Читаем без скачивания Поднять перископ - Сергей Лысак

После выхода на палубу Михаил обнаружил, что перегрузка в самом разгаре. На «Косатку» были поданы шланги, по которым подавались топливо и вода, с помощью грузовых стрел «Днепра» шла погрузка торпед. Командир «Днепра» с удивлением смотрел на все это действо. Все делалось быстро, но без суеты и излишнего напряжения. Михаил задолго до встречи начал проводить тренировки экипажа, и теперь он действовал слаженно, как хорошо настроенный механизм. Иванов только покачал головой.

— Да-а-а, Михаил Рудольфович… Организация работы вашей команды — просто глаз радуется. А бункеровка топливом, так просто завидки берут. Подсоединил шланг, включил насос и качай на здоровье. Не то что нам уголь мешками грузить…

— Это преимущество жидкого топлива, Петр Романович. Уже есть проекты котлов на жидком топливе, проекты двигателей внутреннего сгорания, но вы же знаете, как у нас трудно внедрить что-то новое. Мне вон пришлось «Косатку» на свои деньги строить. Морское министерство подняло меня на смех и не оставило от проекта камня на камне. Хотелось бы сейчас посмотреть на их физиономии.

— Да уж… Мне тоже…

Работа заняла целый день. «Косатка» снова основательно «присела» в воду, топлива и запасов взяли, сколько смогли. Пока доберутся до места, израсходуют порядочное количество. Вот и нечего зависеть от случайностей. Двадцать четыре торпеды (мины) Шварцкопфа ждут своего часа. «Волчица» собирается на охоту. Ее добыча пока об этом еще ничего не знает. Возможно, догадывается, но не знает наверняка. Никому не приходит в голову, что нелепая тихоходная «морковка», которую и подводной-то в полном смысле слова назвать нельзя, а только ныряющей на короткое время, может оказаться грозным оружием. Это уже один раз было в истории. Когда субмарину совершенно искренне считали чем-то вроде самоходного торпедного аппарата, несущего сторожевую службу на подходах к своим базам. Иногда доходило до абсурда. В начале Первой мировой войны немецкие субмарины выходили в Гельголандскую бухту, становились на швартовные бочки и стояли в ожидании появления противника. Но противник не появлялся. Но через несколько месяцев о субмаринах заговорили все. Когда умные головы настояли на том, чтобы отправить лодки в море. Все теоретики, которые не видели в них ничего серьезного, были неприятно поражены. Потому что все недостатки субмарин, реальные и мнимые, многократно перевешивало одно преимущество — скрытность. Они могли возникнуть как будто из ниоткуда, нанести разящий удар и снова исчезнуть в морских глубинах. В 1914 году отрезвление пришло быстро. Британия, которая считала себя владычицей морей, первая поняла, что в океанах появилась новая сила, против которой бессильны ее многочисленные дредноуты. И которые сами могут стать жертвой этой новой силы. Силы, которую до этого никто не воспринимал всерьез. И теперь этому предстоит случиться несколько раньше.

Пора было прощаться. Боезапас погружен, топливо, вода и продовольствие тоже. На небе уже вспыхнули звезды. Весь день, пока шла перегрузка, сигнальщики «Днепра» внимательно следили за горизонтом. Но океан был пустынен. Им удалось перехитрить всех, и теперь «Косатка» из субмарины непонятного назначения под коммерческим флагом превратилась в грозный боевой корабль. А бить врага, который напал на твою страну, можно под любым флагом. Последние слова прощания, команда отдать швартовы и «Косатка» начинает отходить от борта «Днепра». Снова громовое «Ура!» гремит в воздухе. Минута и низкая тень, едва возвышающаяся над водой, растворяется в темноте тропической ночи. Вахта на мостике крейсера, командир и несколько офицеров усиленно вглядываются в ночную темень, но бесполезно. Призрак, вынырнувший из морских глубин, исчез, как будто его и не было.

— Да уж, господа… Рассказал бы кто раньше, ни за что бы не поверил!

— И не говорите! Ай да Корф! Всех вокруг пальца обвел! А я ведь тоже на завод приходил, его «морковку» как следует рассмотрел. И тоже поверил в эту сказку об арктической экспедиции. Получается, что это было блефом изначально?

— Похоже на то… Но почему же во главе этого предприятия никого из офицеров не поставили? Ведь Корф, насколько мне известно, раньше только на «купцах» ходил? Если дойдет до военных действий, что он делать будет? Со своим-то «купеческим» опытом? Ведь стрелять минами надо уметь, чтобы они попадали в цель. А это не барахло возить.

