулся к своим. — Игра может стать интереснее, чем позавчера в «Буревестнике»! Делаем ставки! Ход за гостьей из Элатриля, — он уставился на Иону.
Тетива Ночи зазвенела кошельком — он у нее был намного тяжелее моего. Положила на столешницу мелкую золотую монетку и забрала две серебряных по пять гинар.
— О! Золотишко пошло! Да ты богатая девочка! — рассмеялся Густал и небрежно бросил несколько серебряных монет.
После Ранха расстался с деньгами мой ученик. Сделал он это с явной неохотой, вытряхнув с кошелька всю мелочь и горестно высыпав ее на денежную горку возле средины стола. Медяки докатились до противоположной стороны стола.
Иона, чувствуя поддержку стоявшего позади Яркуса, бросила кости. И все затаили дыхание: выпало две шестерки. Третий кубик долго не мог найти свое место, вращаясь в неглубокой впадине по центру стола. Наконец остановился «двойкой» вверх. Ход перешел к банде Юрлака. Они бросали с показной небрежностью. Сумму «Горы» пока не выбросил никто. Ранх с усмешкой передал кости Салгору.
Мой ученик сжал их в кулаке, закрыл глаза и, подняв голову, начал что-то беззвучно шептать. Молился парень или пытался кости заговорить — все это было, конечно, глупостью.
— Эй, давай уже! — поторопил его один из дружков отжималы.
Салгор бросил кости на столешницу. Вышло почти как у Ионы: два кубика, повертевшись, легли вверх шестерками. И все замерли, глядя на третий. Он докатился до центра выемки. Там все-таки. Остановился тоже «шестеркой» вверх.
— «Гора»… — не веря своим глазам, прошептал Салгор и вопросительно посмотрел на меня.
Я понял, что сейчас наступает очень интересный момент. При чем не такой, на который я рассчитывал. Куш на столе бы слишком мал. Это для моего ученика стряслась невиданная удача, но для меня как бы небольшая проблема. Я тут же вложил в свободную руку «Щит Нархана». В левую кинетику.
Первый голос подал Юрлак.
Глава 17
Темный угол
Опираясь крепкими руками на стол, отжимала навис над ним и грозно произнес:
— Все-таки вы решили использовать магию и жульничество!
— Все-таки мы играем по-честному. Пока по-честному! — подчеркнул я. — До тех пор, пока кто-то из вас не попытается здесь хитрить, — говоря это, я понимал, что эта игра не может быть окончена честно. И мне оставалось ждать, когда Юрлак или кто-то из его игроков пойдут на обман.
— Забери деньги, Салгор — они твои, — сказала Иона.
Хотя эльфийка потеряла сейчас 40 гинар, на ее губах сияла довольная улыбка.
— Не смей трогать! — вскрикнул Ранх, его зрачки стали остры, точно острия стрел.
— Бери, Салгор. Смело! — разрешил я, зная, что ученик ждет моего разрешения.
— Пусть возьмет, — мрачно произнес Юрлак. — А то у него ставки делать нечем. К нам удача повернется тогда, когда деньжат на столе будет побольше.
Мы сыграли еще дважды, и теперь уже у меня возникла проблема со ставками. Еще на одну денег мне хватало, а вот дальше…
— Мастер Райс, ты, как всегда, небогат, — усмехнулась Тетива Ночи. — Дать монетку? — она вертела в пальцах золотой кругляш, весом то ли в 30, то ли в 50 гинар.
Однако, я собирался занять деньги у Салгора, и мой ученик снова удивил догадливостью: молча подсунул горстку монет, отделив от своего выигрыша.
Ионэль бросила кости. Густал, стоявший слева от нее, так и впился взглядом во вращающиеся кубики и облегченно вздохнул, когда выпало в общей сумме 12. Следующий круг тоже не выявил победителя. Между тем напряжение росло, как и денежная горка, подтверждавшая название игры.
— Я все… — сердито сказал Густал на следующий ход, тряхнув кошелем — тот издал жалкий звон нескольких медяков.
— Эй, не расстраивайся это же игра. Честная! — Юрлак похлопал его по плечу и бросил на стол свои 20 гинар.
Теперь мы бросали кости впятером. Ходы стали медленнее, я внимательно следил за руками наших противников, они не менее внимательно следили за мной. Число «Горы» пока не выпадало, а на столе уже собралось под тысячу гинар.
— Райс, я не жадная, сам знаешь. Но сердце сжимается при мысли, проиграть столько денег этим, — покосившись на отжимал, негромко сказала эльфийка. — И я совсем не разделаю твоей уверенности.
— Верь мне, детка, — сказал я, глядя на брошенные Ионой кубики. — Но все же будь готова к неприятностям.
— Молодец, вдохновил! — недовольно прошипела она.
