приветствуют нас на тропе. Бодойцы проводят нас мимо часовых, зениток, пушек и блиндажей, в которых живут стрелковые роты элитных войск Северного Вьетнама.
Мы спускаемся вниз, и доходим до мангрового болота. Сотни и сотни чешуйчатых, бледно-зеленых стволов стоят плотной стеной, запустив корни под вонючую воду. Эта вода похожа на канализационные стоки с ошметками овощей, здесь обитают ядовитые змеи.
В этом болоте мы ведем себя с большой опаской, потому что под водой, доходящей до пояса, скрываются воронки от бомб, сброшенных с В-52. Боец может идти и вдруг уйти под воду на двадцать футов.
Оставив болото позади, мы замечаем дым. Дым черный. Слишком много дыма, явно не из труб. На горизонте виднеется огонь.
Переходим на бег.
Через несколько минут слышим, беспорядочный огонь из стрелкового оружия, и на него никто не отвечает.
Мы рассредоточиваемся. Маневр и огонь. Огонь и маневр.
Одна из гаубиц на территории лагеря начинает бахать снарядами. Мы растворяемся в джунглях, а тем временем снаряд разрывается в кронах деревьев, не причиняя никому вреда.
Мы все понимаем, что истребители-бомбардировщики «Фантом» уже вызваны, они уже в воздухе, и минут через двадцать станут бомбить.
Командир Бе Дан глядит на часы, потом на карту. Мы выдвигаемся вслед за ним на новую позицию и ждем наступления ночи. Слышим, как над нами грохочут истребители-бомбардировщики «Фантом», и как падают бомбы. Ушами, ступнями и костями слышим, как падают.
Мы ждем наступления ночи.
Потери наши невелики. Один из братьев Нгуен, Нгуен Ба убит, тело его разорвано в клочья. Другой
из братьев Нгуен, Нгуен Мот, лежит без сознания в гамаке, который несут близняшки Фуонг. Его правую руку оторвало по локоть, обрубок аккуратно перебинтован. Третий из братьев Нгуен, Нгуен Хай, идет рядом с гамаком и держит брата за руку.
Приходится долго, громко и энергично убеждать Боеболку, прежде чем мне удается наконец мотивировать его выдвинуться по тропе. Боеболка превратился в зомби, почти безнадежный случай пациента со стоярдовым взглядом.
Мы с командиром Бе Даном укладываем Сонг на гамак, поднимаем и несем.
Мы плетемся мимо древней осыпающейся пагоды, руин буддистского храма, построенного людьми, что дали когда-то отпор Хубилаю с его Золотыми ордами. Пагода светится во тьме своей белизной. Разрушенные стены обвиты ползучими тропическими лианами. Внутри пагоды, на ложе из красной черепицы восседает бронзовый Будда, позеленевший от времени и покрытый ржавчиной, с толстым животом и улыбкой на лице.
Каменная лестница спускается от пагоды и заходит в реку. Усталые, по пояс голые солдаты с костлявыми коленками, похожие на заляпанные грязью скелеты, сели на корточки на растрескавшиеся каменные ступени и ловят рыбу, привязав черные лески к пальцам рук.
Дальше на берегу слышен смех мужчин и женщин. Раскачиваются фонари, под светом которых голодные бойцы Фронта ищут гигантских лягушек-быков, накалывая их на гарпуны.
Легкораненые бойцы кланяются и предлагают нам суп из лягушек или ароматные жареные лягушачьи лапки в бамбуковых мисках. Улыбаясь, поблескивая золо-
тыми зубами, они машут еще живыми лягушками перед нашими лицами. Лягушки-быки бледно-зеленого цвета; их лапки связаны черными веревочками, и размером они как пушечные ядра.
Мы кланяемся и говорим «спасибо» нашим товарищам, братьям и сестрам, но продолжаем свой путь, думая лишь о том, как нам хочется оказаться снова в родной деревне, где мы сможем ходить по нашим собственным полям.
За пагодой пятьдесят селян-подростков, крепких юношей и девушек, усердно работают, вырубая мотыгами куски мокрого ила, чтобы посадить в богатую черную почву зерна будущего.
Мы следуем за командиром Бе Даном, не обращая внимания на ноющие мышцы, боль и мысли о наших павших и раненых, игнорируя потребность во сне. Мы лишь кости, покрытые кожей, и мы идем домой.
Позади нас под ночным дождем усталый и голодный народ хоронит своих мертвецов в могилах у реки.
Неделю спустя после взятия нунговской боевой крепости жизнь в деревне Хоабинь возвращается к обычному распорядку, только теперь я для всех уже не военнопленный, а испытанный вьетконговский солдат. Полпути пройдено.
Я работаю вместе со всеми на рисовых полях, и тут за мной прибегает Сонг. Я вытираю пот с лица банданой.
— Иди за мной,- говорит Сонг,- Быстро.
Ничего не понимая, следую за Сонг, переходя на бег.
Мы с Сонг скрываемся в тоннеле под «кабинетом» генерала Клыкастого Кота.
Генерал Клыкастый Кот - нгуй, «солдат марионеточ-
ной армии» арвинов, армии без страны, этакой вишистской пустышки, придуманной не без юмора. Этот «кабинет» - фундамент из неотесанных камней, на котором стояла когда-то лучшая в деревне хижина. Хижину разнесли на куски пушки этого генерала. Генерал Клыкастый Кот всегда продолжает переговоры до тех пор, пока не убеждается, что его условия всем понятны.
Сонг заползает поглубже в тоннель и возвращается с автоматом АК-47. Загоняет патрон в патронник.
Ждем.
Пока мы сидим и ждем в тоннеле, Сонг рассказывает мне о прежнем начальнике провинции, полковнике Чу который объявлял о своих визитах в деревню, сбрасывая со своего вертолета пленных.
Слышим, как хрустят ботинки по битой черепице. Замечаем арвинскую «собаку», потом другую.
Арвины - телохранители генерала Клыкастого Кота -тащат свои М16 за стволы, приклады волочатся по земле.
Сонг целится в солдат марионеточной армии.
— Что ты тут делаешь?
Сонг отвечает:
— Охрана.
— А я что тут делаю?
Сонг говорит:
— Дядюшка не доверяет Дай Туонг Клыкастому Коту. А Командир Бе Дан не доверяет тебе. Ты можешь пе-
i Термин, относящийся к режиму, который существовал во Франции в период с 1940 по 1944 год после падения Франции в ходе Второй мировой войны. После капитуляции Франции, нацистская Германия установила контроль над северной частью страны в то время как южная часть, со столицей в городе Виши, управлялась коллаборационистским правительством. Это правительство возглавлял маршал Филипп Петен, который стремился сохранить некоторые аспекты французской автономии в обмен на сотрудничество с нацистами.
ребежать. Вдруг Черные Винтовки готовы заплатить за тебя марионеткам много денег.
Наблюдаем.
Пока генерал Клыкастый Кот важно восходит на разрушенный фундамент, Сонг держит его под прицелом.
Дай Туонг Клыкастый Кот встречает Дровосека улыбкой. Видно, что ему нравится улыбаться, потому что при этом он может похвастаться золотыми зубами.
— Чао онг, Дай Туонг Клыкастый Кот,- говорит Дровосек, кланяясь.
— Кинь чао онг,- говорит генерал Клыкастый Кот, кланяясь.- Приветствую Вас, достопочтенный господин.
Генерал Клыкастый Кот высок и строен, на нем накрахмаленная полевая форма тигровой раскраски, а на груди столько медалей, значков и знаков различия, что ими можно набить обувную коробку. По бокам прицеплены ковбойские
