хотят и вовсе расколоть Великие Осколки и раздать их простолюдинам, оставив Романовым лишь такой же, как у всех…
Госпожа Рея кивнула.
— В целом верно. И Темная Аспида…
— Защищает интересы потомственных одаренных, — отчеканил я. — Потому как все понимают, что настолько фундаментальная реформа затронет, в первую очередь, наше сословие.
— И здесь вы правы, ваше сиятельство. Однако вам явно недостает информированности.
— Так просветите, — занервничал я.
Рея облокотилась о постамент статуи, отвернув от меня лицо. Я видел лишь темный силуэт на фоне затянутого сероватыми тучами ночного неба.
— Идея реформировать порядок наделения подданных Осколками витала еще при отце нашего государя, — тихо начала женщина. — Отец Алексея Константиновича, Константин Павлович, царствие ему небесное, провел большую работу. В те годы еще не было Ордена Надежды как оформившегося явления, но, разумеется, то и дело возникали всплески негодования. Пропасть между сословиями росла все сильнее, и, говоря откровенно, многие аристократы действительно злоупотребляли могуществом.
— То есть провоцировали народный гнев.
— Именно. Были вспышки народного гнева, восстания, митинги с требованиями взять аристократию под строгий контроль, лишать провинившихся Осколков, даровать выдающимся простолюдинам не только нетитулованное дворянство, но и Благодать. Времена серьезно изменились, и то, что терпели в позапрошлом веке, сейчас безнадежно устарело.
— Согласен.
— Вы в меньшинстве. И все же государь Константин Павлович организовал рабочую группу, которой поручил проработать варианты реформы, — продолжала Рея. — Не буду вдаваться в детали, но задача стояла непростая: ограничить полномочия одних и расширить возможности других, не развалив при этом страну и не спровоцировав еще большее недовольство. Увы, государь не успел утвердить окончательный проект на рассмотрение Сенатом. А когда на трон взошел его сын, появились более насущные задачи.
— Так реформу окончательно завернули? — уточнил я.
— Именно тогда начались первые провокации. Революционно настроенные простолюдины начали давить. Вместо мирного диалога начался террор. Службам пришлось сперва закрутить гайки, как это у них принято говорить. В это же время подняла голову Темная Аспида — сообщество аристократов, желавших любой ценой не допустить реформы. Подключали все возможности: влияние, деньги, связи. Есть предположение, что во многих актах террора на самом деле виновны именно “аспиды” — им было выгодно выставить сторонников реформы в дурном свете.
Мустафин говорил то же самое, да и Радамант ссылался на несколько подстав. Выходит, “надеждинцы” не лгали. Или лгали не во всем.
— Темная Аспида снова активизировалась, когда нынешний государь решил заняться доработкой реформы. Работу возобновили около двух лет назад, и с тех пор, как вы помните, Петрополь потерял покой. Вы и сами видели, на что способны противники реформы.
Разумеется. Одаренные Благодатью аристократы с кучей денег и ресурсов, да еще и напрямую заинтересованные в том, чтобы ничего из этого не потерять. Наверное, обладай я сам силой Осколка, то тоже бы сто раз подумал, а стоило ли делиться с простолюдинами. Но… Я не был одним из них. И тот же Осколок собирался не требовать, а заслужить. И не для себя, а для семьи.
— И мое появление, выходит, несколько отвлекло Темную Аспиду.
— Полагаю. Они до сих пор не поняли, на чьей вы стороне и за что боретесь, — сказала Рея. — Но для меня важно лишь то, что вы выполните свое предназначение.
Я улыбнулся.
— Насчет защиты не знаю, но поохотиться на Аспиду я только за.
— По этой причине я не вмешивалась раньше времени — вы встали на верный путь, однако все же спугнули своего врага. Сейчас я говорю с вами потому, что появились сведения о том, что данная организация снова активизировалась. Все эти полтора года они копили силы и ресурсы, поэтому мы ожидаем сильного удара.
— Тайное отделение знает? — спросил я.
— Некоторые. Чем вредны сообщества вроде Темной Аспиды — так это тем, что руководитель того же Тайного отделения может внезапно обнаружиться среди заговорщиков. Или среди доверенных лиц в Канцелярии. И в Сенате, уверяю вас, они тоже посадили своих.
— Выходит, я работаю параллельно с вами.
— Да. И нерационально тратите силы. У меня будет для вас иное задание.
— Какое?
— Поступили непроверенные сведения, что на ближайшем маскараде у князей Юсуповых могут собраться некоторые члены Темной Аспиды. Информация сомнительная, но ее нужно отработать. По ряду причин ни я, ни мои дамы появиться там не сможем, поэтому я вынуждена просить вас отправиться на маскарад.
Маскарад, значит? Что-то новенькое. В последний раз я наряжался в детском садике на елке, когда играл в спектакле снеговика.
— И что я должен там найти? Какие подтверждения информации вы там ожидаете?
— Хоть что-нибудь. Аспида не оставляет следов, поэтому вы точно не найдете писем или записок. Однако, если члены общества там все же соберутся, вы сможете выяснить их имена или запомнить лица. Придется проявить изобретательность, но здесь я полагаюсь на ваши фантазию и патологическое везение.
— Но ведь маскарад как раз и предполагает закрытые лица.
— Говорю же, вся надежда на вашу изобретательность. В нашем деле важен лишь результат. Я рекомендую вам обращать внимание на уединившихся в отдельных комнатах. Дворец на Мойке большой, так что придется побегать.
— И вам действительно больше некого отправить?
— Разумеется, есть. Но к вам, как к новичку на подобных мероприятиях, вряд ли станут относиться серьезно. Там ценят постоянных посетителей.
Да что же это за маскарад такой загадочный? Прямо интрига какая-то.
— И вы должны понимать, ваше сиятельство, — добавила госпожа Рея. — Под маскарадами у Юсуповых зачастую понимаются фривольные и порой весьма развратные развлечения в античном духе. По этой причине ни я, ни мои дамы не сможем там появиться. Это закрытые мероприятия, вход в которые еще нужно потрудиться раздобыть. Но с учетом высочайшего покровительства и ценных знакомств, которыми вы успели обзавестись, полагаю, это не станет проблемой.
У меня отвисла челюсть.
— Так. Стоп. Это что, оргия?
— Не совсем, но близко к этому. А где же еще заговорщикам обсуждать свои планы? — улыбнулась из-под капюшона женщина. — Именно там, где никто не настроен на серьезный лад и там, где не принято болтать.
Глава 21
Последние фейерверки Летнего бала прогремели над Екатерининским дворцом уже перед рассветом. Уложив оттоптавшую все ноги Ольгу на заднее сидение, я накрыл ее накидкой и положил под голову свой свернутый в рулон сюртук.
— Спасибо, Миш… — сонно пролепетала девушка. — Я… Я нас не опозорила?
Я улыбнулся.
— Глупышка. Нет, конечно. Поспи, пока едем.
— Ага…
Сестра мгновенно провалилась в сон. А я, устроившись на переднем пассажирском подле водителя, таращился на лобовое стекло и анализировал события прошедшей ночи.
Интересное у нас все же кино получалось. Если
