узнаешь, — поднимаюсь, держа Даньку на руках, легонькая, почти ничего не весит.
Раздеть ее не решаюсь, на девушке спортивный костюм, в нем удобно, как в пижаме. Накрываю ее одеялом и тихо выхожу из комнаты. Олег ждет меня внизу, зовет в кухню.
— Пошли бутеры заточим, чет жрать охота, — предлагает, и я соглашаюсь.
— Ты где был? — спрашиваю, мне интересно, он так быстро сходится с людьми, друзей находит на счет раз.
— В кино, на последнем сеансе. Боевик крутой шел, давно посмотреть хотел.
— А мы подумали, что с соседками знакомиться пошел. Рита ревнует, если что, утром дуться будет, ты не удивляйся.
— Да пусть поревнует, ей полезно. А то — «если Корецкий поедет, то я пас», — изображает девушку, откусывая сразу половину бутерброда с ветчиной и сыром, прихлебывая чай, разведенный холодной водой.
— В смысле? Она сразу согласилась, когда я предложил поехать в горы. И про тебя сказал, что едешь тоже.
— Да это она на новогодней вечеринке Дане сказала, когда та ее позвала с вами ехать. Не клеится у меня с ней чет, странно.
— А она нравится тебе хоть? — нарезаю еще батон и укладываю на ломти готовую нарезку из ветчины и сыра, себе делаю с красной рыбой.
Хорошо девчонки сходили вечером в магазин по-соседству, Данька как в воду глядела, что среди ночи нам приспичит червячка заморить. Олег завис с бутербродом у рта, решая, что сказать.
— Ну как сказать… нравится, она прикольная, и красивая. Я б замутил с ней, стопудово. Одному не в кайф, даже вот в киношку не с кем сходить.
— Понятно, — говорю, убирая продукты по местам. — Спать пошли, с утра на горнолыжку решили. Ты как на лыжах, умеешь?
— Конечно, я вырос там, где сугробы еще выше, чем здесь. А ты?
— И я умею, каждый год сюда приезжали с родителями. Вернее, не сюда, а на соседний курорт, этот лучше и ближе, — смотрю на часы, уже второй час ночи. — Ну что, погнали спать?
— Погнали, — соглашает друг, зевая во весь рот.
Мы разошлись по комнатам, но я, немного подумав, поднялся к Даньке, проверил. Она спала, подложив ладошки под щеку и откинув одеяло в сторону. Из окна лился свет уличных фонарей, в комнате не было темно. Было уютно. Так и хотелось прилечь рядом, но я поборол свое желание, ушел вниз.
Когда проснулся, сразу увидел румяную и довольную Даньку, она сидела на краю кровати и ждала, любуясь моей помятой физиономией. Дверь была приоткрыта и слышно, как в кухне цапаются Рита с Олегом. Девушка придиралась к тому, что парень криво порезал батон для бутербродов. Ревнует, ворчит понапрасну. Понятно, что птаха сбежала, ей уютнее здесь, со мной.
— Доброе утро, — тянется ко мне с поцелуем, а я сжимаю ее в объятиях.
— Доброе! — быстро чмокаю ее в щеку и отстраняюсь, мне срочно нужно в ванную. — Я быстро ополоснусь, позавтракаем и пойдем на лыжах кататься.
День выдался солнечным и теплым, мы с Олегом уже к обеду вдоволь накатались, а Данька только научилась стоять на лыжах. С ней работала инструктор, девушка. Видеть, как весело проходит обучение было здорово. Птаха заливисто хохотала, когда в очередной раз приземлялась на пятую точку и не могла встать сама, заваливала на снег и меня и инструктора.
Рита зачем-то тоже каталась с инструктором. Я понимал, что этого спортивного красавчика она нарочно выбрала, и поглядывала на Корецкого, который уже реально бесился. Когда парень в очередной раз положил руку на талию девушке, показывая, как лучше тормозить, друг не выдержал.
— Ну капец тебе, урод! — с размаху бросает на снег лыжные палки, поспешно отстегивая лыжи. — Эй! А ну грабли от нее убрал! Ты че себе позволяешь?
Он подлетает к инструктору и толкает его изо всех сил, вынуждая отойти от Риты. Та тоже злится, орет на Олега:
— Это ты чего себе позволяешь? Иди лапай этих барби по-соседству! А меня не смей трогать!
— Все сказала? Че хвостом крутишь перед этим гусем?
Я смеюсь, наблюдая за перепалкой, но Данька тревожится, все порывается пойти и помочь разобраться.
— Да погоди, — удерживаю ее, прижимая к себе, — не мешай.
— Не мешай? Да они подерутся сейчас! — вопит птаха, толкаясь в бочину.
— Не подерутся. Инструктору не положено с гостями драться, иначе уволят.
— Ой! — Данька закрывает глаза, когда Олег снова наскакивает на мужика. — Глеб, сделай что-нибудь!
— Да сами разберутся. Корецкий хоккеист, забыла? Мы драки любим, мы горячие ребята. Да и здоровая конкуренция еще никому не помешала.
— А не слишком она здоровая? Мужику лет тридцать, а Олегу… Смотри, они уже дерутся…
Корецкий побеждает в короткой схватке, успев зарядить инструктору в бровь. Тот отступает, драться же ему не положено, иначе потеряет хлебное местечко.
— Так бы и сказал, что это твоя телка, — бросает он на прощание, с сожалением глядя на девушку.
— Это кто телка? — теперь уже Рита бесится, кидаясь вдогонку обидчику.
— Беги парень, — кричит кто-то из собравшейся толпы.
Народ смеется, а Рита бросает погоню и бежит к нашему домику. Олег за ней, да и мы тоже, я уже боюсь, что эти двое наваляют друг другу.
— Да пошел ты! Иди дальше туси, до ночи можешь не приходить, — толкает парня Рита, он ее нагнал у крыльца и хватает за руки.
— Я в кино был, один, — объясняет тот, собирая в ладонь снег. — Не ревнуй, я сюда из-за тебя приехал.
Он кидает снежок в девушку, та взвизгивает, стряхивая с куртки комки снега. Потом наклоняется, скатывает снежок и швыряет его в Корецкого.
— Вот еще, ревновать такого…
— Какого? — снова снежный комок летит в девушку, та подскакивает к парню и толкает его в сугроб, закидывая белой пушистой массой.
— Кота блудливого, вот какого… ай!
Олег сильнее, теперь уже он закапывает Риту в сугроб, что-то доказывая ей.
— Ну что, пошли лыжи сдадим, что ли… — предлагаю смеющейся Даньке, ей прямо нравится эта возня в снегу, — может, эти двое разберутся за двадцать минут, уже обедать пора.
— Ну хоть помирились, уже целуются, — счастливо вздыхает моя девушка.
Вечером наши влюбленные пропали, наверное вдвоем пошли в кино. А я пригласил Даньку в ресторан. С ней я стал чертовым романтиком, подарил цветы, и надел на пальчик колечко под красивую музыку и блеск ее счастливых медовых глаз. Простенькое, в знак нашей любви. Пока так, но через полгода я надену ей на палец обручальное кольцо. Уверен.
Мы провели целую неделю в горах, уезжать не хотелось. Но впереди школьные будни, тренировки и игры. Полгода, и все это будет позади.
