А тут еще и второй вагон, который не сошёл с рельс, горел всё сильнее и сильнее. Поэтому те пассажиры, которые не получили травм, помогали своим менее удачливым попутчикам убраться подальше от вагона.
Да и пассажиры остальных вагонов уже покинули поезд и старались держаться от него подальше.
— Вы пересчитали пассажиров своего вагона? — спросил Евстигнеев у проводницы, когда оказался возле неё, свои босые ноги он к этому моменту окончательно сбил об гравий, и майка стала черной от грязи, — все здесь?
— Вроде бы да, — ответила она как-то неуверенно.
— Вроде бы? Думай, дура, все или нет? Ты за людей отвечаешь!
— Я не знаю, — ответила та, — что вы на меня орете?
— На соседнем месте студентка ехала, — вмешался в разговор мужик в окровавленной рубашке, — я её не видел.
Чертыхнувшись Евстигнеев побежал к вагону.
* * *
Владимир Михайлович на самом деле был очень храбрым человеком. Глядя на него, даже и не скажешь, что у этого тихого и незаметного мужчины в груди бьётся очень больше сердце.
Еще будучи старшеклассником он спас на осенней Зуше, притоке Оки, двух первоклашек. Несмотря на то, что не умел плавать прыгнул за ними в воду и вытащил. Сам чуть не утонул и подхватил в итоге двухстороннее воспаление легких, но спас. За что получил совершенно заслуженную медаль. Ну и решил идти не в строительный институт, а в мед.
Это потом, благодаря «удачной» женитьбе, он как-то потерял сам себя. Превратился в боксерскую грушу для своей жены. На работе орёл, пациенты и их родственники в нём души не чаяли. А дома так, бледная копия самого себя.
Но сейчас эти оковы спали, и он снова стал тем бесстрашным старшеклассником.
Поэтому, он не колебяасяь залез в вагон, чтобы спасти совершенно чужого ему человека…
* * *
Внутри всё заполнилось дымом. И, чтобы добраться до этой студентки нужно было пройти не меньше десяти метров.
Евстигнеев оглянулся и увидел, что дверь в купе проводницы открыта. Он тут же зашёл туда и увидел стопку полотенец и несколько бутылок минералки. То, что надо!
Он тут же обмотал свои ноги парочкой полотенец, а потом взял еще одно, не тратя время сбил горлышки сразу двух бутылок Ессентуков и щедро залил минералкой полотенце, которым обмотал лицо, оставив открытыми только глаза.
После чег7о глубоко вдохнул и пошёл вглубь горящего вагона.
Из-за дыма он не сразу увидел девушку. Та лежала без движения на полу, придавленная целой горой чемоданов.
Раскидав багаж он рывком поднял девушку и взял её на руки. Та была без сознания, хотя и живая. По крайней мере, он на это надеялся. Но сейчас было некогда проверять точно.
Возвращался к выходу он долго. Импровизированный респиратор уже не помогал, да еще и загорелся пол. Так что ему пришлось буквально идти сквозь огонь.
Но он справился и, как и минутами ранее, спрыгнул на железнодорожную насыпь с ношей в руках.
Сорвал с себя измазанное сажей полотенце и тут же занялся девушкой.
Та не дышала, и пульса не было. Зрачки тоже не реагировали на свет. Все признаки клинической смерти на лицо. Случай для учебников.
Правда за каждым параграфом в тех самых учебниках скрывается чья-то жизнь. Жизнь которую нужно спасти.
Поэтому Евстигнеев тут же начал сердечно-легочную реанимацию, искусственное дыхание и непрямой массаж сердца.
Не тот, который показывают в фильмах, со слабыми практически незаметными движениями, а настоящий, как учили в первом меде.
Массажем сердца, от которого ломаются ребра.
— Давай, девочка, давай! — хрипел он, когда пытался завести сердце, — давай, живи! Тридцать сильных компрессий и два искусственных вдоха. И снова, а потом еще и еще, и еще. Столько сколько требуется! Он же советский врач и мужчина который может. А если может, то должен!
Позже он узнал, что «держал» эту студентку почти десять минут.
