План был простой и отвратительный — похитить девушек, оставить мужиков или убить, если будут сопротивляться.
Четвёртого, одарённого, Вика взять под контроль не смогла. Он просто таращился на неё, зрачки нормальные, лицо злое.
— Не выйдет, сучка, — прохрипел он, когда Вика попыталась в третий раз. — Твои фокусы на меня не действуют.
Саня подошел, присел рядом:
— Тогда поговорим по-другому.
Он достал нож, покрутил перед лицом мужика:
— Видишь это? Острое. Могу отрезать палец. Или два. Или ухо. Или что похуже. Будешь говорить?
Мужик сплюнул в сторону:
— Пошёл ты. Всё равно убьёте.
— Может, и убьём, — согласился Саня. — Но вопрос в том, как. Быстро и безболезненно. Или медленно и мучительно. Выбирай.
Повисла тишина. Мужик смотрел на Саню, тот — на него. Битва взглядов.
Потом мужик сдался:
— Ладно. Спрашивай.
Саня кивнул, убрал нож:
— Имя?
— Вадим.
— Сколько вас?
— Шестеро. Четверо здесь, двое в Луговом.
— Зачем пришли?
— За бабами. У нас их нет. Захотелось.
Саня сжал кулаки, но голос остался ровным:
— Что планировали?
— Забрать их. Использовать. Потом, может, обменять на что-то ценное. Или оставить себе. Как решим.
— Твои в Луговом знают?
— Нет. Думают, мы на разведку пошли.
— Оружие?
— Два автомата, три пистолета. Патронов мало. Ножи. Топоры.
— Одарённые? Уровни?
— Только я. Остальные обычные — зелёные все.
Саня кивнул, поднялся:
— Достаточно.
Он вышел. Мы собрались на кухне — все, кроме Миши, который остался караулить связанных.
Саня сел за стол, тяжело вздохнул:
— Значит, так. Шестеро их. Четверо здесь, двое там. План был — похитить девушек. Оружия мало, патронов тоже. Одарённый только один, и тот уже обезврежен.
— И что с ними делать? — спросила Аня тихо.
Повисла тишина. Все смотрели друг на друга.
— Оставить нельзя, — начал Саня. — Они знают, где мы. Знают, что у нас девушки. Если отпустим — вернутся с подмогой. Или расскажут другим.
— Убить? — так же тихо спросила Аня.
Саня помолчал, потом кивнул:
— Вариант. Но… это последнее дело. Убивать связанных людей.
— Они хотели нас насиловать так то, — глухо сказала Вика. — Или продать. Или и то, и другое. Они не люди. Они отбросы.
— Они отбросы, — согласился Саня. — Но мы не они. Если начнём убивать пленных — чем будем отличаться?
Я молчал, взвешивая варианты. С одной стороны, Саня прав — убийство связанных людей, даже таких мразей, это черта, которую сложно переступить. С другой — Вика тоже права. Они опасны. И если их отпустить…
— Есть третий вариант, — медленно сказал я.
Все посмотрели на меня.
— Какой? — спросил Саня.
— Увезти их далеко. Километров за сто. Связанными. Бросить в каком-нибудь заброшенном доме. Без оружия, без припасов. Пусть выкручиваются сами.
Саня задумался, постукивая пальцами по столу:
— Вариант. Но рискованно. Могут выжить. Вернуться. Или рассказать кому-то.
— Могут, — согласился я. — Но вероятность меньше, чем если просто отпустим здесь. И совесть чище, чем если убьём.
Вика фыркнула:
— Совесть. У них её нет. Зачем нам её иметь?
— Затем, что мы не звери, — твёрдо сказала Аня. — Затем, что если начнём убивать без разбора — станем такими же, как они.
Вика посмотрела на неё, потом отвела взгляд.
Саня снова постучал пальцами:
— Ладно. Увезём. Бросим в лесу. Без оружия, без еды. Стяжки оставим. Пусть сами разбираются.
— А двое в Луговом? — спросил Миша, который как раз вошёл на кухню.
— К ним зайдём, — решил Саня. — Проверим. Если такие же отморозки — поступим так же. Если нормальные — предупредим, чтобы валили отсюда.
План был не идеальный, но лучше, чем ничего.
Мы сидели на кухне, переваривая план. Саня стоял у открытого окна с большой кружкой кофе, Вика смотрела в пустоту, Аня держала меня за руку. Миша стоял у двери, ждал дальнейших указаний.
Я покрутил в руках пустую кружку, обдумывая варианты. Увезти этих мразей за сто километров и бросить — план неплохой, но не идеальный. Слишком много «если». Если выживут. Если вернутся. Если расскажут кому-то.
А потом меня осенило.
— Слушайте, — начал я, поставив кружку на стол. — А есть другое предложение.
Все посмотрели на меня.
— Какое? — спросил Саня, отвлекшись от созерцания окрестностей за окном.
— Сколько мы тут уже сидим? Четвёртый день?
Саня кивнул:
— Ага. Сегодня четвёртые сутки.
— Вот я и думаю, — продолжил я, собирая мысли в кучу. — Если мы на пару дней уедем отсюда, условный счётчик открытия червоточины сбросится или нет?
Саня нахмурился, обдумывая:
— Не знаю. Может быть. Система чётко не объясняет механику. Но логика подсказывает — если место покинуто, таймер должен обнулиться.
— Вот и я о том же, — кивнул я. — Значит, можем себе позволить уехать на несколько дней. А что, если отвезти этих гавриков Мишиной группе?
Повисла тишина. Миша удивлённо уставился на меня:
— Зачем им эти отморозки?
— Рабочая сила, — пожал я плечами. — Может, пригодятся. Дрова колоть, воду таскать, что-то строить. У вас большая группа?
Миша задумался:
— Человек двадцать пять, может, тридцать. Точно не помню — я два месяца назад ушёл на юг, искал припасы. Потом отбился от своих, встретил Аню и с тех пор и не знаю как у них и что.
— Ну вот, — подхватил я идею. — Двадцать пять человек — это уже община. Наверняка нужны рабочие руки. Эти четверо могут и пригодиться.
Саня медленно кивнул, явно прикидывая плюсы и минусы:
— Идея интересная. И далеко, и с пользой. Но решать не нам. Это Мишины люди должны решить — нужны им эти мрази или нет. Я переговорю с ними на эту тему, — ппродолжил Саня. — Объясню ситуацию. Если согласятся — отлично. Если нет — высадим их где-нибудь на обратке. Далеко от нас.
Вика скептически хмыкнула:
— А если Мишины откажутся и эти уроды потом вернутся сюда?
— Высадим их километров за двести, — ответил Саня. — В противоположную сторону от нашего дома. Пусть попробуют дойти.
Миша почесал затылок:
— Ребята, я не против. Но предупреждаю — мои суровые. Если эти четверо начнут выё….ся, их просто пристрелят. Без вопросов.
— Нас это устраивает, — твёрдо сказала Вика.
Саня кивнул:
— Тогда решено. Утром выдвигаемся. Везём этих уродов к Мишиным. Заодно и его доставим домой.
Глава 20
— А дом? — спросила Аня. — Просто так бросим?
Я задумался. Действительно, оставлять дом незащищённым — риск. Но и охранять его постоянно мы не можем.
— Оставим записку, — предложил я. — На куске обоев, маркером. Что-то вроде «Дом условно занят. Уехали сегодня, до червоточины день-два». Без дат, без подробностей. Пусть незваные гости думают — стоит ли им тут обустраиваться или лучше поискать другое место.
— Неплохо, — одобрил Саня. — Двусмысленно, но понятно. Кто умный — не