— А вот потому и не поставили, чтобы даже тени подозрения ни у кого не возникло. То-то Макаров с Корфом все время что-то обсуждали. Я то думал, про Арктику. А оно вон что вышло…

— Но что Корф сможет сделать, если действительно возникнет напряженная ситуация? Даже если предположить, что он умеет хорошо стрелять? Ведь скорость «Косатки» очень мала для миноносца. Или он и тут умудрился обмануть всех? И она может все миноносцы за кормой оставить?

— Господа, давайте подождем развития дальнейших событий. Что гадать о том, о чем мы абсолютно ничего не знаем. Пока ясно только одно — Корф не так прост, как кажется…

Командир крейсера слушал, но не вмешивался в разговор офицеров. Для него, случайно узнавшего важную тайну, все было более-менее ясно. И в патрулирование «Косатки» в районе Малаккского пролива, о чем ему говорил Макаров, он больше не верил. Если Корфу с большой долей вероятности известны дата начала войны и место, где она начнется, то совершенно ясно, что «Косатка» должна находиться именно там. Это же элементарная логика. Поэтому теперь главная задача крейсера — скрыть сам факт встречи в океане до начала войны и дать возможность «Косатке» максимально использовать фактор внезапности. Что и говорить, план неплох… Ай да Макаров! Так вот почему его предупреждали об этой таинственной дате — 27 января 1904 года. Поэтому теперь придется приложить все усилия, но пройти Корейский пролив до 23 января, а потом болтаться в районе Владивостока, но не заходить в порт. Макаров и Корф правы, надо пресечь малейшую возможность утечки информации. Хорошо, что угля набрали — девать некуда. До Владивостока должно хватить. В крайнем случае, если придется все же зайти в Сайгон или Шанхай, то исключить любой контакт команды с местным населением. Береженого бог бережет…

Снова работает один дизель в режиме экономического хода. Ночью жара спала, и на мостике, можно сказать, почти хорошо. На борту лодки праздник — «Днепр» доставил свежую провизию, в том числе овощи и фрукты. Благо от Цейлона, куда он заходил, идти недалеко. Сейчас отсеки снова забиты провизией, к которой добавились торпеды. Плохо, что нет обещанного орудия. Без него боевые возможности лодки сильно снижаются. В последней мировой войне это не носило массового характера, а вот во время Великой войны 1914–1918 годов артиллерией подводных лодок было уничтожено намного больше торговых судов, чем торпедами. Чего только стоил Великий корсар Арнольд — командир U-35, капитан-лейтенант Лотар фон Арнольд де ла Перьер. На его счету сто девяносто пять уничтоженных и семь поврежденных судов, основной процент которых уничтожен огнем палубного орудия его U-бота. Абсолютный рекорд что по количеству судов, что по количеству тоннажа, который никто так больше и не смог достигнуть. Были командиры, потопившие более сотни судов. Во время его последней войны такие результаты уже никому и не снились. Вот что значит новое оружие, к появлению которого противник совершенно не готов. И какая была бы прекрасная возможность воспользоваться благоприятной ситуацией, которой не было даже у Великого корсара Арнольда. Но увы…

Далеко позади еще виднелся кормовой огонь «Днепра». Крейсер на большой скорости уходил в сторону Малаккского пролива, стараясь побыстрее покинуть этот район, чтобы случайно не навести преследователей на «Косатку». То, что он уклонился значительно южнее от оптимального маршрута следования, каким идут из Коломбо в Малаккский пролив, неизбежно вызовет подозрения, если крейсер обнаружат. Поэтому за ночь нужно уйти как можно дальше. А путь «Косатки» лежит совсем в другом направлении. К южной оконечности Суматры, где ее отделяет от Явы короткий Зондский пролив. А дальше — между многочисленных островов на север, в Тихий океан. В этом месте очень много местных мелких парусных судов. Скорее всего, днем придется погружаться и идти в подводном положении малым ходом, чтобы заряда аккумуляторных батарей хватило до темноты. Иначе от этого москитного флота не спрятаться. А ночью опять всплывать и идти без огней. Даже если местные аборигены и заметят что-то в темноте, то все равно ничего не поймут. Появится еще одна легенда о драконе, вынырнувшем из морских глубин.

Осмотревшись еще раз и не обнаружив ничего подозрительного, Михаил покинул мостик. До Зондского пролива еще идти и идти. И надо будет подгадать так, чтобы подойти к нему ночью и постараться выскользнуть из Индийского океана незамеченными.