Десять долбаных минут этот скромный и тихий мужчина с кризисом среднего возраста и грымзой женой, оставшейся в солнечном Крыму, не давал умереть той, которая и была причиной появления Евстигнеева в этом проклятом поезде.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А потом к ней вернулись пульс и дыхание.
Как раз в тот момент, когда до поезда добралась помощь. Пожарные и врачи. Правда он их уже не видел. Едва появились коллеги, как Евстигнеев и сам потерял сознание.
* * *
Спустя неделю в Скуратовской районной больнице:
— Ну что, Михалыч, — Петр Федорович, начальник и друг Евстигнеева лучился оптимизмом. Как и всегда, этого лысого и полного мужчину не могло ничего сбить с панталыку. Наверняка даже ядерный взрыв он пережил бы с присущей ему жизнерадостностью, — местные коновалы признали тебя транспортабельным. Так что я забираю тебя к нам. Долечиваться будешь уже у нас. В первой градской.
А долечиваться Евстигнееву было необходимо. Инфаркт, когда тебе нет еще и пятидесяти это такая штука, с которой не шутят. А именно его он и словил в ту ночь. На адреналине и морально волевых держался, а когда доктор уже выполнил свой долг, моторчик и сломался. Только чудом откачали.
— Петрович, тут лежит одна девушка, Татьяна Александровна Михайлова. Её три дня назад перевели из интенсивной терапии. Можно и её к нам забрать? — спросил Евстигнеев.
— Ага, рыцарь в грязной майке и с босыми ногами хочет проследить за судьбой спасенной им прекрасной девы? Что ты удивляешься? Мне местные уже успели всё рассказать о твоих геройствах. Мне только непонятно, где твоя гадюка ЦУМовская?
— В прошлом, я с ней развожусь.
— А вот это правильно, дружище. Очень правильно. И да, я всё устрою. Прямо сейчас пойду к местному главному и вызову еще один экипаж. Заберем мы твою спасенную.
В итоге всё время до выписки Евстигнеев навещал Татьяну и возил спасенную им девушку на коляске по дорожкам в парке возле больницы. Помимо всего прочего та еще и ногу сломала.
И как-то само собой получилось, что в Серебряные Пруды, «столицу» одноименного района Московской области, вот где действительно Тмутаракань, они поехали вместе.
А примерно через девять месяцев у Татьяны Евстигнеевой родилась двойня. Мальчик и еще мальчик.
Глава 23
Вообще, на сегодня у моих знакомых спортсменок была назначена регата в Севастополе, на которую они меня пригласили, но в дело вмешался случай и регату перенесли.
И я даже не предполагал, что такое возможно. Думал, что этим страдает только Российская Федерация, но никак не Советский Союз, в массовом сознании моих бывших современников он был вечно застёгнутым на все пуговицы. Но нет, анекдотичные случаи и здесь случались
В общем, регату перенесли на послезавтра.
А всему виной главком советским ВМФ Адмирал флота советского союза Сергей Георгиевич Горшков. Он должен был открывать регату, но, как сказали мне девочки, за день до этого вместе с командованием черноморского флота куда-то отправился на крейсере Ленинград. Не удивлюсь, если обладатели больших звёзд на погонах решили порыбачить в нейтральных водах. Почему нет?
В результате у девочек образовалось окно, которое они решили провести с пользой, поплавать и позагорать. Я, конечно же, к ним присоединился.
Чем хорош Крым, во всяком случае летом 1972 года так это тем, что диких пляжей тут ну просто выше крыши. Если есть желание и возможность, то совершенно необязательно изображать из себя бычка в томатном соусе и тереться локтями на городских пляжах.
А уж если у тебя под рукой целая яхта, то ты практически король мира.
Именно это я и думал, когда встретился с девочками яхтсменками и мы договорились найти какой-нибудь уединённый пляж и провести на нём целый день.
С девочек транспорт и они сами, не в том смысле, что у меня были на них какие-то планы горизонтального характера, хотя я бы и не отказался, а скорее в это вопрос эстетики. Спортсменки-комсомолки были чудо как хороши.
