квартиру.
― Я люблю свою квартиру. Я не собираюсь покидать ее из-за каких-то чудиков.
― Это вопрос жизни и смерти, Эбби, клянусь.
― Как долго? ― спросила Эбби, и Тиган чуть не заплакала от облегчения.
― На пару дней, ― предположила Тиган. ― Пока я тебе не позвоню, хорошо?
― Хорошо, я найду место. Но только на пару дней. У меня, знаешь ли, своя жизнь.
― Хорошо, ― сказала Тиган. ― Я позвоню тебе, обещаю, ― она завершила звонок и повернулась к Мамио. ― Почему гоблины могут убивать нас, но все, что мы можем сделать, это отправить их обратно в Маг-Мелл?
― Они не могут убить твой бессмертный дух, ― сказала Мамио. ― Для этого нужно нечто большее, чем гоблин. Их тоже нельзя убить. Мы видим лишь дух той мерзкой твари, завернутой в кожу и кости его собственного изготовления? Ты можешь отправить эту плоть обратно ее создателю.
― Где его настоящие кожа и кости? ― спросил Эйден.
― Его смертное тело спит в Маг-Мелл, ― на этот раз она повернулась вполоборота, не утруждая себя зеркалом. ― Кстати о сне, тебе, похоже, тоже не помешало бы, девочка.
― Она не спала две ночи, ― сказал Финн. ― Не привыкла к такой жизни.
― Я так и подумала, ― Мамио кивнула. ― Вы с малышом Прати ложитесь на кровать и закрывайте глаза. Ближайшие несколько часов мы будем просто ехать. Бояться нечего ― вы в безопасности, мы об этом позаботимся.
Тиа оглянулась на кровать. Если она в ближайшее время не поспит, то упадет в обморое.
― Обещай, что не уйдешь без меня, Финн.
― Он не оставит тебя, ― сказала Мамио. ― Я не дам ему.
Финн вытаращился на бабушку.
― Мамио!
― Что? ― Мамио сердито глянула в ответ.
― Я привел их к тебе, чтобы ты могла защитить их, пока я все не улажу. Это ведь моя вина, верно? И моя ответственность ― все исправить.
― Тиган, ― сказала Мамио, ― бери брата и идите в кровать.
― Я не хочу спать, ― начал Эйден. ― Я хочу послушать, о чем вы говорите, и…
Он замолк, встретившись взглядом с Мамио в зеркале.
― Ложись в постель и спи.
― Да, мэм, ― он схватил Тиган за руку и потащил ее к задней части дома на колесах. Мама явно научилась своему особому взгляду у Мамио.
Тиган помогла Эйдену забраться на кровать, а затем и сама заползла вслед за ним.
Мамио и Финн спорили, их голоса были слишком тихими на фоне грохота Танка, чтобы разобрать слова, но недостаточно тихими, чтобы скрыть напряжение.
«Это ведь моя вина, верно?» ― сказал Финн, и он был прав. Если бы он не приехал в дом Уилтсонов…
Тиган закрыла глаза, но не смогла сдержать слез. Она была рада, когда Эйден начал храпеть, и голоса оказалась полностью заглушены. Она была грязной, потной и уставшей, как никогда в жизни, и не знала, что делать дальше.
В какой-то момент Тиган проснулась и увидела, что Финн спит на полу, прикрыв глаза рукой, а Мамио все еще ведет машину. Когда она снова проснулась, Танк стоял неподвижно, и от него пахло… китайской едой. Снаружи темнело.
Тиган отодвинулась от Эйдена и осторожно переступила через Финна, направляясь к выходу. Ей потребовалось мгновение, чтобы осознать, на что она смотрит через лобовое стекло: высокие кучи песка, а за ними ― бурная, покрытая белой пеной вода. На деревянной вывеске было написано, что они находятся в государственном парке Уоррен-Дюнс. Однажды она приезжала сюда с родителями. Они катались с песчаных гор на картонке, а на следующий день пошли собирать мичиганскую чернику. Эйден съел так много, что по дороге домой у него заболел живот.
Парк был по-осеннему пуст. Все отдыхающие летом разъехались по домам, и даже дневные посетители разошлись. Мамио стояла на мокром песке и смотрела на озеро, завернувшись в одеяло. Ее белые волосы выбились из пучка и танцевали на ветру.
Тиган осторожно открыла дверь, выскользнула, тихо прикрыв ее за собой, и тут же пожалела, что у нее нет пальто или хотя бы кофты Финна. Она чувствовала дыхание зимы, принесенное северным ветром.
― Проснулась? ― спросила Мамио, когда Тиган подошла к ней. ― Я надеялась снова поговорить с тобой наедине, девочка.
Бабушка сняла одеяло со своих плеч и завернула в него Тиган.
― Разве вам оно не нужно? ― спросила Тиган.
― Мне нравится, как кусает ветер, ― сказала Мамио. ― Это напоминает мне, что я жива. Идем со мной, ― они пошли вдоль берега по песку, держась подальше от плещущихся волн. ― Я хочу, чтобы ты знала, что я считаю тебя и Эйдена родными внуками, так же как и этого пустоголового Финна. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам, но, боюсь, этого будет недостаточно. Я бы сама никогда не попала в Маг-Мелл, если бы Зеленый Человек не проделал для меня дыру.
― Когда мы вошли, Зеленого Человека не было. Кайл сказал, что в Маг-Мелл можно войти, только если он «вспомнит» тебя.
Мамио кивнула.
― Даже гоблины иногда говорят правду. Я обсуждала ситуацию со Всемогущим. Пыталась понять, что это значит.
― Всемогущий что-нибудь сказал? ― усомнилась Тиган.
— Всемогущий всегда что-то говорит, девочка моя. Говорит через все созданное, шепчет в твоих надеждах и мечтах. Убеждает заняться делом.
Тиган удивленно взглянула на морщинистое лицо. Мамио рассмеялась.
― Ты думала, что слушать сны ― это только для молодых? С годами я стала слышать этот голос отчетливее, чем прежде. «Есть еще задача, которую нужно выполнить, Ида», ― ответил Всемогущий. ― «Заботься и ухаживай. Творение должно быть приведено в порядок». Этим делом я буду заниматься до тех пор, пока бьется мое уже не молодое сердце. Финн сказал, что ты тоже
