Кроме всего прочего, «знакомый» оказался возмутительным красавцем. Рост, фигура, лицо…
Мама, словно почувствовав ход мысли дочери, тревожно подобралась и по-хозяйски положила руку на плечо своего мачо.
– А вы похожи, – польстил красавец.
«Еще и идиот. Правильно, все плюсы должны быть уравновешены минусами, чтобы конструкцию не перекосило», – удовлетворенно подумала Маша и послала Олегу резиновую улыбку.
– Это моя дочь, – торопливо призналась Диана Аркадьевна. Обширный жизненный опыт подсказывал, что лучше не завираться. Ложь, как бур, увлекает за собой в податливую почву все глубже и глубже, только выбраться потом на поверхность все сложнее. И однажды вдруг выяснится, что обратную дорогу вообще завалило.
– Дочь? – совершенно искренне изумился Ленский. – У тебя такая взрослая дочь? А сколько ей?
– Ей еще мало, – невежливо оборвала его Маша. – Но она умеет разговаривать, так что можно все вопросы адресовать непосредственно к ней. Чай, не тумбочка, ответит.
– Прошу к столу, – гостеприимно махнул рукой Олег, видимо, решив не ссориться с хозяйским отпрыском.
– Мама, мне надо с тобой поговорить, – проигнорировала его приглашение Маша.
– Доченька, так у меня секретов от Олежека нет.
– Зато у меня есть секреты от Олежека!
– Конечно, – подлизался Олежек. – У девушки с такой роскошной фигурой уже могут быть секреты от взрослых.
– Мужчине в вашем возрасте уже пора перестать интересоваться фигурами чужих девушек, – огрызнулась Маша.
– Предлагаете подумать о душе и внуках? – неожиданно хмыкнул мамин кавалер. – А вы мне нравитесь.
– А вы мне нет.
– Так или иначе, но о внуках нам с Дианочкой думать еще рано, – Олег приобнял побагровевшую Диану Аркадьевну и высокомерно взглянул на Машу.
Мама умоляюще гримасничала, посылая болтливой дочери сигналы. Вероятно, она посчитала, что на первый раз с Олега Ленского достаточно информации о наличии у нее дочери. Внук в эту амурную историю никак не вписывался.
«Последняя соломинка, – вдруг подумала Маша. – Этот хлыщ – последняя соломинка, за которую маме удалось уцепиться. Да, она не блещет умом, она наивна и неприспособлена к жизни, но ведь красива! Тогда почему именно этот слащавый пижон, а не кто-то более достойный. Или с уходом мужа от женщины уходит и уверенность в себе?»
Маша внезапно осознала, что мама еще очень даже ничего, и если озаботиться этим вопросом, то вполне можно найти ей достойную пару, как ни дико это звучит. Раз отец не делает никаких попыток помириться, а мама уже откровенно приводит в дом постороннего мужика, то это означает только одно: начат новый этап в жизни обоих родителей. И если папа идет по проторенной дорожке, то мама пока что наугад ломится через заросли. Так почему бы ей не помочь?
Как в период тотального дефицита продуктов покупатели хватали с прилавка любую колбасу, не выбирая и не принюхиваясь, так женщины хватают любого мужичка, которого еще не успели прибрать к рукам другие. Нет, конечно, минимальная разборчивость присутствует. И мало кто подберет бесхозного бомжа, сладко спящего у подножия социальной лестницы. У каждой дамы в этой жизни – свой этаж. В пределах своего этажа и соседних она и рыщет. Поэтому и у полунищего интеллигента в пузырящихся на коленках штанах, и у мордатого работящего пьяницы, и у богатого мерзавца может оказаться жена, которой все вышеперечисленные категории не достойны. Просто так случилось, что женщина, вспомнив пословицу про журавля в небе, мертвой хваткой вцепилась в свою «синицу» и теперь пытается смириться с собственным выбором.
– Пойду я, – заторопилась Маша.
Мама удивленно округлила глаза, но удерживать не стала. Ленский с интересом разглядывал тыл нежданной гостьи, занятой переобуванием. Подавая куртку, он даже слегка прижал Машу к себе, отчего у той закружилась голова, пересохло в горле и дрогнули колени.
«Ах ты, гад!» – подумала она, представляя, как сейчас врежет маминому ухажеру. Но вместо этого молча вывернулась и сбежала по лестнице.
Глава 22
Вероника была недовольна. Раздражение волнами исходило от ее крупной фигуры и просто сбивало с ног еще на входе в квартиру.
– А что, Алексей вас не отпустил? – Маша растерянно и виновато затопталась на пороге.
– Нет, – односложно ответила нянька. – Он приехал, собрал вещи и снова уехал.
– Как это «собрал вещи»? – оторопела Маша. Она уже все поняла, но не осознала до конца. Это случилось. Как мерзко, гадко, трусливо! Без объяснений. Вот так оно и выглядит, мужское предательство.
– Он не сказал ничего? У него командировка? – Голос у Маши сел, и вопрос она по-цыплячьи пропищала срывающимся дискантом.
«Как стыдно! И еще эта лошадь тупая в курсе. Своих переживаний нет, так хоть чужую «мыльную оперу» посмотрит. Как он мог?!»
– Ничего не сказал. Кто я такая, чтобы мне докладывать?
– Действительно, – кивнула Маша, не заметив, как нянька оскорбленно поджала губы.
– Были бы вы дома, может, вам сказал бы. Мы, кстати, договаривались на рабочий день до шести вечера.
«Надо же, такая тихая была, а тут заговорила. Как люди чувствуют слабость ближнего! Стоит только зазеваться, и окружающие бросаются на тебя, как грифы на падаль. А она так хотела помочь этой нескладной дурище, приодеть, может, даже жениха по Интернету подыскать. Ну и что, что не собралась, не успела, но ведь планировала же сделать доброе дело!»
– Если не ошибаюсь, мы доплачивали вам за сверхурочные, – холодно бросила Маша. Ей уже не было стыдно за опоздание.
– Раньше доплачивали, – согласилась Вероника. – А теперь, я так понимаю, у вас могут возникнуть материальные затруднения?
«Ишь ты какая! – ахнула про себя Маша. – Похвальная дальновидность и предусмотрительность. Раньше была тихая, место ценила, шныряла, как мышь, а теперь голову подняла, как кобра. Пригрела на груди непонятно кого!»
Нельзя не признать, что определенная доля правды в словах няньки была. Совершенно не ясно, что теперь будет с деньгами. Если платить за ее услуги с Машиной зарплаты, то на жизнь не останется совсем. С отцом отношения испорчены Машиным позерством и гордыми заверениями, что все в порядке. Ей хотелось доказать, что она взрослая, что выбор сделала правильный, что разберется сама. Вот и доказала. Пересилить себя и попросить денег? Никогда! В крайнем случае можно попросить у деда, но старик въедливый, обязательно начнет разбираться, запросто может устроить скандал, и тогда все будут в курсе: Машу бросил муж. И начнутся обсуждения, сплетни, домыслы: он бросил? Или его бросили? А почему разошлись? Любовник? Любовница?
Злобно простонав от бессилия, Маша процедила:
